Сильфида и дракон - Марина Кравцова

Но Дин-Ри, покачав головой, встал с крыльца и скрылся за дверью дома. Он чувствовал: скоро что-то изменится.

Глава 6

Шаджин

Тиан нагнал Альмарис в несколько шагов и молча подхватил на руки. Девушка вполне могла идти и сама, но он счел, что после перенесенных испытаний принцессу надо всячески опекать. Кюбико, к которой уже начала возвращаться обычная живость, весело фыркнула.

Кайми заметил их в круглое окно и сразу же вышел из дома — он уже мог вставать. Увидев сестру на руках у дракона, сильф бросился к ней. От слабости у него закружилась голова, но Кюбико оказалась рядом и поддержала, вцепившись в локоть.

Тиан тут же поставил сильфиду на землю, она кинулась к Кайми, обняла его. Оба были растеряны и расстроены — они расстались полными жизни и здоровья, а сейчас выглядели бледными, исхудавшими.

— Что с тобой? — спросила Альмарис.

— А с тобой, сестра?

— Меня Тирис пепельным продала, — коротко пояснила сильфида. — Тиан меня спас.

Девушка понимала, что помог ей не только Тиан, что без заклинания туманного волка ничего бы не вышло, но как-то само собой так получалось… она твердила, что спас ее дракон.

Кайми промолчал. Болезненно резануло воспоминание, как он пытался убить этого строгого черноволосого парня…

— А ты? — настойчиво переспросила Альмарис.

— Я? Тирис… Знаешь, она и со мной обошлась не слишком-то любезно.

Как же ему не хотелось говорить об этом…

— Ну что ты тянешь, что случилось? — повысила голос сильфида, от волнения стиснув брата еще сильнее. При этом ее рука скользнула вверх по его спине, под крылья… и она ахнула: — Кайми…

Сильф не сдержал болезненного стона, когда пальцы девушки невольно коснулись раны, никак не желавшей заживать без волшебства. Альмарис побледнела.

— У тебя нет крыла…

— Тирис приказала его вырвать.

Сильфида ослабила хватку и тихо заплакала.

Тиан и Кюбико поняли, что лучше им оставить брата и сестру наедине.

— Где Шаджин? — тихо спросила дракона Кюбико, вновь сильно расстроившаяся.

— Был у нашего домика вместе с остальными.

«Нашим домиком» Тиан называл жилище, которое делил с Дином и Линди.

— Пойду поищу его.

После Кайми дороже всех для кицунэ был названный брат. Загадочный полу-лис, полу-джинн из страны золотых песков и живых ветров.

Дойдя до реки, Кюбико немного прошла вдоль берега и обнаружила синего лиса у самой воды под ивой. Юноша был в человеческом облике, но синеватый пышный хвост и такие же лисьи уши придавали ему очаровательной таинственности — подобные существа не во всех мирах встречаются. Длинные черные волосы окутывали фигуру, казавшуюся сейчас хрупкой до ломкости. Хотя совсем недавно лис цвел здоровьем, выглядел крепким и статным.

Шаджин улыбнулся присевшей рядом Кюбико, но в его улыбке не было радости. В синих глазах внимательная лисичка разглядела странный алый блеск. А еще он был неестественно бледен.

— Что-то ты невесел, брат, — расстроенно проговорила кицунэ. — А почему так? Друзья нас с тобой выручили, а потом вы и Альмарис спасли… Радоваться надо!

— Да, это правда. Истинные друзья дороже сокровищ, безумен тот, кто их не ценит. И твоя привязанность, сестра, драгоценна. Ты первой попыталась помочь мне.

— Да, — лисичка помрачнела. — Но я все сделала не так.

— Не вини себя, Кюбико. Виноват во всем только я. И даже сильнее, чем ты думаешь. Когда судьба ведет тебя ясной дорогой, глупо сворачивать в тень.

— Да что за тайны такие! — кицунэ уже начинала сердиться. — Что уж ты такого сделал, а? За Тирис решил поволочиться? Ты молодой красивый парень, и хотя наполовину воздух, твоя человеческая форма очень даже телесная! Откуда ж ты мог знать, что та сильфида такой дрянью окажется…

Шаджин не ответил. А потом неожиданно запел. Голос у него был негромкий, но звучный. В нем слышались то звенящие переливы, то гулкий шум ветра. Песня была диковатой, с рваным ритмом и странным мотивом, но щемящей, берущей за душу. В этом странном мире по каким-то неведомым капризам магии все понимали речь друг друга. Даже иномиряне. Но почем-то смысл этой песни уловить Кюбико не смогла. И когда брат замолчал, тихо спросила:

— О чем это?

— Я попытался исполнить песню джиннов на языке людей Верджара. Моя мать научилась ей от отца. О чем она… о любви и расставании.

Кюбико помнила, как он рассказывал о своей матери. Лисица-оборотень полюбила джинна, принявшего человеческий облик. И добилась взаимности. Так что судьба наградила синего лиса даже не двойной, а тройной природой. В нем течет кровь воздушных созданий… странно это звучит.

— Разве твои родители расстались? — спросила она осторожно.

— Да. Мама не может жить в Облачном городе, а отец — в оазисе среди песков. Но хвала вышним силам, они встречаются все же. А когда мою матушку настигает печаль, она поет эту песню. Потом оборачивается лисицей и убегает в леса. Знаешь, Кюбико, в моем прекрасном мире облаков больше, чем человеческих городов. Чем даже лесов, покрывающих оазисы. В Верджаре духи воздуха оборачиваются юношами, пред красотой которых трудно устоять нежным девам. И потомки их тоже прекрасны. Одного из них увидела во сне Хтин-Ре, та, что с сестрами наполнила мир Орхид жизнью.

— Неужели⁈ — после того, как Кайми рассказал ей легенду о седьмом лисе, для Кюбико имена трех сестер перестали быть пустым звуком.

— Да. Его имя Альджар. Любовь Хтин-Ре даровала ему изумительное долголетие. Они однажды встретились во сне… Или это сны их встретились… Они и сейчас в той зыбкой реальности пьют порой нектар любви. Так что Хтин-Ре поведала Альджару о Великом разломе, о разорванном кружеве мироздания. И еще она сказала, что, может быть, светлое волшебство, дарующее радость, поможет с течением времени залатать незримые дыры.

— Откуда ты все это знаешь? — прошептала Кюбико.

— Альджар — мой родственник. Понимаешь, цветок мой огненный, я не просто так оказался в этом мире, не против своей воли. Альджар смог затянуть меня в свой сон, а через него — переместить в Орхид. Он просил поискать шесть белых лисов — про них рассказывают, что они приносят радость и надежду. Но мало кто их видел.