Я подарю тебе крылья. Книга 2 - Ана Шерри

Обычный ранний рейс обратно, через шесть часов они будут в Дубае, еще через пару часов она зайдет в свою квартиру и будет ждать Даниэля. Ничего особенного, она уже привыкла. Но сегодня хотелось поторопить время, а оно, как назло, не спешило.

Напитки, еда и снова напитки.

– Мне надо кормить пилотов!

Нехватка человека в экипаже давала о себе знать. На секунду сбившаяся с ног Оливия вспомнила Дженнет и ее счастливую новость. И хоть Оливия не заметила явных признаков беременности, зато увидела, как горели от радости ее глаза. Наверное, для большинства женщин момент осознания материнства – самый важный в жизни. Но в ее жизни этот момент наступит не скоро, да и Дженнет, по ее мнению, слишком рано решилась на это.

– Добрый летный день. – Она зашла в кокпит с двумя подносами и первый отдала Даниэлю: – Форель.

– Эй, может быть, мы поменяемся в этот раз? – возмутился Марк, убирая карты в сторону и освобождая столик. – А то я скоро начну кудахтать, как курица.

Оливия улыбнулась и отдала ему поднос:

– Говядина, Марк.

– Надеюсь, ты не начнешь мычать, – произнес Даниэль, открывая касалетку с едой.

– Кофе принесу чуть позже. – Оливия посмотрела вперед перед собой, видя лишь голубые просторы и разбросанные перья внизу. Красиво. Они летели вперед на темную линию горизонта, но он никогда не приблизится к ним.

Легкий полет, без гроз и облаков впереди, без турбулентности и ям. Небо чистое, как капля росы, и бесконечное, как время.

– Красиво и спокойно. – Теперь только она встретилась с темными глазами капитана, и он последовал ее примеру, посмотрев вдаль и забыв про еду.

– Если море без волн, это не значит, что можно расслабиться.

Марк, кивая, согласился с ним, не отрываясь от еды. Он тысячи раз видел эту картину.

– Сколько нам осталось лететь? – Ей не хотелось уходить отсюда.

– Еще два часа.

– Как долго…

– Но уже меньше, чем было. – Даниэль подмигнул ей, улыбнувшись, точно зная, что Марк не видит ничего, кроме еды.

Оливия ушла, чтобы принести им кофе. Затем отдых и разговоры стюардесс на кухне про следующий рейс.

– Это будет Рим, – Келси налила себе чай и сделала глоток, – завтра в ночь.

Оливия улыбнулась. Рим… Сколько памятных городов всего за несколько дней! И каждый – особенный. Рим – это память о ее родителях. Именно там начались их отношения, и именно там впервые Оливия оказалась в сильных руках Даниэля. Теперь Рим – это слово, полное воспоминаний о той ночи. Прошло столько времени… почти год, а кажется – мгновение.

В последнее время Оливия перестала узнавать себя, она уже не была такой бойкой, целеустремленной и сильной, в экипаже она стала тенью, отношения с Даниэлем сделали ее слабой. Теперь она молчала больше, чем говорила. Никто не мог проникнуть в ее жизнь. За последние три месяца она перестала перечить своему капитану на людях. Они просто делали вид, что «их» не существует.

Теперь записка Мел заставила задуматься о многом, и это «многое» Оливию пугало. Пожалуй, она отложит мысли на потом, еще не время, она не хотела думать об этом так скоро.

– Уважаемые леди и джентльмены, говорит капитан Даниэль Фернандес Торрес, мы приступили к снижению и через двадцать минут совершим посадку в международном аэропорту Дубая. Вас ожидает теплая погода, температура +28°С и небольшая облачность. Для пассажиров, летящих стыковочным рейсом, для уточнения ваших дальнейших действий советую обратиться к нашим бортпроводникам или на стойку информации в аэропорту. Спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию, и желаю вам отличного отдыха в самом красивом городе Аравийского полуострова Дубае.

Оливия почувствовала, как самолет начал снижение, прошла по салону и убедилась, что пассажиры готовы к посадке. Еще немного, и этот самый голос будет шептать ей на ухо нежные слова, возбуждая все нервные окончания. Она будет смеяться и отталкивать его. Но поцелуй заставит ее замереть. Она ждала только этого, на автомате проверяя багажные отсеки и поднятые спинки кресел.

– Экипажу приготовиться к посадке. – Снова его голос заставил еще раз оглянуться на людей и сесть на свое место, пристегиваясь ремнями безопасности. Ее работа почти закончена, осталась малая часть – распрощаться с пассажирами и проверить салон. Но сейчас есть несколько минут, чтобы расслабленно понаблюдать за посадкой, самой любимой частью полета. Она смотрела в окно, видя лишь пушистые облака. Самолет тонул в них, пытался выбраться из белого плена и через пару минут оставил их наверху. Земля все ближе, уже видны маленькие светлые домики.

В кабине пилоты занимались подготовкой к посадке, связываясь с диспетчером:

– «Посадка», приветствую, это «Arabia Airlines» 2-1-6, – произнес в микрофон Марк, сегодня он следит за приборами, помогая Даниэлю, – прошу разрешение на посадку.

– «Arabia Airlines» 2-1-6, посадку разрешаю. Ожидаем ваш заход на полосу двенадцать, левую.

– Посадку разрешили. Полоса двенадцать, левая, – повторил Марк и тут же обернулся к Даниэлю. – Надо замедлиться.

– Да, закрылки на «1».

Марк перевел рычаг на одно деление ниже:

– Скорость сто восемьдесят, закрылки положение «1».

– Отключаю автопилот, – произнес Даниэль, и сразу раздался мелодичный сигнал, – левее 040 градусов. Закрылки положение «2».

– Скорость сто шестьдесят, – подтвердил Марк.

– Хорошая скорость – Даниэль положил руку на РУДы, слегка потянув вниз, замедляя силу двигателей.

Он посмотрел в окно, определяя их положение. Все те же дома, все та же дорога, всегда одна высота. Он уже отчетливо видит огни взлетной полосы.

– Выпускай шасси.

Марк дотянулся до рычага выпуска шасси, опуская его до отказа вниз, видя над рычагом, как постепенно загораются зеленые лампы задних стоек.

– Закрылки полностью…

Но голос Даниэля перебил голос техники:

– Триста… двести…

Отсчет шел, они уже подлетали к полосе, видя мерцание ламп, встречающих их. Но внезапный звук на весь кокпит, как сигнал бедствия, парализовал слух и заставил вздрогнуть обоих пилотов.

– Что за дьявол? – вскрикнул Марк, рукой упираясь в панель и отчетливо видя мигающую красную лампу передней стойки шасси.

– Шасси! – крикнул Даниэль, рефлекторно рукой отклоняя РУДы от себя и увеличивая мощность двигателей, поднимая самолет обратно в воздух.