Ява - Владимир Войновский

Теперь она могла идти на переговорный пункт и заказывать разговор с Валеркой. Телефонистка долго выясняла, как можно пригласить Наташиного мужа на ближайший переговорный пункт. Наконец-то она оформила заказ и выдала Наталье талон. По нему она должна была прибыть на переговорный пункт через три дня в двадцать один ноль-ноль. У Валерки получалось семь часов вечера.

Глава 47

Командировка

Валерка уже третий день колесил по Приморскому краю. Покинув пределы части, они со старшим лейтенантом Воробьём приехали к штабу округа в город Хабаровск. Здесь офицера инструктировал какой-то генерал-лейтенант, худощавый, небольшого роста старичок. Валерка сидел в кабине и видел их, идущих в направлении площадки, где стоял «КамАЗ». С солдатом генерал не разговаривал, просто посмотрел ему в лицо сквозь лобовое стекло. Внимательно посмотрел, будто запоминал или оценивал. Пожал руку офицеру. Воробей вскочил на подножку.

— Ну, кажись, всё с инструктажами и вводными. Поехали. До чего я не люблю все эти нюни и слюни. Туда не лезь. Там не ходи. Прямо детский сад какой-то.

Это, пожалуй, было всё, что сказал Воробей до самого Бикина.

— Скоро покинем просторы Хабаровского края и вторгнемся во владения Приморского, — произнес офицер.

Старший лейтенант был явно несловоохотливый и немногословный. Так и от скуки можно помереть. Валерка в душе уже не раз посетовал на судьбу, которая подкинула ему такого старшего.

Где-то между Кировским и Спасск-Дальним офицер опять показал свой талант в разговорном жанре,

— Скоро будет площадка. Смотри внимательнее. С левой стороны. Там должны «дальнобойщики загорать». Это их площадка. Возле неё родник бьёт. Вода холоднючая, зубы сводит. Но вкусная и полезная. Минут десять на отдых и вперёд.

Действительно, через несколько километров в сгущающихся сумерках показалась площадка, достаточная для небольшого дорожного кемпинга. Остановились, прижавшись к борту контейнеровоза. Здесь были и роспуски, и лесовозы. Машин десять, не больше. В сторонке был навес, под которым стоял вкопанный стол и лавочки. Здесь сидели водители. Рядом в мангале горел огонь. Над огнём стояли чайник и кастрюлька.

— Я за водичкой, а ты сиди. Из машины не выходить. У тебя ёмкость с крышкой есть?

— Так точно. Солдатский…, — Валерка протянул офицеру литра на два термос.

— Нормально. И сейчас попить, и в дорогу.

Воробей выскочил из кабинки. Пробегая навес, задержался, перекинувшись несколькими фразами с сидящими за столом; пройдя немного вдоль обочины, он скрылся из виду, спустившись куда-то вниз. Через минуту его фигура вновь появилась на обочине, и он быстрым шагом направился к машине.

— Держи, попробуй водичку. Только аккуратно, резко не глотай. Холодная, — весело сказал Воробей, запрыгнув внутрь кабинки.

Валерка отвинтил крышку и пригубил прохладную жидкость.

— Ух! Холодная. Бр-р! Вкусная. Будто сахарная, — произнёс солдат. По телу пробежал холодок.

— Помчались, — откинувшись на сидушку, сказал офицер.

Валерка включил передачу и нажал на газ. Начал накрапывать лёгкий дождик. Ближе к Уссурийску уже лил настоящий ливень. На весь путь от Хабаровска до Уссурийска затратили одиннадцать часов. Лишь с одним десятиминутным перерывом на «роднике». Ночевать решили в Раздольном, где у Воробья в одном из многочисленных воинских формирований служил товарищ.

Приехали в Раздольный. Валерка разместился на ночлег в кабинке «Камаза», а Воробей пошёл ночевать к товарищу.

С первыми лучами солнца к машине прибежал Воробей.

— Двадцать минут на приём пищи и в путь. Сегодня напряжённый день. Всё зависит от того, как быстро и чётко сделаем работу. Успеем за один день, вернёмся в часть на день раньше или, — он лукаво, но пристально посмотрел на Валерку, — останется время на отдых. Ты как?

— Положительно, — спокойно ответил солдат. Валерка не выспался.

— Есть предложение позавтракать в столовой автобата, но надо кушать по очереди. Что думаешь?

— Вы идите в столовую, я обойдусь сухим пайком. После где-нибудь отобедаем.

— Хорошо, я быстро, — и Воробей убежал на территорию автобата.

Часов в восемь утра поехали в Артём. На территории складов простояли впустую, как показалось Валерке, битых два часа. Воробей где-то бегал. Валерка ждал его в кабинке, наблюдая за солдатами и офицерами, находящимися на территории.

К половине одиннадцатого Воробей вернулся в машину, уставший. В его руках были какие-то накладные. Подъехал «уазик», и из него вылез тот самый генерал-лейтенант, который инструктировал старлея возле штаба округа. Воробей пулей выскочил из кабинки и предстал перед генералом. Немного спустя он повернулся к кабине «Камаза» и, помахав рукой, позвал Валерку. К такому повороту событий солдат не был готов. Предстать перед генералом в шерстяных носках и кроссовках, да ещё в тельняшке под кителем это был верх наглости. Воробей более требовательно замахал рукой и состроил такую гримасу, что Валерка, не думая о возможных последствиях, выпрыгнул из кабинки и подбежал к группе офицеров.

— Говоришь, за одиннадцать часов докатил от Хабаровска? — с блеском в глазах спросил генерал.

— Так точно! — что было сил закричал Валерка, вытянувшись перед старшим офицером, как струна.

— Молодец, сынок. Пришёл с запасом, опередив график. А мои помощники ввели, получается, меня в заблуждение, — он повернул голову к офицерам, стоящим за его спиной. — Вот, товарищи офицеры, на таких солдатах и на их самоотверженности вся армия держится. Благодарю, сынок, за выполнение боевой задачи.

Генерал пожал Валерке руку, хлопнул пару раз по его плечу, улыбнулся и ушёл с остальными офицерами. Валерка стоял и молчал. За что спасибо? За что все эти похвалы и благодарности? Какое задание? Одни вопросы, а ответов не было.

— Поехали, — хлопнул Валерку по плечу старлей.

— Куда едем? — запуская двигатель, спросил Валерка.

— В Уссурийск, на танкоремонтный завод. Дизеля сдавать. Завтра опять сюда — получать обеспечение, будь оно неладно, для приёмного центра части. Но на завод мы должны успеть сегодня.

— Вперёд.

На танкоремонтном заводе сдавали дизеля до самого вечера. От знойной жары хотелось спрятаться. Хотелось спать. Хотелось отдохнуть. А, главное, очень сильно хотелось кушать, и желательно чего-нибудь наваристого и мясного. На ночлег опять вернулись в Раздольный. Он, как-то удачно для командированных, располагался в центре объектов, которые им необходимо было посетить.

Валерка расположился на спальнике. Ломило всё тело. Воробей ушёл к товарищу. Немного отлежавшись, Валерка вылез из кабинки, помыл руки, полив себе из солдатской фляжки. Умылся. Забрался обратно и начал перебирать сухой паек, раздумывая, чем бы поживиться на ужин. Опустилась