Пламя - Пенелопа Дуглас

Три месяца спустя

– Прекрати. – Я вырвался из рук Мэдока, возившегося с моим галстуком.

– Но он перекошен, – возразил мой друг, дернув меня обратно. – Выглядит отстойно.

Сдавшись, я замер и пытался не ежиться, оттого что другой парень поправлял мне галстук-бабочку.

Я выбрал черный костюм, разумеется, но для пущего эффекта добавил еще и жилетку.

Мэдок приблизился – его рот оказался в считаных сантиметрах от моего.

– М-м-м, приятно пахнешь, – промурлыкал он.

Дернувшись назад, я поморщился и заворчал:

– Отвали от меня. – Едва я оттолкнул его, парень согнулся пополам и расхохотался так, что у него лицо покраснело.

Ко мне спешил улыбающийся Джекс.

– Она здесь.

На моих губах тоже появилась улыбка, но я сразу же ее подавил. Обхватив себя за шею, старался совладать с волнением. На спине выступил пот, несмотря на прохладную погоду, установившуюся в конце сентября.

Я окинул взглядом пруд – наш рыбный пруд – и сосредоточился на искусственном водопаде, стекавшем по камням маленькими ручейками. Мне вспомнилась юная Тэйт.

Именно здесь я решил, что потерял ее, в возрасте четырнадцати лет. Поэтому, чтобы более не позволять плохим воспоминаниям нас контролировать, мы оба пришли к соглашению, что должны пожениться в парке.

Это место положит начало новым воспоминаниям и приключениям.

Джейсон и Киаран – отец Фэллон, который когда-то принял моего брата на работу и в своем роде стал членом семьи, – непринужденно беседовали, стоя поодаль. Что удивительно, ведь они работали по разные стороны закона. Моя мама, буквально сияющая и пышущая новообретенной энергией, сидела на каменном уступе с Куинн на руках, в то время как Паша стояла у кромки воды в обтягивающем серебристо-черном платье. Она выделялась среди гостей как белая ворона.

Лукас, «младший брат» Мэдока, играл на телефоне, а его мама и мисс Пенли – или Лиззи, как нам теперь было позволено ее называть (я отказался, потому что это казалось странным), – ворковали над моей младшей сестрой.

Папа Тэйт со своей невестой купили дом примерно между Чикаго и Шелберн-Фоллз: такое расположение не сказалось на их работах. Они планировали пожениться летом следующего года.

Джульетта, Фэллон и Джеймс, наверное, были сейчас с Тэйт, а Мэдок и Джекс держались рядом со мной.

– Знаешь, тебе необязательно было выбирать меня, – сказал Мэдок, поправляя свой собственный галстук. – Джекс – твой брат. Было бы разумно сделать его главным шафером на твоей свадьбе.

Я заметил приближавшегося священника и ответил:

– Ты тоже мой брат. Я не мог сделать выбор между вами, как и Тэйт не смогла выбрать между Фэллон и Джульеттой.

Когда настало время назвать священнику имена главного шафера и подружки невесты, мы дали ответ, не задумываясь. Фэллон и Джульетта – для нее, Джекс и Мэдок – для меня.

– Ты ведь в курсе, что мы могли провести церемонию в моем доме, – предложил Мэдок. – Там места предостаточно, и вам не пришлось бы сокращать список приглашенных.

– Список мы сократили не из необходимости, а по собственному желанию, – поправил я. – Нам с Тэйт хочется скромной свадьбы, в узком кругу родных и друзей, – продолжил, прекрасно осознавая, что он предпочитает массовые, помпезные мероприятия, после чего добавил: – И специально выбрали это место.

– Ладно, – Мэдок закрыл тему, приняв мои аргументы.

Он, несомненно, понимал. Пусть его свадьба и состоялась спонтанно, в баре, не думаю, что парень сожалел об этом. Он любил Фэллон, и они просто хотели пожениться. Все остальное не имело значения.