Еще один шанс - Хейли Норт

– У нее нет работников?

– Есть, но Заку нравится бывать там. – Она скорчила гримасу. – Мне пришлось уговаривать его приехать сюда, но забавно то, что, оказавшись в Дулитле, он полюбил его гораздо больше, чем я. В конюшне бабушки Оливии у него есть собственная лошадь. Когда мы сегодня были в больнице, она сказала, что ей будет гораздо приятнее знать, что мы с ним помогаем в доме, чем суетимся около ее постели.

– Она, похоже, человек с юмором. – Он погладил ее по лбу. – Я сегодня заходил в больницу.

– Искал меня? – Она выглядела потрясенной.

Он пожал плечами:

– Угадала.

– Это довольно мило, я думаю.

– Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, что ты упрямая и независимая леди?

Харриет показала ему язык.

– Я собираюсь сесть и подготовиться к походу к Дженифер Джейни.

– Что я могу сделать, чтобы помочь тебе?

– Отвернуться и смотреть в сторону.

– Это не смешно.

Она проказливо улыбнулась ему:

– Может быть.

Он отвернулся, как она велела, и услышал, что она сползла с кровати и похромала по комнате к туалетному столику. Послышалось шуршание ткани. Что-то – он догадался, что это ее порванная рубашка, – полетело через комнату в его сторону. Он поймал ее. Она слабо пахла сеном и лошадьми, но больше всего самой сладкой Харриет. Он вдохнул этот аромат, все его чувства обострились. Немного повернувшись, он мысленно зарылся лицом в ее колени.

– Могу поспорить, что сейчас ты используешь свое воображение, – сказала она.

Он рассмеялся, и звук этот завершился чем-то вроде стона.

– Мне бы хотелось использовать твое тело.

– Использование воображения облагораживает чувства, – произнесла Харриет таким тоном, будто читала лекцию по изобразительному искусству. – На практике воображаемое становится реальностью.

– Это было бы мило. – Джейк еще немного повернулся. Вот, теперь он видит ее в зеркале. К черту воображение, когда она вот здесь, в комнате, всего в нескольких шагах от него, ее восхитительное тело дразнит его. Полоска кружева, которую его язык не поворачивался назвать бюстгальтером, привлекла его внимание к ее высокой груди. Джейк облизнул губы.

– Попробуй, – сказала она.

Опираясь на край туалетного столика, она стянула с себя брюки.

– Самая прекрасная попка в мире, – сказал Джейк, наслаждаясь видом ее округлого зада и полоски стрингов, – вот что я сейчас представляю. Сладкая, соблазнительная и провоцирующая.

– О-о, – воскликнула она, – я знала, что у тебя буйное воображение!

Он улыбнулся:

– Давай-ка представим остальное… Черное кружево. Да, на тебе черное кружево и точно такие же, как вчера, стринги, которые просто требуют, чтобы я оттянул их в сторону.

– Джейк Портер, ты подглядываешь?

Он закрыл глаза руками и повернулся к ней.

Она расхохоталась.

Он опустил руки и шагнул к ней.

– Давай полечим твою ногу, – сказал он, наклоняясь, чтобы поцеловать распухшую лодыжку. Схватив пакет со льдом, о котором они забыли, он опустился рядом с ней на колени и приложил лед к ноге.

– Это очень мило, – пробормотала она, откидывая голову назад.

Ее грудь поднялась и чуть не вывалилась из этого намека на бюстгальтер. Ее бедра раздвинулись, пока она пристраивала к лодыжке пакет со льдом. Джейк поцеловал шелковистую кожу с внутренней стороны бедра, чуть ниже того места, где ему ужасно хотелось поцеловать ее.

– Может быть, это и мило, – почти прорычал он, – но в этом и мой личный интерес.

– Почему это?

Он приблизил губы к краю стрингов, вдыхая ее плоть, наслаждаясь ею через шелк.

– О-о, – простонала Харриет, запрокидывая голову еще больше, – я понимаю, о чем ты. Только в этом, скорее, мой личный интерес.

Он посмотрел в ее лицо, такое прекрасное, такое расслабленное, такое открытое ему.

– Наш, – сказал он. Он повторил это слово, гадая, произносил ли его когда-нибудь. Он нагнулся, чтобы ощутить ее вкус, отодвинув трусики. Его рот был голодный и жадный и в то же время благоговейный!

Она двинулась к нему, притягивая его в себя. Часто дыша. Она произнесла его имя, и он взял то, что она предлагала, всю ее страсть, и радость, и свободу. Она хваталась за его волосы, напрягаясь и напрягаясь снова, и потом закричала. Джейк упивался ею, вдыхал ее аромат и вобрал в себя ее высвобождение, прижимаясь к ее телу и зарываясь головой между ее бедер, как будто не мог отпустить ее.

Очень медленно он приходил в себя, но когда он поднял голову и снова притянул ее к себе, он понял, что не мог быть в здравом уме, потому что все, о чём он мог думать, была мысль о том, что он не может позволить этой женщине уйти из его жизни.

А это было безумием.

Джейк Портер не мыслил такими категориями. Он потерся носом о ее грудь и стал гладить ее по спине, чтобы охладить кровь. У него, не было презервативов, и можно было бы попробовать вовремя выйти, но он был чертовски уверен, что не будет заниматься сексом без защиты.

– Джейк, – прошептала она.

Он поднял голову.

Она наклонилась и поцеловала его в губы, такие полные ее собственным вкусом.

– Спасибо тебе. – Она дрожала и улыбалась ему трепещущими, губами.

– Ты плачешь?

Она прижала руку к глазам.

– Я никогда не плачу.

– Милая, – сказал он, – я не хотел печалить тебя.

Она погрузила пальцы в его волосы.

– Ты ничего такого не сделал. Поверь мне, ты сделал меня счастливой.

Он взъерошил ее волосы.

– Хорошо. Вот так и должно быть. – Он внимательно посмотрел в ее лицо, все еще приказывая своему телу успокоиться.

Она опустила руку и провела пальцем по нижнему краю пояса его джинсов.

– А как же ты?

Он убрал руки с ее тела и заставил себя встать и отойти.

– Всегда есть завтра, – сказал он. – Нам лучше поехать на этот ужин.

Она выглядела довольно задумчивой.

– Что, если завтра никогда не наступит?

– Верь, – сказал он, пытаясь улыбнуться, все это время жалея, что не может сорвать с себя джинсы и погрузиться в ее горячее, влажное и жаждущее лоно.

Она прикоснулась пальцами к губам и кивнула:

– Думаю, мне лучше одеться.

– Чтобы ты могла заставить меня снова воспользоваться воображением? – Он подал ей брюки, которые она оставила на стуле, к помог ей надеть их, принес ее сумку, а потом надел на нее черный свитер, который она оттуда достала.