Дежавю - Дарья Дияр

Глава 21. Ставим точку

Мирослава

– Тебе так не терпится от меня избавиться, что решила лично посадить в самолет? – усмехнулся Демид, когда мы вместе зашли в здание аэропорта.

– Конечно, – сказала я, едва сдерживая улыбку. – Не дай бог в последний момент решишь остаться. Ты же тиран и деспот, не терпящий возражений.

– А ты только что перечислила мои лучшие качества, сестренка, – он подмигнул мне, и его взгляд наполнился пониманием. – Надоело сидеть в четырех стенах?

– Даже не представляешь, насколько, – я вздохнула. – Сначала больница, потом еще ты обвел меня вокруг пальца…

– Это ты про что? – Демид изобразил на лице святую невинность, и я ткнула его локтем в бок.

– Пообещал веселье за городом, а это оказался чертов санаторий!

Демид громко рассмеялся.

– Едва ли в санатории стоимость номера за ночь превзошла бы месячную зарплату какого-нибудь менеджера среднего звена, – протянул он. – И в санаториях обычно процедуры менее приятные, чем СПА-программа, совмещающая все лучшее, что только придумали для женщин.

– Ты даже в бассейн меня не пустил, – не сдавалась я, хотя, на самом деле, жаловаться мне было не на что, но я не могла упустить возможность подразнить Демида.

– Продолжай ворчать, и тогда однажды точно поедешь в санаторий, думая, что это пятизвездочный отель, – не остался в долгу брат, а потом так характерно поджал губы, что я даже не сомневалась, о чем он собирается сказать дальше. – А если серьезно… Слав, подумай над переездом домой. Несмотря на всю твою активность и общительность, ты всегда была очень домашней. Тебе и самой будет лучше дома.

С последним утверждением я могла бы поспорить, но Демиду не стоило пока знать, что его младшая сестра, которую он так оберегал, влюбилась в своего преподавателя. К такой новости нужно еще подготовить…

Знать бы только, как это сделать.

– Дем, мы ведь уже все обсудили, – мягко напомнила я. – Я очень люблю вас с папой и скучаю каждый день, правда. Но и тут мне тоже нравится. Да, год начался не особо удачно…

– Не особо удачно? – переспросил Демид, шутливо прикладывая ладонь к своему уху, якобы не расслышал. – Мира, ты уже дважды напугала нас с отцом до чертиков, а это только первый месяц учебы.

– Всего лишь неудачное стечение обстоятельств, – я как можно невиннее захлопала глазами. – Все будет хорошо, вот увидишь.

Особенно, когда я поговорю со своим самым главным «стечением обстоятельств».

– Если ты переживаешь, что дома у тебя не будет такой свободы, то это все решаемо. Будешь жить отдельно. Отец уже подгоняет рабочих, чтобы быстрее заканчивали ремонт в городской квартире.

Демид не понимал, что дело вовсе не в свободе. В ней я никогда не испытывала недостатка и поступала в другой город вовсе не ради нее.

Для меня не было и нет никого важнее семьи. Они моя опора, рядом с ними безопасно и легко, и хотя порой их забота меня так окутывает, что я начинаю задыхаться, это никогда не было в тягость. Наоборот, для меня это величайшая ценность.

Мне лишь хотелось хоть чего-то добиться самой.

Хотелось совершать ошибки и самостоятельно разбираться с их последствиями. И чтобы окружение при каждом удобном случае мне не тыкало, что я ничего не стою без поддержки своей семьи. Чтобы мои успехи не приписывали связям отца.

Дома это было невозможно.

– Демид…

Брат резко остановился прямо посреди огромного зала, наполненного суетливыми пассажирами, из-за чего в нас чуть не врезались сразу с трех сторон и разве что не прокляли.

– Я не жду от тебя ответ прямо сейчас, – сказал он, игнорируя недовольные реплики случайных прохожих, и сжал мое плечо. – Только прошу подумать об этом. Пожалуйста.

В его глазах было столько заботы и тревоги за меня, что я не сдержалась и повисла у брата на шее.

– Эй, ты чего? – растерянно спросил Демид, обнимая меня в ответ своими лапищами и приподнимая над полом. – Слава, не пугай меня.

– Просто я тебя очень люблю, – прошептала я в ответ, а после чмокнула брата в щеку и сделала шаг назад. – Я подумаю над твоими словами.

– Подлиза, – проворчал Демид, но я знала, что он уже растаял. – Ладно, идем выпьем кофе. Что-то мы рано приехали.

Заметив логотип хорошо знакомой нам кофейни, мы заняли свободный столик и сделали заказ.

– Так ты расскажешь мне, что за сюрприз? – спросила я в надежде, что он признается.

Даже не знаю, на что я рассчитывала, это же Демид.

– Нет. Завтра все сама узнаешь.

– У меня завтра пары.

– Сюрприз привезут к большому перерыву, – напомнил он. – Больше ничего не скажу. Завтра напишу тебе сообщение, когда нужно будет выйти на улицу.

– Ну, хорошо, – я скрестила руки на груди. – Так что у тебя с Никой?

Глаза Демида забавно округлились от резкой смены темы, и я мстительно улыбнулась.

– Ничего, – сказал он, изображая равнодушие. – Что у меня может с ней быть? Она еще ребенок.

Я фыркнула. Где-то я уже слышала подобное.

– Серьезно? У вас всего шесть лет разницы.

«Не то, что у нас с Астаховым», – мысленно добавила я.

– Целых шесть лет, – поправил он меня.

– Если учесть, что парни развиваются медленнее, то гораздо меньше получается.

Демид провел рукой по волосам. Все-таки занервничал.

– Слав, не говори ерунды, – отмахнулся он.

– Я видела вас вместе, братец. Тебе меня не провести.

– Твоя болтливая подружка и ее дерзкий язык меня нисколько не интересуют, – сказал он. – Ника всегда будет для меня подругой моей младшей сестры. Не более.

Кажется, пора переименовать его из Ворчуна во Врунишку. Будет у нас новый Мишка Гамми.

– Знаешь, это даже хорошо, – протянула я. – У нас там Фетисов страдает от любви к Нике.

Едва сдерживая улыбку, я с удовлетворением отметила, что брат невольно сжал кулаки.

– Что еще за Фетисов?

– О, ты его видел в свой прошлый приезд, – с воодушевлением начала я. – Помнишь, ты провожал нас до универа? Вот Миша Фетисов это тот, кто тогда подошел и обнял Нику.

– Что-то припоминаю. Разве она его не отшила?

– У Ники крутой нрав, – сказала я почти с гордостью. – Миша просто не знает пока, как правильно к ней подступиться.

– Пока?

Я кивнула.

– Думаю ему помочь с этим, – я изобразила задумчивость. – Мне казалось, что она тебя привлекла, поэтому не давала Мише никаких советов. Ты ведь мой брат. Но раз уж тебя она не интересует, как девушка, тогда я помогу Мише ее добиться. Он так ей очарован, что наверняка сделает все, лишь бы она была счастлива.

Мне казалось, что еще немного,