Вишенка на десерт - Алеся Лис

Сэр Бартоломео хватает ручку, принимается крутить ее в руках.

— Лорд Торнтон, — медленно произносит, словно боится это имя сказать вслух.

— Кто? — от удивления немного повышаю тон. — Почему он?

— Леди Вивьен, — сэр Бартоломео наконец-то берет себя в руки. — Не в наших правилах интересоваться мотивами клиентов. Но уверяю, лорд Торнтон достаточно ответственно отнесся к своим обязанностям. Да еще и приумножил ваше состояние. Беспокоиться вам нечего. Тем более сейчас…

— Ну, конечно… — закусываю губу.

Кажется, о нашем предстоящем браке с Торнтоном не слышал только ленивый.

— Лорд Торнтон знал, что это вам не понравится, — по-своему понимает мою гримасу. — Попросил не говорить, но мы не имеем права… — разводит руками.

«Ну конечно…», — мысленно фыркаю.

— А леди Роуз… Она знает?

Я даже в ярких красках представила себе ее покрасневшее от гнева лицо. Это же надо, лишили ее такого лакомого куска.

— Эту информацию ваш отец захотел скрыть. Даже от собственной жены, — снова удивляет собеседник. — А еще…

В этот момент кто-то стучится в дверь. В кабинет заходит уже знакомый слуга и приносит небольшой конверт.

— Лорд Роуз знал, что вы придете, и приказал кое-что передать.

Я ошеломленно смотрю, как перед и мной на стол кладут конверт. Лорд Роуз удивляет все больше и больше. Из доброго семьянина, заботливого отца и образцового вассала короля он постепенно превращается в загадочную таинственную личность, которая даже после своей смерти пытается влиять на своих близких. Осторожно беру письмо в руки, словно это сверхчувствительная бомба, распечатываю и с любопытством заглядываю внутрь.

«Моя дорогая Вивьен…» — эти слова первыми бросаются в глаза. И сердце почему-то жалостливо сжимается. Не я, совсем не я, должна читать эти строки, не мне посвящена вся та щемящая нежность, пронизывающая каждую букву. Но я читаю… Читаю, и представляю, что так же трепетно, со всепоглощающей любовью мог написать и мой папа… Впитываю в себя капли чужой любви, как жаждущая земля долгожданный дождь. И даже не замечаю, как начинают капать слезы на пожелтевший лист бумаги.

«Милая моя девочка. Я полюбил тебя с первых секунд. Как только увидел тот непослушный кудрявый локон, упрямо торчавший из-под льняного чепца. И всегда любил и делал все, чтобы ты, моя доченька, имела хорошую судьбу.

Сглатываю комок в горле. Сэр Бартоломеус поднимается и деликатно отходит к окну. Я замечаю это лишь краем глаза, как и то, что помощник в парике тихо выскальзывает из кабинета.

«Тем болезненнее для меня, осознавать, что возможно ты всю жизнь будешь считать меня предателем. Но помни, что бы ты не услышала, я всегда был верен своей семье и королю. Делал все возможное, чтобы ты, мама, твои сестры и брат были в безопасности. Ради вас, Вивьен, я способен на все… А измена, то, что разрушило бы будущее Роузов.

Тыковка, я хочу, чтобы ты помнила своего папу любящим заботливым и верным подданным короны. Ибо это истина. Другой не существует!

А теперь насчет твоей безопасности. Условия трастового фонда и твоего замужества ты знаешь. Это все было зачитано в завещании. Поэтому за судьбу твою я спокоен. Но если вдруг наступит трудный момент, можешь доверять лорду Бардальфу Торнтону. Думаю, ты знаешь, о какой опасности я говорю…»

Теперь сердце уже не сжимается — стучит взбалмошно. Опасность это, конечно, Маска, а Торнтон… Итак, лорд Роуз имел с ним общие дела, доверял… Не просто все средства, но и жизнь родной дочери. И, безусловно, Торнтон об этом в курсе. Поэтому уцепился как банный лист. А когда о магии узнал, то и предложение сделал. Почему же не рассказал раньше? Почему скрывал связь с лордом Роузом? Или не скрывал… просто я забыла…

Снова эти провалы в памяти заставляют сомневаться в выводах. Вот почему с переселением душ все воспоминания исчезают!

Сомнения терзают. Итак, вопросов к новоиспеченному жениху у меня все больше и больше. Но я обязательно сегодня у него выпытаю всю правду.

«А в крайнем случае, если других вариантов не будет, ищи провидицу Амариллис. И не спрашивай почему, просто поверь. Она знает, что делать.

С любовью, твой папа!»

И именно на этих словах у меня случается то, что в народе называют «взрыв мозга». Ибо при чем здесь эта мошенница вообще понять не могу.

— Чаю, леди Роуз? — передо мной возникает небольшая белая фарфоровая чашечка.

Помощник с буклями услужливо ставит на стол поднос, на котором располагаются чайник, молочник, сахарница, вазочка с конфетами и еще одна чашка для сэра Бартоломеуса.

— Спасибо… Чай действительно не помешает, — даже не думаю отказываться.

Осторожно беру в руки чашку и медленно отпиваю. Успокаивающий мятный напиток немного утоляет нервное возбуждение. Сэр Бартоломеус присоединяется ко мне. А помощник готовит документы для открытия счета. Эмоции приходится приглушить. Дело прежде всего. И немного погодя я выхожу из банка, имея уже небольшую сумму на личном счете, боль в сердце и совершенно расшатанные нервы. А еще разговор с Торнтоном предвидится. И я, собрав волю в кулак, приказываю кучеру ехать к центральному парку.

Глава 33

Торнтон уже ждет. Нервно расхаживает у главного входа. А когда замечает карету, тут же грозно нахмуривает темные брови. За грудиной разливается мороз. Я до сих пор не придумала, как сформулировать вопросы, куча мыслей в голове, а фразы не складываются… Вот как принудить Торнтона к откровенному разговору? И захочет ли он раскрывать правду?

Чем меньше расстояние, тем мрачнее жених. А когда карета, наконец, останавливается, он учтиво помогает мне спуститься на землю, но так крепко сжимает ладонь, словно беспокоится, что я вот-вот дам стрекача.

— Вивьен, ты что себе думаешь? — вместо приветствия гневно рычит.

Прямо на ухо. Даже в такой ситуации лорд Торнтон самый настоящий аристократ и старается не демонстрировать публично конфликт. Хотя, если честно, я и не подозреваю, что его разозлило.

И только когда мы отходим в более уединенную часть парка, и пышные кусты и деревья надежно прячут нас от любознательных глаз, Торнтон останавливается и поворачивается ко мне. Голубые глаза пронизывают ледяным взглядом.

— Ты что себе думаешь, Вивьен!

— Что думаю… — растерянно тяну. Пока ничего не понимаю.

— Почему не подождала меня, не позволила за тобой заехать? Лишь сухим письмом ограничилась, — нервно треплет волосы на затылке.

— А что такое? В чем проблема, Тор? Я взрослая девочка, могу позаботиться о себе. У меня были дела.

Мне кажется действительно слышу из его горла приглушенный рык. Но он довольно спокойно,