Первый встречный - Полина Грёза

— Какой?

— Тридцать первое августа. А это значит что?

— Что?

— Сегодня последний день лета.

— Ну и? — непонимающе посмотрела она.

— Помнишь три моих желания на твой день рождения? Ты должна выйти за меня замуж до конца лета. Обещала. Поэтому — одевайся.

— Что, прямо здесь? В больнице?

— Да.

— А как же… Там ведь заявления нужно подавать заранее… И мы не в России…

— Я сказал одевайся. Регистрация через двадцать минут.

— Но…

— Возражения не принимаются. Ты и так пыталась сбежать от обязательств. Не заставляй ждать сотрудника консульства.

— Ты в своём репертуаре. И как умудрился так быстро договориться? Буквально за пару часов?

— Это было легко. У нас уважительная причина.

— И какая же?

— Невеста беременна.

В ответ на раскрытый рот и ошарашенный золотистый взгляд, Роман, лукаво улыбаясь, протянул листок с анализами. — Поздравляю, Ксюша! Ты скоро опять станешь мамой!

Она во все глаза разглядывала результаты: — Господи, цифры на 4–5 недель… Это ещё даже задержки не было… Как умудрился узнать раньше меня? И вообще, у нас с тобой всё не как у людей… Это я, я должна была тебе сообщить… А ты обрадоваться… — на глазах Ксении заблестели слёзы.

Роман встал с кресла, достал из кармана платок и промокнул её мокрые щёки: — Пусть не как у людей. У нас правда всё шиворот навыворот. Знакомство начали не с того. Расстались, когда нужно было держаться друг за друга. Ну и ладно. Зато теперь у нас будет малыш. Ты разве не рада? Я — так на седьмом небе… А как подумаю, если бы план Тихонова сработал, и о своём ребенке мог вообще никогда не узнать — мороз по коже. Короче, ты знаешь, я жуткий эгоист. И хочу штамп в паспорте. Немедленно. И тебя всегда рядом. Любить, оберегать и лелеять. И нашу дочь, которая скоро родится. И домой, в Москву.

*** Через год

— Блин. С этими кошками и собаками я уже по звуку определяю размер, текстуру и местоположение упавшего предмета, — недовольно пробурчал Роман.

— И стоимость, — добавила Елена Витальевна, убирая разбитую вазу, — Сенька, уйми своих подопечных, выпусти во двор. Алинку разбудят.

Арсений вздохнул и нехотя открыл дверь: — Месси, Линда во двор! — позвал он роскошного рыжего кота и щенка золотистого ретривера. Как ни странно, послушались оба.

— И вообще, Роман, ты ему слишком потакаешь. Собаку купил, личный скейт-парк во дворе построил… Так нельзя. Избалуешь совсем.

— Да ладно тебе, тёща. Нормальный пацан растёт. Ветеринаром будет. Или кинологом. У него явный талант. Кстати, я и не думал, что скейт — это так здорово. Он меня таким трюкам научил — закачаешься. Хочешь глянуть?

Елена Витальевна покачала головой и хмыкнула: — Точно говорят — первые сорок лет самые трудные в жизни мальчика.

— Терпи. До сорока уже немного осталось. Илья! Тебя только за смертью посылать. Батарейки в геймпадах сменил? Давай, хлопну в футбик быстренько и пошли костёр разводить, скоро гости придут.

— Ха, это ещё кто кого хлопнет!

— Нос не дорос со мной тягаться.

— Давай так, — прищурился Илюха, — если я выигрываю — даёшь на своем мотоцикле покататься. Если ты — неделю вечерами гуляю с Алинкой.

— А ничего не треснет? — поднял брови Роман, — Неееет. Если проиграешь, ты набираешь на компе 3 иска, какие дам. И мне поможешь, и сам поучишься. А с Алинкой я и сам погуляю.

— Не давай ему мотоцикл, Рома. Ты же видел как он гоняет, — вмешалась спускающаяся со второго этажа Ксения.

— Он больше не будет. Слово дал. Мужик сказал — мужик сделал. Так ведь, Илья?

— Я же сказал — не буду, — насупился подросток, — Роман всегда держит слово. И я тоже.

— А это что? — Ксения подняла крышку кастрюли.

— Убери руки от шашлыка, женщина! — насмешливо проговорил Рома, — Я же сказал, мясом занимаемся мы с пацанами. Мужчин в доме много, а ты у нас одна. Алинка пока не считается.

— От мяса — убери, от дочери — убери. Если бы мог, ты бы грудью её кормил, наверное. Мои сыновья тебе в рот смотрят. Мать — обожает. А как же я? Я вам всем нужна хоть немножко?

— Ну если только совсем чуть-чуть… — отозвался Роман обнимая её сзади и зарываясь в волосы, — А то зазнаешься. Мммм… Пожалуй, шашлык Илюха будет жарить без меня…

— Ром, ну что ты делаешь…

— Что можно делать с любимой женой? Целую. Я бы и дальше продолжил, но сейчас явится армия твоих поклонников и поклонниц. Юра с кем каждый день планёрки по Скайпу устраивает? Как будто в декрет и не уходила. Мама с батей уже раз пять звонили, спрашивали какие фрукты тебе можно. Они от тебя просто млеют. Мы с Юркой — плохиши, а ты — дочь маминой подруги. Илья, я правильно выражаюсь?

— Ты под двадцатилетних-то не коси, — отозвался старший.

— Вот так всегда…

— Ой, Ксюшенька! Какие у тебя клематисы великолепные! Я такие только в ботаническом саду видела! А где наша внученька, принцесса ненаглядная?

— Здравствуйте, Анна Михайловна! Спит ваша принцесса. Скоро проснется, есть просить будет.

— Привет, мам! Кстати, жена, ты чай свой травяной выпила? Для лактации? — поинтересовался Роман, — А то заморишь голодом мне дочь совсем.

— Я на него уже смотреть не могу, — возмутилась Ксения, — Проходите, располагайтесь.

— Вы бассейн стационарный строите? Молодец, сын, — протянул в приветствии руку Александр Вячеславович.

— Ну что ты, папа, разве я что-то в этой жизни могу сделать самостоятельно? — съязвил Роман, — Это всё Ксеня. Я по глобальным проблемам — освоение космоса, экономика, политика. А что нам строить на участке, куда ехать на отдых и есть на ужин жена решает.

— Ну, ну. Именно поэтому ты сияешь, как медный самовар, — ухмыльнулся углом губ отец, — Лимон съешь. А то рот порвешь — улыбка до ушей.

— Ел уже. Не помогает, — мужчины вышли на террасу и расселись по креслам, — И ты не представляешь как я тебе благодарен за всё. Если бы не ты, не было бы у меня этого. Ни семьи, ни жены, ни дочери.

— А если бы не Ксюша — не было бы уже меня. Так что, не за что. Не для тебя, балбеса, старался. Совпало.

— Ну, спасибо, батя. Другого я и не ждал.

— Да ладно тебе. Прекрасно знаешь, как тобой горжусь. И Юркой. Всю жизнь вас учил, воспитывал, спуску не давал. Страховал, но не вмешивался. Зато теперь за вас не страшно и не стыдно. Шишек набили, на ошибках выучились. Нормальными людьми стали, не лживыми, не подлыми. Настоящими мужчинами. И женщины рядом с вами хорошие. Любящие, правильные, искренние. Только, без испытаний, выпавших в жизни, не ценили бы вы друг друга. А так смотришь — и сердце радуется.