Музыкант и наследница - Мария Чинихина

Но воспоминания нахлынули здесь, за сценой. Во время выступления Группы. Бетт Андре даже посмела выйти из своей темницы, но Элизабетта быстро распрямила плечи и отправила ее обратно.

Потом неожиданно появился Анри. Его руки потянулись к ней. Он снял с головы не то Элизабетты, не то Бетт Андре нелепую кепку, надетую задом наперед, бесформенную куртку со странной надписью на спине и вытащил на сцену. Группа ждала сигнал, и когда он был получен, музыканты заиграли мелодию самого романтичного и известного в мире танца.

Анри Смит закружил Бетт Андре подобно юле. Она догадалась, что танец — импровизация возбудил в нем желание доказать чувства к ней, но страстный взгляд напомнил о курносой фанатке в коридоре отеля, о признании Аннет, о разговоре с Роджером…

Он хотел прогнать их…

Нет, он позволил им написать это слово на груди…

Он сбежал от них в Городе…

Он сказал Элизабетте, глянь…

Аннет призналась, что он не может забыть ее…

Она соврала!!! Соврала»!!! Я никому не позволю забрать его у меня!!! У Элизабетты!

Анри Смит посмотрел на толпу, чтобы убедиться в положительной реакции публики на его импровизацию. Мало кто понял происходящее. Молоденькие фанатки Группы с размытой от дождя косметикой на лицах интригами Золотого Дворца не интересовались. И музыкальные журналы были для них скорее развлечением, а не средством полезной информации. Саша призналась однажды, что воровала у продавцов газет журнал Петера, но не смогла вспомнить ни одной статьи, которая ее бы зацепила. Среди лиц и имен на обложке, она хотела видеть свое, а чужие…. Они ее раздражали…

Музыка стихла. Анри прижался к Бетт Андре и поцеловал. Она взглянула на него сердито:

«Он заслужил пощечины… Он вынес на публику личное… Румяные и курносые крадут его каждый вечер, а он… Он осмеливается целовать меня у них на глазах! Гадко!»

Бетт Андре развернулась, желая уйти поскорее и спрятаться за кулисами. Но его рука крепко сжимала ее ладонь. Ноги проросли к полу. А громкие аплодисменты и голос запыхавшегося Анри, прокричавшего несколько раз, что он любит ее и его чувство взаимно, внезапно оглушили. Бетт Андре так мечтала услышать это признание в тихом романтичном месте наедине. И Анри будто бы понял. Посмотрел на нее и увидел взгляд, полный удивления и отчаяния…

«Что я сделал не так?», — молчаливо спросил он.

Бетт Андре не знала, что говорить. Если она и скажет ему, то точно не здесь.

Публика, ожидавшая продолжения «шоу», недовольно затопала.

— Падла, он не твой! Драная кошка! Умей делиться! — крикнули в первом ряду или показалось.

Бетт Андре закрыла уши. Она помнила ненависть на лице румяной, как пахла рука курносой. Как ей сжимали запястье и как Анри Смит стоял у стены… Совсем как сейчас… Лицо его ликовало, глаза горели. Он стоял у микрофонной стойки в лучах яркого света. Затем отпустил ее руку. И Бетт Андре, ощути свободу, подняла свою куртку, бейсболку, но надевать не стала, просто потащила волоком за собой.

На узкой лесенке ее окружили журналисты и забросали нелепыми вопросами.

— Вы ожидали этого? Что вы чувствуете?

Бетт Андре пригласила всех на встречу с прессой.

Анри дал команду Феллу продолжать концерт, но он до конца сета не мог испытывать и выдавать прежние эмоции. Танец впечатлил публику, но смазал концовку. Когда Группа закончила играть, Анри сухо попрощался и сцену покинул. Поклонники заплатили деньги за билет и хотели получить развлечение. Он исполнил их желание — удивил хитами Группы, девочкой Сашей и танцем.

Прощаться вышла и Саша. Аплодисменты, предназначенные Группе, она принимала на себя.

Анри нашел Бетт Андре в трейлере, одиноко сидящую в кресле у окна. В руке она держала бутылку и вода растекалась по ножке стола, а не по граненым стенкам стакана. Анри забрал у нее бутылку, закрутил крышку и сел рядом.

— Что? — она повернулась к нему. — Да, я зла на тебя! Как ты мог вынести наши чувства на суд мало что понимающей фестивальной публики!

— Странно, мне казалось, что наши отношения уже выставили на суд публики месяц назад, когда на приеме у королевы я надел тебе на палец кольцо?

— Я хочу все вернуть, — вдруг сказала она. — Жизнь Бетт Андре, коллег, друзей и прежние отношения. Я подумала и поняла, что у меня ничего не осталось, кроме мандата на наследство. Вот если бы Элизабетта работала в журнале Петера, она бы летала от счастья, что ты покружил ее на сцене и доказал румяной и курносой, что она в твоей жизни занимает более важное место, чем музыка и их приставания. Но это не так! Ты окреп после месячной депрессии, а Элизабетта осталась где—то в стороне, вдали от тебя!

— Начнем с того, что Элизабетту я никогда не знал. И думал, что кружу в танце Бетт Андре. Верни мне Бетт Андре.

— Ха! — возмутилась она. — А не пробовал узнать Элизабетту поближе? Может, стоит?

— Наследница мне не близка по духу.

— Вот как. И что нам делать?

Анри вздохнул:

— Жить дальше…

— Зачем устроил этот спектакль? — Бетт Андре накинулась на него.

Он стоял в темноте, а она перебралась из кресла на диван, встала и возвысилась над ним. У нее были распущены волосы. Она глотала воду из горлышка бутылки. Анри Смит хотел поймать ее, но Элизабетта ловко увернулась. Ей хорошо сиделось на ее вершине.

— Я вывел на сцену Бетт Андре и не спорь, прошу. И дай мне насладиться последними мгновениями с той, которая дорога мне. Элизабетта распечатает свой мандат на наследство, и Анри Смиту тут же ограничат доступ к ней. Он будет приходить к жене по согласованному графику! А утром обязательно получит выговор от Клауса. Анри Смит пренебрег безопасностью Элизабетты! Но если королева так желает приблизить внучку к народу, то почему ничего не делает? Выезды и личное общение?

Анри вопросительно посмотрел на Бетт Андре. Она перестала пить. Снова села в кресло.

— Выдать наследницу замуж за человека из народа недостаточно, чтобы заслужить его уважение, — сказал он.

— Не сравнивай меня с бабушкой! — воскликнула Бетт Андре.

— И не думал делать это, — Анри подошел к окну. Территорию фестиваля покидали последние зрители, а техники начали разбирать сцену и загружать инструменты и усилители в фургоны. — К тому же я озвучил правду. Ту, что мы скрывали друг от друга почти месяц.

— А как же Аннет? — выкрикнула Бетт Андре, Анри Смит захотел правды, значит, он получит ее. — А вдруг ты такой же искусный и талантливый актер, как и музыкант! Спишь с Бетт Андре, а думаешь об Аннет? Докажи, что кроме моего имени, статуса, тебе ничего не нужно.

Имя Аннет задело его. Только он позабыл о влечении к жене брата, как Бетт Андре одним выкриком в душном трейлере вскрыла почти зажившую рану…