Проданная - Лика Семенова

Я холодела, глядя на высокородного ублюдка. Даже понимая, что здесь, за стеной, он никогда не отыщет меня, не увидит, я замирала от страха. Неумолимо казалось, что он выследил меня, и даже способен забрать.

Варий раскинул руки в знак приветствия, едва шагая навстречу Невию:

— Ты настолько редкий гость, что ради такого случая я отложу самые важные дела. Порадовал старика, — он обнял его, похлопывая по спине.

Казалось, Варий был несказанно рад этому визиту, даже растроган едва ли не до слез, а у меня от одной этой мысли подкашивались ноги.

— Но ты прекрасно знаешь, что для тебя я не дядя.

Невий обнял в ответ. Даже лицо его преобразилось, казалось совершенно другим. Открытым, приветливым. Это был совсем другой человек

— Прошу прощения, но у меня не поворачивается язык назвать вас высокородным дедом. Позвольте, как и отец, именовать вас дядей. Я уже просил об этом и даже настаиваю.

Варий сухо засмеялся, хило хлопнул Невия по плечу и направился к столу:

— Если ты так хочешь, мальчик мой… Выпьешь кофе со стариком?

Невий кивнул:

— Охотно. Обожаю кофе. Полагаю, это у меня от вас…

Варий удовлетворенно улыбнулся. Казалось, ему польстило, и он просто млел от благодушия:

— Иначе и быть не может. Высокородная кровь — не вода. — Он многозначительно поднял дрожащий указательный палец: — Не вода. Даже жалкая капля несет свою силу.

Старик опустился в свое кресло, нажал селектор на рукаве, вызывая рабыню. Дождался, когда Невию подадут кофе. Варию тоже налили очередную чашку, а я почувствовала острый приступ тошноты, едва вообразила этот запах. Даже оперлась рукой о стену и зажала рот ладонью, шумно, с усилием дыша через преграду. Воспоминания о запахе пульсировали где-то в висках. Ненавижу кофе.

Я снова заглянула в щель, боясь хоть что-то упустить. Невий покручивал чашку, угрожая пролить, но не пил. Похоже, вся любовь к напитку выражалась лишь на словах.

— Как ваше здоровье, дядя?

Варий поник еще больше. Казалось, даже морщин прибавилось.

— Какое здоровье у стариков, мой мальчик? Эти ужасные мигрени, мои больные колени… Ты же сам все знаешь. А теперь, кажется, и память начала подводить… Но твой визит помогает чувствовать себя не таким одиноким. Ты мой единственный внук. Девки не в счет. — Он подался вперед, накрыл руку Невия своей ладонью, похлопывал: — Я рад, что ты нашел время. Хотя… полагаю, что ты это сделал не из одной только любви к старику. Это было бы слишком хорошо. Никогда не поверю в такую удачу.

Невий будто винился. Опустил голову, сокрушенно кивнул:

— Вы, как всегда, правы. От вас не укроешься.

Варий откинулся на спинку кресла:

— Тогда я слушаю. Что тебя грызет, мой мальчик?

Ублюдок будто собирался с мыслями, никак не решаясь озвучить. Наконец, скорбно вздохнул:

— Я хотел бы просить об одолжении, дядя. С тем и пришел. Отец не станет даже слушать, вы же знаете, как резок он бывает. Он совсем не понимает меня. Но вы, со своей проницательностью… надеюсь, прислушаетесь к весьма безобидной просьбе.

Старик с готовностью кивнул:

— Конечно, знаю. Я и сам порой не одобряю его — Квинт часто бывает невыносимым и упрямым. Но что значит мое слово? Глава дома — не я. Последнее слово всегда за твоим отцом. Но если я хоть чем-то могу помочь тебе… Что за просьба?

Невий подался вперед в благодушном порыве:

— Я знаю, что вы занимаетесь устройством моего брака. Так решил отец. Если уж моя женитьба так неизбежна, я бы хотел просить вас, дядя… подыскать мне невесту поглупее. Я даже не стану возражать, если она окажется весьма некрасивой или старше меня. А, может, и то и другое.

Варий даже весело визгливо хохотнул:

— Ты настолько неуверен в себе?

Невий неопределенно махнул рукой:

— Я трезво смотрю на вещи. Договорные браки крайне редко бывают счастливыми, тому масса примеров. Поэтому я не жду от брака ничего, кроме неизбежного союза. Так вот, если я имею какое-то право озвучить свои пожелания, то хочу, чтобы моя будущая жена была глупа и не обладала склочным нравом. Это единственные добродетели, которые имеют для меня значение.

Варий покачал головой:

— А как же красота? Тебе должно быть не стыдно показать жену при дворе.

Невий расплылся в улыбке:

— Двор переживет. Все прекрасно знают, как обстоят дела. Самое главное — покой, не так ли, дядя? А для всего остального существуют наложницы. Кажется, мой отец был вполне счастлив. Жаль, так недолго. Это огорчило меня.

Я замерла, прижалась щекой к холодной стене.

Варий вытянул губы, кивнул:

— Жаль, все это так скверно закончилось. Я наслышан. Участие Огдена… Все это немыслимо. Столько лет в доме…

— Говорят, его разыскивают.

Старик вновь кивнул:

— Само собой. И, конечно, разыщут, будь спокоен. И вытрясут всю правду вместе с кишками. Такое не прощается. Все непременно наладится. А Квинт придет в себя, утолит чувство мести и поймет, что это была лишь наложница. Каких сотни.

В груди кольнуло ледяной иглой. Мне очень хотелось думать, что старик лишь играл роль, но избавиться от сомнений было просто невозможно.

Кажется. Невий был удивлен. Даже выпрямился, глядя на старика:

— Я был уверен, что вы на его стороне, дядя. И всецело одобряете.

Варий просиял блаженной улыбкой:

— Я на стороне будущего нашего дома. Есть сентиментальность, а есть долг. Разум и порывы — весьма неуживчивые соседи.

Невий охотно кивнул:

— Вы озвучили саму суть, дядя. Едва ли солгу, сказав, что знаю человека умнее и проницательнее вас.

Кажется, высокородному старику польстила похвала. Он улыбался еще шире. От этого кончик носа еще больше заострился, а подбородок подался вперед:

— Все уладится, мой мальчик. Вот увидишь.

Невий кивнул, завозился в кресле. Из своего укрытия