Зяблик - Анна Кимова

– Не высовывайся пока. Я этим занимаюсь. Но могу не успеть. Думаю, что его скоро возьмут.

– Имеешь в виду конторские?

Тима кивнул. Дмитрий сказал:

– Желательно до этого успеть понять зачем он приехал в Болшев.

***

Кирилл полулежа развалился в глубоком стеганом кресле в английском стиле, стоявшем в кабинете его дома. Он держал в руке стакан с алкоголем. Глаза его были затуманены, на лице отражалась усталость и безысходность. Он был пьян. Вошла Наташа. Какое-то время она просто смотрела на представшую ее взору картину и стояла молча. Потом подошла к нему вплотную, опустилась на колени рядом с креслом, схватила его за воротник рубашки и начала трясти за грудки:

– Опять напился? Что ты так раскис, смотреть тошно! Возьми себя в руки! – Наташа брезгливо отбросила его обратно к спинке кресла. – Эх, рохля!

Она отошла дальше, села на диван, стоящий напротив кресла, и снова посмотрела на Кирилла. В комнате был блеклый свет. Он падал ей на лицо, на котором отражалась злость.

– Так и знала, что на тебя нельзя положиться. Зачем я только с тобой связалась? Надо было подыскать кого-нибудь более подходящего, а не такого мозгляка, как ты!

– Так и поискала бы! – Кирилл говорил, растягивая речь. – Чего пришла? Душу отвести? Больше негде выговориться?

– Дурак ты! Я пришла чтобы сказать тебе, что твой Торбеев намедни в Болшеве ошивался. – Кирилл ошарашенно вскинул на нее свою голову. – Да, милый. Вчера нашел меня и стал про Диму расспрашивать. И про эту его… Юлю.

Он неуклюже поднялся из кресла:

– И что… что ты ему сказала?

– Дала наводку на последнюю. Дима вчера у Андрея вертушку выпросил. Что-то случилось у них там с ней. В тот момент, когда они с Андреем разговаривали, я рядом была. Потом братца порасспросила, он же «святая простота». Так он мне и выдал, что вроде она в тяжелом состоянии, нужно было срочно в Болшев вести. Вот это я Торбееву и слила.

– А про меня?

– А что про тебя? Он про нас с тобой не в курсе. Он и ко мне-то пришел только потому, что Димой заинтересовался.

Кирилл плюхнулся обратно в кресло. Наташа спокойно продолжала:

– Так что вот такие дела, милый.

Вдруг ее тон резко сменился на агрессивный:

– Пока ты тут сидишь и сопли пускаешь, Торбеев по ходу скоро разберется в том, что плакали его денежки. Если уже не разобрался. – Наташа встала и начала быстро ходить по комнате. – Зачем я только во все это с тобой ввязалась? Ну как можно было полагаться на такого клинического неудачника? Ведь такое дело было, ну просто офигеть какое дело! Как можно было и здесь облажаться?

– Как, как… – апатично промямлил Кирилл. – Сядь да покак…

– Я же и людей тебе всех подогнала. Оставалось только взять и сделать!

Наташа остановилась и презрительно посмотрела на Кирилла:

– Да, – вздохнула она, – Дима бы никогда такое дело не профукал…

Кирилл вскинул лицо на Наташу и с ненавистью произнес:

– Дима? Не смей при мне даже имя его произносить! Никаких у него скоро дел не останется! Я ему башку откручу, слышишь?

– Кишка у тебя тонка! – Наташа направилась к выходу. – Ты бы лучше о своей башке позаботился. Скорее это тебе ее скоро Торбеев открутит. – Она смачно сплюнула на пол. – Если что, я тебя предупредила. И помни, я не при делах!

Наташа хищно улыбнулась и вышла из кабинета. Кирилл был угрюм. Он поднес ко рту стакан и выпил содержимое залпом.

– Посмотрим еще, кто кого, – буркнул он себе под нос.