Рай. Книга 1 - Джудит Макнот

— Продажа пальто в Бостоне, где температура на этой неделеопустилась до обычного для этого времени года уровня, поднялась на десятьпроцентов по сравнению с прошлой неделей.

— Меня не интересует прошлая неделя! Я хочу лишь знать,почему продажа пальто снизилась по сравнению с прошлым годом.

Мередит только вчера вечером поговорила по телефону сподругой, работавшей в» Уименс уэа дейли «, и теперь попыталась успокоитьразъяренного отца.

— Согласно» УВД «, — объяснила она, — цифры продажи пальтозначительно снизились во всех магазинах. В следующем выпуске они дажесобираются напечатать статью по этому поводу.

— Мне нужны не извинения, а объяснения, — перебил отец, иМередит немного поморщилась, но лишь слегка. С того дня, когда она вынудилаотца признать ее ценность как работника, тот из кожи вон лез, желая доказать ейда и всем окружающим, что он ничем не выделяет дочь. Напротив, он почти нехвалил ее и выговаривал строже, чем остальным.

— Объяснение очень простое, — спокойно пояснила она, —жакеты. По всей стране цифры продаж повысились на двенадцать процентов.

Филип выслушал ее, но ничем, кроме кивка, не показал, чтопризнателен. Вместо этого он повернулся к Ротману, и сухо осведомился:

— И что мы собираемся делать со всеми оставшимися пальто?

— Мы сократили заказы на пальто, Филип, — терпеливо сказалон, — и излишков не будет.

Правда, Тед не добавил, что именно Тереза Бишоп посоветовалаему переключиться с пальто на жакеты, но Гордон Митчелл, вице-президент,отвечавший за торговлю платьями, аксессуарами и детской одеждой, немедленноуказал на промах Ротмана:

— Насколько я припоминаю, жакеты были куплены вместо пальто,когда Тереза объяснила, что тенденция к укорачиванию юбок заставит женщинносить в этом году не пальто, а жакеты.

Мередит понимала: Митчелл вмешался не потому, что хотелприписать всю честь открытия Терезе; просто не хотел, чтобы Ротмана похвалили.Митчелл никогда не упускал возможности очернить остальных вице-президентов вглазах руководства. Мелочный злобный человечек, он всегда вызывал в Мередитчувство омерзения, несмотря на красивую мужественную внешность.

— Конечно, мы все знаем и ценим проницательность иясновидение Терезы, — с уничтожающей иронией бросил Филип.

Он терпеть не мог женщин-руководителей, особенно в своейфирме, и все это знали. Тереза картинно закатила глаза, но не осмелиласьпоглядеть на Мередит в поисках сочувствия — сделать это означало выказать нечтовроде взаимной зависимости, слабости, и обе были слишком научены горькимопытом, чтобы дать это заметить своему грозному президенту.

— Как насчет новых духов, которые должна рекламировать этарок-звезда? — требовательно спросил Филип, глядя сначала в свои заметки, апотом на Теда Ротмана.

— Духи» Харизма «, — пояснил Ротман. — А певицу зовут ЧерилЭдерли, она рок-звезда и секс-символ, которая…

— Я знаю, кто она, — перебил Филип. — Так» Бенкрофт» сможетподписать с ней контракт на эксклюзивную продажу ее духов или нет?

— Пока неизвестно, — неловко пробормотал Тед. Косметика ипарфюмерия обычно приносили огромную прибыль, и получить эксклюзивные права напредставление сенсационных новых духов было огромной удачей. Это означалобесплатную рекламу компании-производителя и огромный наплыв покупателей,стремившихся поближе увидеть настоящую звезду, когда та явится в магазин, чтобыдемонстрировать новый аромат. Все эти обезумевшие женщины начнут в дракурасхватывать духи.

— То есть как неизвестно? — рявкнул Филип. — Вы самиговорили, что права у нас в кармане.

— Эдерли колеблется. Насколько я понимаю, она стремитсяизбавиться от имиджа рок-звезды и желает стать серьезной актрисой, но…

Филип со злостью отбросил ручку:

— Ради Господа Бога! Плевать мне на ее карьерныеустремления! Я лишь желаю знать, успеет ли «Бенкрофт» перехватить права напрезентацию ее духов, а если нет, почему?

— Я пытаюсь ответить вам, Филип. — осторожно, успокаивающеначал Тед. — Эдерли желает впервые представить свои духи в первоклассноммагазине, чтобы создать себе новый изысканный имидж.

— Но что может быть более стильным, чем «Бенкрофт»? —нахмурился Филип и, не ожидая ответа на риторический вопрос, поинтересовался:

— Вы обнаружили, с кем еще она ведет переговоры?

— С «Маршал Филдз».

— Но это абсурд! Они не смогут сделать для нее столько,сколько мы! И по классу куда ниже нас!

— К сожалению, именно наш класс и представляет собойпроблему.

Филип побагровел от ярости, но Тед поднял руки:

— Видите ли, когда мы начали переговоры, Эдерли хотеласоздать новый, строгий имидж, но агент и адвокаты почти убедили ее, что сейчасбыло бы ошибкой отказываться от старого образа рок-звезды и секс-символа,заслужившего поклонение стольких поклонников-подростков. По этой причине ониобратились к «Филду»и считают его чем-то вроде компромиссного решения.

— Но мне нужна эта презентация, Тед, — безапелляционнозаявил Филип. — Я настаиваю на этом. Предложите им большую долю прибылей, еслинеобходимо, или пообещайте, что оплатите часть расходов на рекламу в газете.Конечно, не особенно зарывайтесь, но помните — мне необходимы эти духи.

— Сделаю все, что смогу.

— Разве вы уже не исчерпали свои возможности? — презрительнобросил Филип и, не ожидая ответа, повернулся к вице-президенту, сидевшему рядомс Ротманом, потом к третьему, четвертому, подвергая каждого такому жебезжалостному перекрестному допросу, как Ротмана. Цифры продаж былипревосходны, и каждый администратор был на своем месте. Филип знал это, новместе со здоровьем ухудшался и его характер. Последним под обстрел попалГордон Митчелл.

— Эти платья от Доминик Аванти выглядят как половые тряпки,словно много лет провалялись на складе, и, конечно, их не покупают.

— Одна из причин, почему они не продаются, — объявилМитчелл, бросив злобный, осуждающий взгляд на босса Лайзы, — в том, что вашиподчиненные сделали все возможное, лишь бы выставить эти платья в самомневыгодном свете! Чья это идея надеть на манекены шляпы с блестками и перчатки?

Босс Лайзы Нил Нордстром свысока оглядел рассерженноговице-президента:

— По меньшей мере Лайза Понтини и ее команда смогли хотькак-то украсить это тряпье!

— Довольно, джентльмены, — устало перебил Филип. — Сэм, —спросил он главного юриста, сидевшего по левую руку, — как насчет иска,предъявленного женщиной, которая упала в мебельном отделе и повредила спину?