Проект Алиса Громова - Алёна Май

Не было места словам, только действия. Молчаливое согласие со всем, что она предложит. Она приблизилась к нему и укусила. Сначала она кусала губы, затем подбородок и шею, а затем перешла на уши и он тут же потерял связь с реальностью. Матвей мурчал в предвкушении. Алиса заставила его встать и теперь ее лицо оказалось прямо напротив его члена, который готов был как никогда.

Нежные и напористые движения рукой, а затем и языком вдоль всей длины. Матвею стоило титанических усилий, чтобы не упасть. Глаза закрылись, мозг сосредоточился… Совсем не мозг, что греха таить. Все чувства сконцентрировались ниже живота и волнами разливались по конечностям.

Алиса была слегка неловкой, хоть и явно старалась.

— Не заставляй себя, кх, — сдавлено попросил Матвей, поглаживая Алису по волосам.

— Все нормально. И ты… вкусный. Хотя я сама тебя помыла.

Матвей улыбнулся. Это настолько сексуально звучало, что ему захотелось сжать пальцы на ее затылке и стать грубее. Вот так он и боролся со своими порочными желаниями и смятением от того, что неопытная в оральных ласках Алиса мучается, пытаясь найти к нему подход.

Но кто ищет тот всегда найдет. Алиса быстро поняла, что к чему. Внимательно следила за тем, как реагирует Матвей, в какие моменты напрягается, а в какие становится более податливым. Ему все труднее было стоять. А у Алисы было такое умиротворенное выражение лица, что Матвей не удержался и спросил:

— О чем ты думаешь?

Она отстранилась и хитро улыбнулась от уха до уха:

— Представляю, что ем фруктовый лед.

Эта фраза стала началом конца. Или началом начал? Кто-то нажал красную кнопку в ядерном чемоданчике.

Матвей подхватил Алису под талию и швырнул на середину кровати, вновь накрыл ее своим большим телом, поцеловал. Алиса попыталась отвернуться

— Погоди, я же только что…

Но Матвей ее уже не слышал. В ушах стоял призывный гул, кровь застилала глаза. Он мог думать только о том, как они сольются в страстном горизонтальном танце. Распаковал серебристый квадрат и своим действием ознаменовал окончание прелюдии.

Алиса содрогнулась от ощущения наполненности, как будто могла испытать оргазм от одного лишь движения. Матвей замер, но лишь на короткое мгновение. Посмаковал это ощущение давления вокруг себя немного и не намерен был больше останавливаться.

Толчок за толчком Матвей показывал Алисе силу своего желания. Она же выгибала спину, царапалась ногтями, стонала и кусала его уши. Матвею же приходилось думать о каких-то неприятных вещах, вроде рабочего расписания, чтобы сдержать пик.

— Еще, — стонала Алиса. — Быстрее.

Матвей зарычал и перевернул Алису на живот.

Прижался к ней, поцеловал в шею, вдоль позвоночника, а затем и вовсе поставил на колени рывком.

— Опустись, — Матвей положил руку на спину Алисе, заставляя прогнуться.

Алиса лежала щекой на кровати, а сзади… творилось безумие. Они не просто занимались сексом, они становились одним целым, их сердца бились в унисон, а реакции тела синхронизировались. Потрясающая синергия.

Матвей точно обезумел, потому что брал ее куда более яростно, чем Кхал Дрого Дейнерис в «Игре престолов» (одна из любимых пар Алисы в этом сериале). И у нее перед глазами от удовольствия плясали солнце и звезды.

Колени и локти саднило от трения — плевать, лишь бы это не заканчивалось. Однако, рано или поздно, и шикарный секс оканчивается. И Алиса, и Матвей выдохлись, настолько яростными они были в постели.

Кружилась голова, немели конечности. Пульсация рождалась в месте слияния их тел и вон он тот самый миг, когда они взошли на вершину. Прекрасный и дарующий освобождение. Хоть и дышать невозможно, как и двигаться.

Матвей всем весом придавил онемевшее тело Алисы к кровати, дрожал, но продолжал гладить ее по плечам. Алиса от переизбытка чувств и удовольствия… заплакала.

— Эй, — испугался Матвей. — Что такое?

— Это было просто супер, — она спрятала смущенное лицо в волосах и снова содрогнулась в рыданиях.

Матвею реакция Алисы была до боли непривычна и действительно испугала. Он притянул ее в объятия. Как ее успокоить? Что сказать? Разве люди плачут, когда им хорошо?

Матвей не нашел в себе других слов, кроме тех, что итак рвались из его груди уже довольно давно:

— Я… — слова встали в горле. Страшно. — Я люблю тебя.

Алиса сразу же замерла, но продолжила дрожать. Она посмотрела на него своими заплаканными глазами, попыталась улыбнуться, но… снова разрыдалась.

Дурак. Сказать такое сразу после секса — совершенно не романтично, поспешно, ошеломляюще. Она может решить, что он поддался моменту.

Алиса не умела читать мысли и эти переживания остались только у Матвея в голове. Ее совершенно не волновала ни ситуация, ни что-либо еще. Она услышала от него то, чего так желала.

Алиса прильнула к Матвею со всей силой.

— Не отпущу! Никому не отдам! Ты — мой! — яростно закричала она, а Матвей тем временем боролся с тахикардией. У него даже пальцы на руках онемели после признания. — Пусть облысеют все эти сомнительные женщины, которые решили, что могут лезть к нам.

Матвей засмеялся. Кажется, и он готов расплакаться, как мальчишка. Только с Алисой он мог позволить себе проявить слабость. Она и была его слабостью. Случись с ней еще что-то, он чувствовал, что не переживет. Больше не переживет.

— Чего смеешься⁈

Матвей получил от Алисы легкую оплеуху. Пусть бьет. Может делать с ним, что хочет — лишь бы была довольна и перестала плакать.

— У меня сердце чуть не остановилось, а ты… Ты — это ты. Никогда не меняйся.

Алиса закусила губу. Дура. Даже не ответила ему. Но что-то она переволновалась, и все слова застряли в горле. Она была очень счастлива. И напугана, ведь это не просто слова под действием момента. Нет, Алиса так не думала. Матвей не сказал бы такое просто так, если бы не чувствовал так.

— Думаешь, я не могу признаться⁈

— Алиса…

— Я тоже люблю тебя, вообще-то! Мы еще поспорим, кто любит больше!

— Алиса…

— Целый год ты меня донимал, сделал из меня рабыню! Был холоден и отстранен, сбегал, когда начинало пахнуть жареным!..

Она не давала Матвею даже слова вставить, но Матвей был уверен, что если не остановить ее поток слов, то она наговорит того, чего не хочет. Возможно, даже где-то между делом пожелает ему сдохнуть в канаве. Это было в ее стиле. Это она, благо, не слышала как он называл ее крысой. Они оба друг друга стоили.

Матвей приложил указательный палец к губам Алисы.

Теплая улыбка поразила ее в самое сердце, в который раз. Боги, и почему он