Неповторимый - Шеннон Дрейк

— Какая?

— Для начала лучше расскажите свою версию, леди Даглас.

Скайлар улыбнулась. Да, такой мужчина с легкостью может очаровать любую. Он тверд, порой безжалостен, но, когда требуют обстоятельства, может быть даже само очарование и деликатность.

А еще чертовски проницателен и настойчив, если поставил перед собой какую-то цель.

— История длинная и запутанная, — уклончиво ответила она. — Все, что вам нужно пока знать, — это то, что мы с лордом Дагласом были добрыми друзьями, что он был мне глубоко небезразличен. — При этих словах Скайлар зарделась. — Не в том смысле, в каком вы, наверное, подумали, — быстро пояснила она.

Слоан рассмеялся:

— Могу себе вообразить! Дэвиду было достаточно одного взгляда для того, чтобы решить: вы идеально подходите его сыну.

— Но оказалось, что совсем не подхожу, верно?

Слоан натянул поводья и повернулся к Скайлар.

— Вы и представить себе не можете, насколько идеально. Но вы ведь не испугались его, так? Ну, по крайней мере не настолько, чтобы потерять сознание?

— Нет, один раз было.

— Это когда же?

— Когда Ястреб сообщил мне, что он лорд Даглас.

Слоан захохотал и никак не мог остановиться, так что, пришпорив коня, унесся вперед. Скайлар какое-то время пребывала в замешательстве. Вернулась же к реальности тогда, когда заметила рядом с собой Ястреба.

Слоан, по всей видимости, в компании не нуждался, он и сам с собой умел веселиться.

— Ну что ж, — заметил Ястреб, — ты так прекрасно ладишь с моими друзьями. Как путешествие? Наслаждаешься?

В намеренно беззаботном голосе сквозило раздражение. Пожалуй, это даже приятно, решила Скайлар. Улыбнувшись, она сказала:

— Здесь очень красиво.

— Именно здесь обитает Вакан.

— Великий Дух? Ястреб кивнул.

— Ты веришь в него? Казалось, совсем недавно ты присутствовал на христианском обряде погребения.

Ястреб передернул плечами.

— Отец исповедовал христианство.

— А вы?

— Среди белых я христианин. Я верю в силу куда более могущественную, чем люди. Можно называть ее Богом или Ваканом. Все люди — ее творения, вне зависимости от цвета кожи. Когда видишь такую красоту, волей-неволей поверишь в существование божественного начала. А ты веришь?

— Разумеется, — кивнула она, — а еще в силы добра и — неизбежно — зла.

— Не забыть про рай с адом. Скайлар кивнула.

— А в дьявола?

— Дьявол, — мягко проговорила она, — живет в сердцах тех людей, которые дают ему приют.

— А к краснокожим это отношение имеет?

— Если они ведут себя подобно белым грешникам.

— Ну надо же, — промурлыкал Ястреб у ее уха, — кое в чем наши мнения сходятся.

Улыбка, сначала робкая, озарила лицо Скайлар. И вот она рассмеялась. Страх и ужас прошлой ночи казались такими далекими.

— Вакан для индейцев сиу, несомненно, является верховным божеством. Но, кроме Великого Духа, есть еще множество других богов, все они разные, каждый не похож на другого.

— Как интересно! Ястреб наклонил голову.

— Есть еще четыре великих божества, стоящих чуть ниже верховного. Это Иньян — камень, Мака — земля, Скан — небо и Ви — солнце. Еше ниже стоят четыре малых божества, тесно связанных с великими. Ханви, луна, связано с божеством Ви, солнцем. Тейт, ветер, — со Скан, небом. У Воуп связи с Мака, землей. Воуп является дочерью солнца и луны, ее называют еще прекраснейшей. Вакиньян, крылатые духи, которые завывают, как ураган, и глаза которых подобны молнии, имеют ассоциативную связь с Иньян, камнем. Улавливаешь?

— Кажется… Какой же это необыкновенный мир! — воскликнула Скайлар и распростерла руки, точно пытаясь вместить в себя и высокое синее небо, и все-все, что окружало ее.

— Многим сиу кажется, что, находясь здесь, они владеют всем миром. Небом, солнцем, землей, всем этим великолепием щедрой природы.

— Землей, которую они теряют? Ястреб кивнул, глаза смотрели с печалью.

— И что же теперь будет? — спросила она.

— Правительство убеждено, что Блэк-Хиллз должен принадлежать американскому народу.

— И?

— Так они и сделают.

— Но если будет достигнуто соглашение…

— Соглашение? Что толку? Ни одно из них не стоило и бумаги, на которой было написано. Да, индейцы проявляли жестокость по отношению к белым, однако правда и то, что белые отвечали им не меньшей жестокостью. Возникает вопрос: куда смотрят боги? Лично я думаю, что время уже пришло и не стоит дожидаться очередной трагедии, чтобы достичь еще одного «соглашения».

— Но тогда…

— Вот мы со Слоаном и приехали, поскольку всегда занимались тем, что служили посланцами мира, ну а уж если случалась резня, то мы старались, насколько возможно, сократить число потерь. Это самое большее, на что мы, да и любой другой, в подобной ситуации способны.

Он невесело усмехнулся и, сжав бока своего коня пятками, устремился к Слоану помогать согнать скотину.

В тот вечер, когда они остановились на ночлег, Скайлар первым делом крепко привязала Скеффингтона к дереву. Мул, разумеется, сопротивлялся, мотал головой, пытался убежать, но Скайлар не желала повторения вчерашнего инцидента. Сняла тюки с его спины и поставила кофе на огонь. Готовить на открытом костре? Нет, никто и предположить не мог, что она на такое способна, а потому Ясень привычно взялся за дело, а Скайлар рвалась ему помогать: отлынивать от работы было не в ее правилах. Охоты в тот вечер не было, а потому они разогрели то, что захватили с собой из дома, стряпню Мэгги — ветчину, бобы и кукурузные лепешки.

Даже сейчас, вечером за ужином, когда, казалось бы, никакая опасность грозить не могла, Ястреб и Слоан попеременно стояли на страже, оба были вооружены револьверами и ножами. Предосторожность никогда не помешает — вот основное правило путешествующих по диким равнинам.

— Думаешь, кроу бродят где-то поблизости? — Скайлар пыталась сказать это так, чтобы дрожь в голосе была не слишком заметна.

— Сейчас, может, и нет, — сказал он и покачал головой. Ястреб опустился рядом с женой, а Слоан встал на его место и, прислонившись к могучему дереву, устремил взгляд в ночное небо.

— Мы уже близко к лагерю Бешеной Лошади.

— Откуда тебе знать? — поразилась она.

— По следам.

— Следам?

Ястреб согрел ее своей улыбкой.

— Здесь недавно охотились люди. Много людей. Не знаю, что забыли здесь те воины кроу. Им опасно находиться в такой близости от большого лагеря, разбитого индейцами сиу.