Очаровательный негодяй - Даниэла Стил

– Что ты хочешь этим сказать? – всполошилась Максин.

В кухне воцарилась мертвая тишина. Максин, ее дети и Чарлз с изумлением смотрели на Зельду.

– Я уже подала документы на усыновление ребенка, который скоро должен родиться. Его мать – пятнадцатилетняя девочка. Узнав о своей беременности, она сначала убежала из дома и долго скиталась. В первом триместре девочка принимала наркотики, но теперь она бросила это занятие. Отец ребенка находится сейчас в тюрьме за торговлю наркотиками и угон машины. Ему всего девятнадцать, и он уже официально отказался от ребенка. У родителей девушки нет денег, и они тоже не заинтересованы в том, чтобы их дочь рожала. Я познакомилась вчера с беременной девушкой, это очень милое и трогательное создание. Она согласна отдать мне новорожденного. Молодая мать требует только одного – чтобы я каждый год посылала ей фото ребенка. На встречах с ним она не настаивает. Такие условия мне подходят. Младенца уже предлагали трем парам, они отказались брать его, и поэтому органы опеки готовы отдать его на усыновление мне, одинокой женщине. Поздравьте меня, скоро у меня появится сын. Пол ребенка уже определен.

По щекам Зельды катились слезы. У Максин сжалось сердце. Она встала и порывисто обняла ее.

– Зелли, я понимаю, ты страстно мечтаешь о ребенке, но ты представить себе не можешь, во что ввязываешься и с чем тебе придется иметь дело. Так нельзя, дорогая!

– Можно! – упрямо воскликнула Зельда. – Считайте, что у меня уже есть ребенок.

Максин видела, что спорить с ней бесполезно.

– Когда он должен появиться на свет? – деловито спросил Чарлз. Он не одобрял поступок Зельды.

– По словам врачей, роды могут произойти в эти выходные, – вздохнув, промолвила Зельда.

– Ты шутишь? – ужаснулась Максин. – Младенец появится здесь уже через несколько дней? Что ты собираешься с ним делать?

– Я собираюсь любить его до конца своих дней. Я уже выбрала имя для него – Джеймс. Джимми! По-моему, звучит очень мило.

Максин стало плохо. Все происходящее казалось ей кошмаром.

– Я не рассчитывала на вашу поддержку, – продолжала Зельда. – И мне не хотелось огорчать вас. Я думала, процедура усыновления займет год или два. Но мне вчера позвонили из органов опеки и сказали, что я могу забрать этого новорожденного. И я, недолго думая, согласилась.

– Вам предложили этого ребенка потому, что от него все отказались, – сказал Чарлз, пытаясь образумить Зельду. – Вы поступаете глупо.

– Чему быть, того не миновать, – грустно промолвила Зельда. – Если хотите, я уеду от вас. Решайте! Мне надо успеть устроиться на новом месте, ведь в конце недели я буду уже не одна.

– О господи… – пробормотал Чарлз и, встав из-за стола, многозначительно посмотрел на Максин.

– Зелли, вместе мы справимся со всеми проблемами, – решительно заявила Максин.

Услышав слова матери, дети сорвались с места и с радостными криками бросились к Зельде.

– Ура! У нас будет малыш! – в восторге закричал Сэм и, обняв няню, уткнулся лицом ей в живот. – Мальчик!

Зельда тихо заплакала.

– Спасибо, – шепнула она Максин.

Максин огляделась по сторонам и заметила, что Чарлза уже нет на кухне. Он куда-то ушел. Максин нашла его в гостиной, где Чарлз нервно курил.

– Ты с ума сошла? – накинулся он на Максин, пользуясь тем, что они были одни в комнате. – Хочешь, чтобы в нашем доме появился младенец с дурной наследственностью? Ни одна женщина в здравом уме не допустила бы этого! Как ты смеешь принимать такие важные решения без согласования со мной?!

Чарлз кипел от гнева, и Максин хорошо понимала его. Она была не в восторге от поступка Зельды, но любила няню своих детей, ставшую членом ее семьи. Для Чарлза же Зельда оставалась чужим человеком.

– Прости, Чарлз, я действительно должна была сначала посоветоваться с тобой. Но меня так глубоко тронули слова Зельды, что я не могла промолчать. Я не допущу, чтобы она после двенадцати лет работы у нас вдруг уволилась. Мы все расстроимся, если Зельда от нас уедет.

– Но ей следовало сначала поставить тебя в известность о своих планах, а потом уже усыновлять ребенка. Ее поступок возмутителен! Ты должна уволить Зельду.

– Мы любим ее, Чарлз, – мягко сказала Максин. – Она вырастила моих детей. И Зельда тоже любит нас всем сердцем. Если после усыновления ребенка мы не уживемся под одной крышей, ну что ж, тогда мы расстанемся. Но сейчас, когда в жизни моих детей грядут большие перемены – свадьба матери, появление в доме отчима, – я не могу лишить их еще и общения с Зельдой.

В глазах Максин стояли слезы, но Чарлз стоял на своем:

– А как теперь быть мне? Хочешь, чтобы я жил под одной крышей с младенцем, у которого наверняка будет нездоровая психика? Может быть, ты еще потребуешь, чтобы я менял ему памперсы? Ну уж это было бы слишком!

Максин тоже не хотела, чтобы в ее доме появился младенец с дурной наследственностью, но она выбирала меньшее из зол. Дети полюбили Зельду, и ее уход причинил бы им боль. Максин не могла допустить этого.

– Зельда живет в комнате рядом с кухней. Ее малыш будет находиться там в течение нескольких месяцев.

– А потом? Потом этот ребенок будет спать с нами, как Сэм?

Чарлз впервые язвил по поводу ее детей, и Максин это не понравилось. Но, видимо, он сильно расстроился.

– У тебя постоянно что-то происходит, – продолжал Чарлз. – То ты летишь в Африку на зов бывшего мужа, который приглашает нас ни с того ни с сего на предсвадебный ужин, то няня твоих детей приносит в дом подпорченного младенца. И ты хочешь, чтобы я со всем этим мирился? Я не безумец! А вот ты действительно сумасшедшая!

Чарлз резко повернулся и вышел из комнаты. Через несколько секунд за ним громко хлопнула входная дверь. Максин вернулась на кухню.

– Вы поссорились с Чарлзом? – с виноватым видом спросила Зельда. – И все из-за меня! Нет, лучше я уйду из вашего дома.

– Ты не сделаешь этого, – сказала Максин, обняв ее за плечи. – Мы тебя любим. Постараемся, чтобы нам всем было хорошо под одной крышей. Думаю, нам это удастся. И у тебя вырастет здоровый ребенок. Чарлз смирится с этой ситуацией. Он просто огорошен неожиданной новостью.

Максин улыбнулась, и лицо Зельды просияло.