Пират в моих объятиях - Данелла Хармон

Мария в изумлении смотрела на Сэма – оказывается, он был знаком с этим чудовищем.

Из глубин могучей груди чудища прогремел голос – вернее, не человеческий голос, а дьявольский рев:

– Беллами, старый плут! Слухи подтвердились, да разразит меня гром! Посмотрите на него, парни! Это мой старый приятель, прямо из логова самого сатаны!

«Приятель», – мысленно изумлялась Мария. Столь же изумленными казались и все остальные. Все, за исключением Страйпса, по-прежнему удерживавшего Марию.

Сэм расплылся в улыбке.

– То же самое я могу сказать и о тебе, дружище. Не бойтесь, парни, – обратился Сэм к своим людям. – Это Нед Тич из Бристоля, мой старый приятель. Мы вместе плавали на шлюпе «Хорниголд».

– Пока ты, хитрый лис, не увел его прямо из-под носа! – Тич хлопнул Сэма по спине с такой силой, что едва не сбил его с ног. – Старина Хорниголд все еще не простил тебя за это. Он все еще проклинает тебя, Беллами! Поклялся самим сатаной и всей его свитой: если ты явишься в водах Нью-Провиденса, он выбьет тебя оттуда со всей твоей командой!

Запрокинув голову, Сэм громко расхохотался:

– Никак не может смириться с поражением?

– А ты бы смирился, мой мальчик? Отобрать у него корабль, да еще со всей командой! Лично я выжидал, пока он сам не отдаст мне корабль. Сказал, что я заслужил его как один из лучших его учеников. Так что я не уводил корабль, как ты… Полагаю, что твой поступок они называют… пиратством. – Довольный своей шуткой, Тич хлопнул себя по бокам и разразился громовым хохотом.

Из всей команды «Нечестивого» только Страйпс, казалось, был рад визиту Тича.

– Послушай, кэп… – обратился он к Сэму. – Ведь старина Тич догадался, что «Нечестивый» – это твой шлюп.

– Конечно, догадался, парень!

– Но как?

– Да потому, что старый Хорниголд учил нас всех водить суда своим особым способом, так что можно безошибочно определить, кто капитан. Да, Беллами, ты устроил мне прекрасную охоту! Я знал, что место нашей встречи будет именно здесь!

Мария прислушивалась к их разговору с противоречивыми чувствами: она испытывала облегчение и вместе с тем начинала злиться на Сэма за то, что он допустил, чтобы они волновались и готовились к самому худшему. Подумать только, какую игру он с ними затеял. Ведь он сразу догадался, что преследовавший их корабль принадлежит одному из его приятелей. Вот и сейчас, покачивая головой, он широко улыбался, похоже, находя всю эту игру весьма забавной.

Сэм оглядел своего старого приятеля с головы до ног:

– Должен отметить, Нед, что если ты и не дьявол, то очень похож на него. Как пришло тебе в голову так вырядиться? Просто умопомрачительно! Да и вонь от тебя… Ты одурачил даже меня. Почти, но не совсем. Наверное, твои жертвы кричат от ужаса, прежде чем ты начинаешь действовать. Как взбрело тебе в голову создать себе такой… образ? Можешь пока не отвечать. Расскажешь потом, за кружкой рома. Давай-ка посмотрим, сможешь ли ты, как прежде, перепить меня, старина!

– Ром? Когда это я отказывался выпить со старым другом, тем более вернувшимся с того света? Чума тебя возьми, Беллами! Ты еще не рассказал мне, как тебе удалось выжить.

Тич последовал за Сэмом, но при этом внимательно поглядывая на Марию.

– Что скажешь, Беллами? Где ты раздобыл такое сокровище? – Он протянул свою огромную лапищу к Марии, и та отпрянула в ужасе. – Подойди сюда, девочка. Старина Нед Тич из Бристоля еще никогда не причинял вреда леди.

– Убери лапы, Нед. – Взяв Марию за локоть, Сэм привлек ее к себе. – Она моя будущая жена – Мария Холлет.

– Знаменитая ведьма из Истхэма собственной персоной! – Мария онемела от изумления, когда Тич взял ее руку с необыкновенной галантностью, просто удивительной для такого чудовища. – Рад познакомиться, мисс! Слухи о ваших подвигах ходят от Нью-Хэмпшира до Нью-Провиденса. Пусть мне вырвут глаз, если слухи эти не соответствуют действительности! Вы гораздо притягательнее, чем пиратское золото!

– Придержи язык, Тич, – предупредил Сэм, положив руку на рукоять своей сабли. – Я многих вызывал на дуэль и за меньшее.

Тич уставился на Сэма.

– Да будь я проклят! Черный Беллами ревнует! – Он громко расхохотался. Затем посмотрел на обступивших их моряков. – Несите сюда выпивку! Хочу произнести тост за будущую жену моего друга. Значит, ты на самом деле не ведьма?

У Марии возникло ощущение, что она очень бы обрадовала Тича, если бы на самом деле была ведьмой. Сэм крепче сжал ее руку и пристально посмотрел на приятеля:

– Черт возьми, Беллами, я просто пошутил! Не надо сверкать на меня глазами! Неужели я не могу посмотреть на нее? У тебя нет сердца, мой мальчик!

– Мария такая же ведьма, как ты сатана. Я не позволю порочить ее имя, приятель!

– Можно подумать, что я угрожаю ей виселицей. Не горячись, мой мальчик! И где же этот чертов ром? У меня уже пересохло в горле!

Тич отправился на поиски рома, а Мария стала прислушиваться к разговору мужчин, собравшихся вокруг костра.

– Для меня не имеет значения, ведьма она или ангел.

– Но Тич положил глаз на нее, а он всегда получает то, что захочет. Насколько я знаю своего капитана, он овладеет ведьмой еще до рассвета!

– А насколько я знаю моего, – сказал Страйпс, – если твой только попытается сделать нечто подобное, ему не дожить до рассвета.

Лицо Марии вспыхнуло. Она посмотрела на Сэма. Судя по его крепко сжатым губам, он тоже слышал этот разговор.

– Не расстраивайся, принцесса. Мужчины всегда останутся мужчинами, а пираты – пиратами. Все их разговоры – сплошное бахвальство, но в глубине души они такие же, как и все прочие. Не обращай на них внимания.

– Меня беспокоят не они, а их капитан.

– Кто? Тич? Он самый большой хвастун! А ну-ка улыбнись. Мы не позволим ему думать, что ты боишься его, не так ли?

Сэм подтащил одно из бревен поближе к костру и уселся на него. Усадив Марию себе на колени, обнял ее за плечи.

– Ты принадлежишь вожаку стаи, моя дорогая.

– Но разве ты не слышал их разговор? Они говорят, что Тич возьмет меня силой.

– Только через мой труп.

– А что, если… Господи, он идет сюда.

– Идет с таким запасом выпивки, что хватит целой команде на год плавания. Боюсь, нам предстоит длинная ночь, моя дорогая.

Но Тич остановился около своих людей, игравших в кости. Он склонился над доской, и все притихли.

– На что вы играете, парни? – прорычал Тич.

Игроки молчали. Тич взял кости, встряхнул их и бросил на доску, лежавшую на песке. И тотчас же нахмурился – было очевидно, что он недоволен тем, как легли кости. Схватив ближайшую бутылку, он со злостью бросил ее на доску. Бутылка вдребезги разбилась, и игроков обдало брызгами вина и осколками стекла. Тут один из пиратов вскочил и с громким криком схватился рукой за глаз.