Младший сын мэра - Ольга Рузанова

Скорее… Боже…

Слышу бряцание пряжки ремня, звук разъехавшейся молнии, шелест одежды.

А в следующее мгновение он начинает в меня проникать.

Мама… максимальное распирание на грани боли. И сумасшедшее наслаждение.

— Как ох*енно, Насть… Бл*дь, как тогда…

Доходит до упора, замирает. Дикий взгляд в глаза. Отвечаю ему таким же безумием…

Первый толчок.

Из горла рвутся хрипы, изображение расплывается… хриплый голос Кира в ухо… ни слова не понимаю…

Впившиеся в бедра его пальцы. Скользящий во мне твердый член, приносящий оргазм со вторым толчком.

Внезапный, сокрушающий, безумный по своей силе.

Кирилл во мне замирает. Сжимает в объятиях, что-то торопливо шепча в ухо. Не улавливаю ни слова, потому что продолжаю захлебываться в удовольствии, о существовании которого до настоящего момента даже не подозревала.

Вау… мать моя женщина!.. Еще… еще, пожалуйста!

Пока я плаваю в стихающих волнах экстаза, Греховцев выходит из меня, присев на корточки, быстро избавляет от джинсов. Затем разворачивает меня к себе лицом и усаживает попой на комод.

— Смотреть хочу.

Раздвигает ноги, становится между ними и, обхватив ладонью затылок, глубоко целует. Не церемонясь, вылизывает всю полость рта, посасывает мой язык. Одновременно с этим, головкой члена размазывает влагу по моей промежности.

Я только что кончила, но там, где он меня касается, снова начинает зреть томление.

— Настя?.. Моя девочка, да?..

Мозг размяк, поэтому не совсем понимаю, что он хочет сказать. Какого ответа ждет?

— Скажи… моя?..

— Кир…

Обхватив пальцами одну из моих ног, он поднимает ее и ставит пяткой на поверхность комода.

Теперь я открыта для него максимально. Он туда смотрит, а меня там словно горячим паром обдает. Держусь за его плечи, выгибаюсь.

Водит рукой по блестящему от моей смазки члену. Потом в глаза мне смотрит. Шокировано.

Приставляет головку к входу и медленно в меня протискивается. Ощущения те же. На максимум.

Рывок. Губы в губы. Языки сплетаются.

Еще. Горячий ком в животе вибрирует и начинает расползаться по бедрам.

Третий. Глаза в глаза. Обмен бешеными эмоциями. Обоюдный шок, от того что чувствуем.

А дальше я не помню. Просто отключаюсь с очередным взрывом. Чувствую лишь жесткие толчки, его руки и жадные губы.

В себя прихожу, когда на живот падают горячие капли. В нос ударяет терпкий запах спермы.

Смотрим друг на друга. Задыхаемся напару.

— Это только секс, Кир…

Молчит. Опускает взгляд на мой в белесых разводах живот.

У меня же в этот момент в сердце иглы вонзаются.

— Один раз… слышишь, — шепчу я, — это было только один раз и больше никогда не повторится.

Он явно не в себе. Отходит в сторону, пошатываясь, оглядывается по сторонам, словно не понимает, где находится. А я в ужасе жду, что он вот-вот скажет: «Не дай Бог, кому-нибудь расскажешь».

Спрыгиваю с комода и несусь в ванную.

— Уходи, Кир, — бросаю, прежде чем закрыть за собой дверь.

Включаю душ и, пока пробегает холодная вода, быстро снимаю с себя остатки одежды. Залезаю в ванну и встаю под теплые струи.

Из глаз неконтролируемо бегут слезы. Ноги все еще трясутся, между ног с непривычки тянет и саднит, а в груди горит огнем.

Зачем я ему позволила? Что будет теперь?..

Опираясь рукой о кафель, второй зажимаю рот.

Господи… пусть он уйдет…

Но нет. Чувствую, как по спине сквозит прохлада, оборачиваюсь и вижу, как Греховцев спешно избавляется от одежды. Откидывает в сторону водолазку, снимает джинсы сразу с боксерами и идет ко мне, обхватив пальцами полностью эрегированный член.

Залезает ко мне в ванну и теснит меня в угол. Подцепив костяшкой пальца подбородок, смотрит в глаза.

— Ты сама-то поняла, что сказала?