Эффект кобры - Мария Лован

— Ви, — он тщетно скребет часть моего имени, скорбно уставившись на капот.

— Разворачивайся, твою мать!

— Не могу! Я дал слово!

— Маэль, мы не можем оставить его там! — не унимаюсь в попытках достучаться.

— Мы должны!

— Ты сам себя слышишь? Должны поставить его жизнь под угрозу? Должны пожертвовать? Должны пить дайкири в безопасном месте и радоваться тому, что нашим трусливым душонкам ничего не угрожает?

Мне не пришлось продолжать свою тираду. Через силу, гнев, явное сопротивление он послушался. Не знаю, что творилось в его мыслях и какая дьяволица подтолкнула его вернуться, но я готова была целовать ей пятки.

*****

— И вот мы снова будем обвинять друг друга и тыкать пальцем? — обнажив клыки, выговорил Айк.

«Шакалы» явились через парадный вход с присущей им нахальностью. Черные тачки с тонированными окнами надвигались стройной полосой. Дорога вибрировала. Автомобильный кортеж остановился подле встречающей их немногочисленной толпы «кобр».

Покинув машину, Галлагер подвел свою братию ближе. Окруженный несколькими десятками головорезов, он явно ощущал свое превосходство, отчего не особо торопился доставать оружие и кидаться с расправой без разбора. Они встали на въезде, обвитые облаком поднятой пыли. Шаг за шагом эти люди приближались, выныривали из авто, прибывая на глазах. Казалось, даже рисованные шакалы на тату свирепели и дьявольски пускали слюни.

Численность противника не пугала Кая, его ум оставался холоден, хотя мышца на ноге нервно подрагивала, во всяком случае совладать со своим телом и эмоциями удалось. Ответственность за жизни каждого, кто жил с ним бок о бок многие годы, как слабила его, так и одновременно прибавляла сил. Сжав крепко кулаки, он нарочито посмотрел на противника, сделав первый шаг навстречу. Позади стоящие «змеи» последовали за ним, но Кай поднял руку, показав тем самым, чтобы они попридержали коней. Тони пришлось осечь повторно — он был единственным, кто ослушался.

Айк понял приглашение, также в одиночку подошел ближе. Их уставшие взгляды сплелись, обжигаясь о гневное напряжение.

— Мы его не трогали, — предвосхищая главный вопрос, Кай сразу ответил.

Айк рассмеялся больным, притупленным смехом. Так, как только мог страдающий от боли человек.

— Теперь это говоришь ты, — подметил мужчина, вспоминая вечер у бара «Езжай мимо». — И раз уж мне не поверили, отчего я должен доверять твоим ничем не подкрепленным словам?

— Я говорю правду, — Кай повел плечом, заглядывая за голову Айка, пытаясь приблизительно прикинуть, сколько же голов там. — Смысл мне врать, находясь в таком загнанном положении?

— Предположим, тогда посмотрим, что ты скажешь на это, — Галлагер щелкнул пальцами.

Фургон впереди Кая зажег свои фары, мотор задребезжал металлическим звуком, колеса прокатились всего пару метров, притормозив автомобиль ребром к лицу. Несколько «шакалов» подошли к его багажнику, звонко распахнули двери в стороны. Один из здоровяков просунул руки внутрь и вынул оттуда обездвиженного человека. Этот парень на руках не подавал признаков жизни — его ладони и мертвенный цвет лица уже сами за себя все говорили. Тело опустили прямо к ногам Кая, тот сразу же сморщился от характерного запаха.

— Не хочешь объяснить? — младший Галлагер присел и отдернул ворот рубашки трупа. На бледной синеватой коже красовался выжженный отпечаток — печать от медальона «Кобры».

— Думаешь, хоть один мой человек поступил бы настолько глупо? — Кай честно взглянул на Айка.

— Кай, может быть, тебе не стоит настолько доверять своим? — лицо Айка выглядело точно так, будто он действительно остерег своего врага, по-дружески без второго дна. Однако даже если это предположение было верным, продолжить диалог лицом к лицу было не суждено.

Откуда-то справа послышались шаги. Позади спин «кобр» появилось несколько человек, они подтягивались по тропе, проложенной словами Рейчел. Во главе шел не кто иной, как сам Алластер Галлагер.

— Мы снова встретились, «белые кобры», — мужчина лет пятидесяти обошел скромную кучку «кобр» полукругом, оставив позади своих людей, тем самым перегородив пути отступления зажатым «змеям». Теперь они действительно оказались между молотом и наковальней.

Нервы Кая дали сбой. Он не ждал такого подвоха. Как они смогли облапошить их и пройти с секретного входа? О нем знают лишь единицы! Разве что Айк понимал наверняка, о чем спрашивал. Среди них предатель! С диким волнением парень перевел взгляд на нового знакомого.

— Николай Кэмпбелл, наконец мы познакомились, — глубокий грудной голос вывел слова знакомства с киношным восторгом.

Кай никогда не видел Алластера прежде, хоть молва о нем и опережала его самого — представить кого-то устрашающе-выдающегося не составляло труда. Старший Галлагер был довольно крупным мужчиной со строгими чертами лица, черная густая щетина придавала грубости, но карие округлые глаза слегка разбавляли черствый облик. На секунду Каю почудилось, что в этом есть нечто знакомое.

— Бесстыдство — твое второе я, — Марла нежно пригладила свое оружие на поясе. Если до этого она еще сдерживалась, таясь хитрой змеюкой, то сейчас безразлично смотреть и хлопать глазками она не собиралась. — Ты еще смеешь заговаривать с моим сыном? Да ты дышать в его сторону не достоин, как и вовсе дышать, — женщина размашисто подошла ближе, став наравне со старшим сыном.

— Марла, абсолютно не меняешься. Я уже давно заметил, что ты любишь говорить особенно красиво и с наворотами, однако слова твои обычно пусты, поскольку твоя память постоянно хромает. Или мне напомнить, кто виновник сего торжества? — высказался он с легким налетом неприязни.

— То, что кто-то прихлопнул бездомную псину, оставил на ней след от нашего медальона, еще ничего не значит. И давайте не забывать, что мой племянник погиб первым!

Молодой «змеиный» предводитель не видел смысла в этом словесном пинг-понге. Все происходящее походило на бред. Или на отрывок сказки, что рассказывал ему Феликс перед сном в детстве. Это были невыдуманные истории, он не приукрашивал и всегда говорил честно о собственном взрослении среди безумств и крови. Казалось, эти байки оживали прямо на глазах, что страшило. Ведь они не закончатся банальным: «Все, спи, мелкий! Хватит на сегодня. Завтра еще расскажу».

— А ты не особо похож на отца, не пытаешься сразу дать в морду, — подметил Алластер.

— Твой грязный рот еще осмеливается заговаривать о Рейфе! — Марла сердито прыснула ядом. — Если бы не ты и твоя женушка, он смог бы увидеть, как растут его дети! Но вместо этого его кости — под толщей земли!

Во время пожара девятнадцать лет назад, когда маленький Кай был спасен своим папой, мужчина подорвал и без того плохое здоровье. С каждым годом его состояние только ухудшалось, что в конечном итоге привело к летальному исходу. После этого Марла особенно углубилась в изучение медицины.