Избранная - Кира Уайт

Сначала я думал, что у нее начинается что-то вроде стокгольмского синдрома, но быстро отбросил эти мысли. Я ведь не удерживал ее силой, она к тому времени поняла, что бежать бесполезно. Ее интерес, к сожалению, был заметен не только мне. Камилла, с которой у меня уже несколько лет не было никаких отношений, даже друзьями нас можно было назвать с натяжкой, приревновала и решила убрать девушку со своего пути. Если бы не вмешательство Тьмы, пришлось бы самому с ней разобраться, а потом отвечать за этот поступок. Но оно бы того стоило.

Оборачиваюсь и смотрю на мирно спящую девушку и борюсь с желанием снова отправиться в ее сон. С улыбкой качаю головой. Нет, это была бы неверная тактика. Так можно ее напугать, она и так отскочила от меня, как ошпаренная, испугавшись непонятно чего. Может для нее я был чересчур напорист? В любом случае нужно дать девушке время и посмотреть, каким будет ее следующий шаг.

Проходит около часа с того момента, как Арин уснула. Прислушиваясь к ее размеренному дыханию смотрю в окно, за которым по-прежнему ничего не видно. Но тут дождь прекращается так же резко, как и начался. Я до сих пор не чувствую усталости, поэтому принимаю решение отложить отдых и двигаться дальше. Осторожно поворачиваю ключ в замке зажигания, будто это поможет завести машину как можно тише, и сразу оглядываюсь посмотреть не разбудил ли девушку. Она что-то тихо бормочет, продолжая спать, и я выдыхаю, медленно трогаясь в путь, постепенно набирая скорость.

Еду всю ночь, объезжая крупные города, чтобы избежать скопления автомобилей. Дождь застал нас где-то посреди Иллинойса, преодолев который, пересекаем границу с Индианой. По самому короткому из возможных путей преодолеваем штат, а примерно полчаса назад я заехал в Огайо. Арин все это время крепко спит. Рассвет наступает ровно в тот момент, когда я вижу указатель на Цинциннати и сворачиваю налево, чтобы объехать город. Арин просыпается еще через полчаса, когда я снова выезжаю на шоссе.

Девушка наклоняется и через спинку заднего сиденья копошится в багажнике, а затем перебирается вперед, усаживаясь на пассажирское сиденье. Передает мне завтрак, который мы съедаем в абсолютной тишине. Когда с едой покончено, Арин вздыхает и неожиданно говорит:

– Прости, Йен.

Не могу скрыть своего удивления. За что, черт возьми, она просит прощения?

– Пояснишь? – спрашиваю, не сводя с нее взгляда.

Ее щеки слегка розовеют, но она все равно кивает в знак согласия.

– Вчера я повела себя как испуганная девочка-подросток, которую поцеловал парень, который ей нравится. Хотя ничего плохого ведь не произошло. – она переводит дух и признается, отведя глаза в сторону. – Я сама этого хотела. Просто мне непонятно, зачем это тебе? Ведь ты говорил…

– Забудь, что я говорил! – перебиваю ее. – Я передумал.

– Передумал… – шепотом повторяет она. – И как прикажешь это понимать? А еще лучше, может объяснишь, что мне с этим делать?

– Смириться. – слегка пожимаю плечами и улыбаюсь. – Я не отстану.

Арин смотрит на меня так, будто впервые увидела, и я с трудом сдерживаю смех.

– Звучит, как угроза, знаешь ли?

– Это не угроза, а обещание. – говорю серьезно, краем глаза наблюдая, как девушка задумчиво откидывается на спинку сиденья.

– Почему ты передумал? Что для тебя изменилось? – спрашивает спустя продолжительное молчание.

– Ты. – говорю ей напрямую. – Изменилось мое отношение к тебе.

Она хмурится и кусает губы, анализируя такой простой для меня и, похоже, такой непростой для нее ответ.

– Ладно, пусть так. Но что ты предлагаешь делать со всем этим? – осторожно спрашивает девушка.

– Для начала давай узнаем друг друга получше? – предлагаю я. – Но если хочешь, я могу остановиться, чтобы повторить вчерашнее.

Она закатывает глаза и фыркает.

– Ты невозможен, знаешь об этом?

Мы вместе смеемся, на душе у меня становится так легко, как уже давно не было. Вроде ничего не изменилось, но в то же время все стало совсем по-другому.

– Думаю, сначала я выберу первый вариант, а там посмотрим. – хитро улыбается Арин, и я понимаю, что для нее тоже что-то изменилось.

– Давай начнем с тебя? – легко соглашаюсь я. – Что бы ты хотела узнать?

– Что значит "сердце из тьмы"? – выпаливает она, не раздумывая, заставляя меня снова улыбнуться.

Не вижу причин скрывать дальше, ведь уже сегодня вечером мы наверняка будем на месте. А там, встретившись с Создателями, Арин и не такое узнает. И я рассказываю ей про ритуал обращения в темного, про нить Тьмы и про то, как связаны сердца темных с душой Тьмы. Арин слушает внимательно и не перебивает. Потом она еще раз спрашивает про способность управлять снами, и я рассказываю о том, что несмотря на то, что все происходит не в реальности, ощущается настоящим. А еще о том, что в таком сне я могу через расстояние отправлять мозговой сигнал с установкой к какому-либо действию, поэтому, когда я отправил в ее сознание импульс и заложил в него непреодолимое желание отправиться на мост, она не смогла ему сопротивляться, думая, что так будет правильно.

– Но почему ты не отправился на встречу со мной через Иной мир? Почему я обязательно должна была ехать к мосту? – задает Арин справедливый вопрос.

– Потому что у нас была встреча неподалеку, помнишь, ты видела ее в своем сне? Все остальные отправились искать своих Избранных, а я остался на месте. За тобой приглядывала Искра, и я знал, что вскоре ты появишься в городе. Не было смысла мне срываться с места, я хотел обдумать, как появиться в поле твоего зрения и помягче рассказать о случившемся. Но ты сама меня нашла. – замолкаю, вспоминая, как она наткнулась на меня в супермаркете и потащила к запасному выходу, чтобы спасти от демона, которым в итоге оказалась Искра.

Видимо, Арин вспоминает то же самое, потому что краснеет до самых кончиков ушей. Тихо посмеиваясь над некоторыми вопросами, все же отвечаю девушке и в перерывах задаю свои собственные. Темы Создателей Арин предусмотрительно не касается, и я благодарен ей за это, потому что немногое могу