160 шагов до Лео - Соль Астров

Допивая кофе, я подошла к окну. К забору только что подъехал черный «рендж ровер». В сердце екнуло: из машины вышел Леонардо и направился по дорожке к дому. Чертики! Я ждала этого почти двадцать лет! С легким волнением поставила чашку в раковину, нырнула в кожаные кроссовки, взяла с тумбы урну с бабушкиным прахом, дорожную сумку и собралась уже выходить из дома навстречу ему.

Но тут меня осенило, что было бы неплохо совершить какой-нибудь ритуальчик, похожий на выбрасывание ключа в воду, чтобы не проводить, ожидая Леонардо, очередные двадцать лет. Я поднялась в бабушкину комнату и достала из зеленой бархатной шкатулки в прикроватной тумбочке ключ с головкой в виде цветка, похожего на ромашку. Его я обнаружила, когда искала по запросу Леи рецептарий. Хорошо, что не выбросила ключ, ибо так и не поняла, для какой закрытой двери он предназначен.

Когда Лео позвонил в дверь, я сбежала по лестнице. Завидев меня, он, как всегда, интригующе заулыбался. Я чмокнула его в щетинистую щеку, но он крепко прижал к себе, обнял и мы зависли у порога в долгом поцелуе, прежде чем отнести вещи в машину. В эти дни я собиралась с головой погрузиться в новую реальность, где теперь рядом со мной был тот, кого я все эти годы любила и ждала. Мне было все равно, что в гостинице его, возможно, ждала Иоланда.

Мы сели в его «рендж ровер», и, когда Лео вырулил с нашей улицы, я погладила тыльную часть его теплой жилистой руки с набухшими венами, собираясь с мыслями для откровенного разговора. В конце концов, я не намеревалась так легко отпускать то, что теперь считала своим.

— Прости, по глупости так и не спросила, женат ли ты или обручен. Знаю лишь, что в твоей жизни есть Иоланда.

Он снова улыбнулся, но ответил не сразу:

— С Иоландой мы вместе пятый год. Хотя до нее у меня были другие отношения. Но каждый раз, когда я возвращался в этот город, в нем была ты. Я привык к откровенности в паре и рассказал ей о тебе.

«Мужчина с Венерой в Раке вряд ли способен забыть свою первую любовь», — промелькнула в голове фраза, как-то невзначай произнесенная Энн.

— Недавно она предложила мне пожениться. Вполне разумно двигаться дальше.

— Я так и знала. Значит, ты на пути к своему «да». — От огорчения что-то внутри надломилось, и я убрала свою руку с его руки.

Леонардо с извиняющейся улыбкой ответил:

— Я уже сказал, что собирался устроить тебе войну. Даже название твоей кондитерской собирался сменить на нечто более пафосное.

— Прости, но название «Иоланда» ей вряд ли подойдет. Почему ты не захотел видеться со мной в Швейцарии? Или это хорошо продуманный план?

— Накануне твоего прилета мне позвонил комиссар Риччи. Появились новости о расстреле родителей и брата деда. Он попросил меня срочно приехать. Я решил, что короткий отпуск в Цюрихе тебе не помешает.

— Ты настоящий джентльмен! — с тонкой ехидцей воскликнула я. — Номер был шикарным, еда — отменной. Но особенно я оценила вазочку с васильком на столике для завтрака! Могла бы и догадаться! Хотя мне показалось странным, когда Рильке сказал, что клиент извиняется и не хочет мне причинять неудобств. Судя по пятизвездочному отелю для гостьи, карьера певца сложилась все-таки удачно?

— В последний раз я пел на свадьбе лучшего друга. Пару лет назад. Музыка, как и спорт, были моими хобби. Но профессию я выбрал благодаря примеру отца. Он ведь до сих пор оперирует в Гане.

— Хирург, значит! Первая мысль, которая ко мне пришла, когда ты прятал лицо под маской.

Он положил руку на мое бедро:

— Прости, порой я вел себя как идиот! Ты всегда была такая… настоящая.

Впереди нас ехал белый старенький «Рено» с номером «AS160LE», который мне напомнил про дар Алекса. Интересно, что хотят сообщить нам ангелы?

— Твой дед сейчас бы нам рассказал, есть ли у нас шанс быть вместе.

Но в ответ Лео посмотрел на меня так, как это делал, когда мы мчались в его белом «Рено» к мосту Влюбленных, где он меня обручил.

— Будь осторожен! — закричала я, когда от нас шарахнулась вправо громыхающая катализатором серая «Ипсилон».

— А ты бы хотела, чтобы мы остались вместе? Или мне еще немного потянуть резину с Иоландой, чтобы ты ревновала! — Он шутливо потрепал меня по щеке. — Я тебя уже предупредил про своих сверчков в голове.

Я нахмурилась:

— Передай Иоланде, что она опоздала. Первой ты обручил меня. Поэтому мне очень жаль, но ей придется подвинуться!

Я гордо выпрямилась, задрала подбородок и свысока посмотрела на Лео.

— И все-таки в тебе есть много от твоей бабули! — Лео ухмыльнулся.

— Ты так просто не уйдешь от объяснений! Так что с Иоландой? — уже более серьезно поинтересовалась я.

— Ах да, Иоланда. Перед тем как ты позвонила, мы отмечали ее день рождения. Я подарил ей золотые часы. Очень милые, элегантные. Но, похоже, она ожидала чего-то другого. Чем они ей не понравились?

Лео так скривил рот и смешно пожал плечами, что я не удержалась и рассмеялась, а потом снова положила ладонь поверх его руки, продолжая эту шутливую угадайку:

— Значит, это все ты испортил! Она ведь ждала от тебя кольца!

— Похоже на то. Потому как, вернувшись домой с работы после затяжной операции, я ее не застал. Негодяй, даже не бросился к телефону, чтобы позвонить ее родителям и подруге. — Он сделал обиженно-смешную гримасу. — Порой я просто невыносим!

Я взяла его правую руку и провела ею по своей щеке. Сколько времени мне еще понадобится, чтобы возместить всю ту ласку, которую мы недополучили друг от друга.

Весь оставшийся путь мы молчали. Я не отрывала своей руки от его, чтобы еще и еще раз убедиться, что это не сон. Потом шепотом повторяла его имя, приближала к нему свои губы в ожидании скорого поцелуя и трепетала от его прикосновений. В те моменты, когда он был сосредоточен на дороге или своих мыслях, я изучала каждую поседевшую волосинку на его голове, первые морщинки на лице, водила по выпуклым венам руки. Он мог сам спасти Алекса, и тогда бы мы никогда с ним больше не встретились. Но с недавних пор я верю в судьбу. Именно так и должно было случиться. И поэтому мы сейчас вместе.

Леонардо мельком посмотрел на меня, и я заметила, что и он взволнован:

— Неужели у нас будут целых два дня на двоих? Ты уверена, что все еще хочешь быть со мной?

— Да, только два дня, а потом мне нужно будет вернуться в кондитерскую. Иначе все мои труды пойдут насмарку!

— Страсть как хочу попробовать себя в амплуа хозяина «Фа-соль»! Ты мне позволишь?

— Ты смеешься? — нарочно грозно бросила я, чтобы не рассмеяться, воображая его спортивную фигуру в белом фартуке и чепчике и удивленные лица покупателей. — Каждый из нас должен делать то, что умеет лучше всего.

— Вот ты какая! А я уже хотел предложить тебе написать книгу. Разве тебя не тронула история любви деда?