Белая тигрица - Джейд Ли

– Нет, Лидия. Не завтра. Завтра я представлю тебя своей семье как мою жену.

Она нахмурилась.

– Но если мы должны торопиться...

Ру Шань приложил палец к ее губам, не давая ей договорить.

– Ты моя жена, Лидия. Сегодня мы засвидетельствовали это перед твоим Богом, а завтра сделаем это перед моей семьей. Я хочу, чтобы между нами все было законно. Мы с тобой муж и жена.

Ее глаза заблестели, но она смахнула непрошеную слезинку и улыбнулась. Она была бесконечно благодарна Ру Шаню за его решительность.

– Чтобы ничто не могло разделить нас, – прошептала Лидия, повторяя слова, которые они произносили во время брачной церемонии.

Он усмехнулся.

– Никто и ничто не разделит нас. Даже Ши По с ее двойной игрой.

Она приподнялась на носки и легко поцеловала его в губы.

– Я буду усердно трудиться, мой муж, чтобы наше дело процветало.

– Это принесет мне огромную радость, жена моя. Улыбка Лидии стала более чувственной.

– Что еще может принести тебе огромную радость, муж мой? —спросила она.

Ру Шань молчал, словно раздумывая, но она видела, как в его глазах запылал огонь силы ян. Прижавшись друг к другу, они чувствовали, как гулко забились их сердца. Осторожно, с мучительной медлительностью Ру Шань принялся расстегивать ее платье. Его пламя силы ян разгоралось все сильнее. Он начал сверху, с тех пуговиц на лифе, которые, казалось, не давали ей вдохнуть полной грудью. Постепенно он расстегнул все верхние пуговицы, и поток ее силы инь пролился между ними.

Она не могла объяснить, как это произошло, потому что раньше ему нужно было обводить ее груди круговыми движениями, чтобы кровь закипела в ней и привела в движение силу инь. Сейчас этих подготовительных касаний не понадобилось. Лидия чувствовала, как движется сила инь, свободно струясь между ними.

Ру Шань, должно быть, тоже почувствовал это и положил свои руки на бедра Лидии, стараясь держать ее на некотором расстоянии и не давая прижаться к его нефритовому дракону. Это еще сильнее взволновало ее.

– Я хочу стать бессмертным сегодня вечером, Лидия. Сегодня между нами свободно протекают силы инь и ян.

Она улыбнулась.

– Да, я знаю.

– Ты чувствуешь мою силу ян? – спросил он удивленно, и она рассмеялась в ответ на его недоумение.

– Конечно, чувствую. Она похожа на пламя, которое обжигает мою кожу. – Лидия подарила ему быстрый поцелуй. – Я сразу ощутила ее.

Ру Шань заглянул ей в глаза.

– Говорят, что женщины учатся быстрее мужчин. Прошло много месяцев, прежде чем я научился чувствовать поток силы инь. – Он улыбнулся, его движения стали более спокойными. – Обладая такой чувствительностью, ты будешь прекрасной партнершей для меня. Не возражаешь?

Лидия снова рассмеялась, ее радость переливала через край.

– Конечно, не возражаю. Я твоя жена.

– Многие женщины в Китае считают, что это учение безнравственное.

Она была сбита с толку.

– Но вы же... близки с вашими женами?

– Да, конечно. Но многие браки среди китайцев заключаются по воле родителей, а не ради счастья невесты или жениха. Поэтому часто близость не приносит радости, а требуется лишь для того, чтобы зачать наследника. Это грустно.

Лидия улыбнулась.

– Для нас это будет радость.

Ру Шань усмехнулся, и она снова удивилась, как молодо он выглядел, когда его лицо озарялось искренней, открытой улыбкой.

– Итак, ты согласна стать моей партнершей? Моей тигрицей?

– Конечно.

Он погладил ее по лицу. Это прикосновение было почтительным и легким, будто он не мог удержаться, чтобы не прикоснуться к ней.

– Ты чудо, Лидия. Сегодня тебе придется потратить много силы инь.

– Потребуется, наверное, такой прилив силы, который, как ты говорил, может отправить меня на Небо?

– Да. Ты будешь погружаться в эти воды много раз. – Ру Шань помедлил, словно боялся признаться. – Возможно, ты испытаешь сильную усталость и даже опустошенность.

– Или же я смогу тоже стать бессмертной, – Лидия выпрямилась и снова потянулась к нему, чтобы поцеловать его. На этот раз ее поцелуй не был поверхностным и быстрым. Она провела языком по его губам, затем, повинуясь импульсу, обхватила ртом его нижнюю губу и почувствовала ответную вспышку его силы ян. Она высвободилась и, не успев спрятать улыбку, прошептала:

– Наверное, нам пора начинать.

Ру Шань повел ее в спальню. Это была та же самая комната, те же кровать и белье. Но теперь ей виделось все это по-другому. Она сама выбрала эту жизнь и этого мужчину, благодаря которому столь ненавистная прежде комната стала похожа на рай, а не на тюрьму. Она была приютом их любви, а не ужасным местом заточения.

Лидия огляделась, и Ру Шань, заметив ее блуждающий по комнате взгляд, виновато произнес:

– Мне следовало бы как-то украсить ее... Или привести тебя в другое место. – Он вздохнул. – Но у меня нет денег, чтобы...

– Нет, – перебила Лидия. – Я просто подумала, что все зависит от нашего сознания, а не от места, где мы находимся. В моем представлении это место прекрасно, оно меня устраивает, Ру Шань.

Ру Шань внимательно посмотрел на нее, пытаясь найти на ее лице следы притворства, но Лидия была честна с ним, поэтому смело позволила ему рассматривать себя, зная, что ничего, кроме счастливого выражения, он не увидит. Через мгновение она почувствовала, как его тревога утихла. Он подошел к вазе и взял в руки кисть.

– Я хочу разрисовать тебя, Лидия. Когда поток твоей силы инь свободно заструится, ты сможешь разрисовать меня.

Лидия не знала, что ее ожидает, но спокойно отнеслась к его предложению: Ру Шань всегда объяснял ей свои действия. Она заглянула в глиняную вазу с прозрачной жидкостью и вопросительно посмотрела на мужа.

– Это вода с благовониями. – Ру Шань чуть наклонил вазу, и она ощутила экзотический запах с цветочным оттенком. Лидия уловила аромат имбиря и лаванды, жасмина и чего-то еще. Чего-то темного и чувственного. От этого запаха ее мысли спутались.

Она резко отпрянула, вспомнив, что такой запах был у чая, которым ее напоили в том ужасном публичном доме. Она не станет...

– Здесь нет опиума. Я не собираюсь губить тебя этой отравой, Лидия. Клянусь тебе.

Лидия попыталась унять свою панику.

– Я не хочу никаких наркотиков.

– Это не наркотик. – Ру Шань сделал паузу. – Ты же знаешь, что долгие часы наших с тобой занятий, так или иначе, приведут к изменению твоего и моего сознания. Наша скованность исчезнет. Этот аромат, чуть похожий на запах опиума, совершенно безвреден. Он поможет нам расслабиться, и только. – Ру Шань снова замолчал, желая понять, как она относится к его словам, и продолжил: – Для того чтобы обрести бессмертие, нам нужно снять преграды нашего сознания. Мы добиваемся этого путем долгих упражнений.