Плохая девочка - Елена Сокол

— Я никогда не была твоим врагом. — Шепчу я, делая шаг навстречу.

— Но тебе пришлось многое вытерпеть от меня. — Сокрушается он, хватаясь за голову в отчаянии. — Я… я… черт подери…

— Я отдала эту коробку не для того, чтобы ты просил прощения, Кай. Я просто хотела, чтобы ты знал. Чтобы не изводил себя. Должно быть, у Харри были свои мотивы: сложные, которые нам не понять. Но я не хочу, чтобы это сказывалось на наших с тобой… отношениях.

— До меня все никак не доходит. — Со смехом фыркает парень.

Между нами всего пара метров, но они как шаг в пропасть. По моей спине расползаются мурашки от мучительного желания сократить это расстояние.

— Что именно? — С трудом отдираю язык от неба после недолгой паузы.

— Что ты нашла во мне? — Изумляется он, разводя руками в стороны. — Чем я тебе так нравлюсь?

— А с чего ты взял, что нравишься мне? — Усмехаюсь я, оглядывая его с головы до ног.

Черт бы побрал Кая. Он всегда выглядит так, что от одного взгляда на него у меня вспыхивают щеки. Крепкие мышцы, уверенная походка, дикий блеск в глазах. Даже сейчас, без своей ленивой самодовольной ухмылки, этот парень притягателен как никогда.

— Ты сама говорила. — Его мягкий голос звучит взволнованно.

— Ах, да, точно. — Я не кокетничаю, я сейчас абсолютно серьезна. — Наверное, ты нравишься мне вопреки всему. Вопреки твоему несносному характеру, вспыльчивости, непримиримости, склонности к вспышкам агрессии.

Он делает шаг, и мне приходится обнять себя руками, чтобы не броситься в его объятия. Шутихи трескаются под моей одеждой от ощущения близости тела Кая.

— Это все про меня? — Деланно удивляется парень.

Его лицо затапливает чувством сожаления.

— О, это я только начала перечислять. — Говорю, позволяя себе улыбнуться.

— Дьявол. — Сокрушается Кай, нахмуриваясь.

— Он самый.

— И, несмотря на это, ты все же предлагала мне быть с тобой? — Решает все же уточнить он.

Мне было плевать. Мне и сейчас плевать на то, каким он пытается казаться, ведь я знаю, что у него внутри.

Сейчас Кай стоит передо мной, и в его взгляде отражаются все те чувства и эмоции, наличие которых он всегда так упорно отрицает. Я смотрю на него и вижу его настоящего. И мир за его спиной исчезает, становится неясным, невидимым. Мы больше не стоим посередине моей комнаты, мы не в доме моих родителей. Мы в другой реальности. Мы нигде. Нас просто нет.

— Я готова была рискнуть. — Признаюсь я.

— Мне никогда не разгадать тебя, Мариана.

Кай касается пальцами моего плеча, и по моей руке вниз, до кисти, бьет молнией.

— Тебе и не нужно. — Мой голос срывается на шепот. Мне все сильнее кажется, что я теряю себя, глядя на него. — Просто будь со мной.

— То есть, ты еще не передумала?.. — Спрашивает парень, ведя пальцами вверх по моей шее и касаясь подбородка.

— Нет. — Хрипло отвечаю я. И мускулы на моем лице напрягаются. — Но условия те же.

Кай кивает. Его большой палец очерчивает линию моего подбородка и касается губ. Парень неотрывно следит за моим ртом — так, будто борется с желанием поцеловать меня.

— Я хочу попробовать, — чуть не всхлипывает он.

— Думаешь, справишься? — Усмехаюсь я.

Наверное, неправильно самой тянуться к мужчине, когда он сомневается, играет с тобой и то притягивает, то отталкивает. Наверное, ошибкой будет идти в нападение, отыскивая бреши в его защите, пытаясь очаровать и завоевать, пленить его сердце, но когда дело касается Кая, мое тело работает лишь на инстинктах.

— Если ты будешь рядом. — Произносит Кай, заменяя все вопросительные знаки моих мучительных мыслей восклицательными. — Сейчас я хочу этого больше, чем чего-либо другого в жизни. — Он проводит большим пальцем по моей щеке и замирает. — Ты нужна мне, Мариана, бессмысленно это отрицать. И если для того, чтобы быть с тобой, нужно принять твои условия, я только счастлив буду сделать это.

Мое сердце останавливается.

— Подожди, я включу диктофон. — Бормочу я, пытаясь отыскать подвох в его потемневших глазах. — Мне снится, или я действительно слышу это, Кай?

Его палец касается моей кожи очень нежно, но та все равно горит от этих прикосновений. Парень склоняется к моему лицу и шепчет прямо в губы:

— Брось. Это не сон. Тебе не нужен диктофон, считай, что мы заключили договор, и я только что подписал его своей кровью.

— Вот этого не нужно, я тебе и так верю. — Отвечаю я.

Ссоры, недопонимания, грубые слова, больные темы, ревность, конфликты, правильно-неправильно — да пошло оно все! Я хочу Кая. Хочу его дико!

Мои руки обвивают его шею, и я целую своего сводного брата.

От прикосновения его мягких губ по коже лица разносится треск крохотных искр. Я отыскиваю в собственной памяти, как в ящике, свободные полочки, и бережно складываю туда воспоминания об этом моменте — чтобы позже можно было достать и пережить их вновь. Моя первая близость с тем, от кого я без ума — пусть это будет лучшим мгновением для ностальгии, когда я стану одинокой и несчастной из-за того, что поверила ему.

Мы целуемся лихорадочно, неуклюже, словно в бреду, но при этом словно боимся сделать лишнее, неосторожное движение. Кай вторгается в мой рот, захватывает его, заполняет собой и замедляется: нетерпение перетекает в болезненную нежность — такую, словно он хочет в полной мере насладиться моим вкусом, хочет испить меня до дна.

Его поцелуи теперь больше не походят на нападение — они как легкое дуновение ветерка, медленно раздувающее сильное пламя. Я дразню Кая, размыкая губы и проводя языком по его нижней губе, и его тело немедленно реагирует на мою дерзость ощутимым дрожанием.

Огонь внизу моего живота от этой медленной пытки превращается в пожар, и я льну к нему еще сильнее. И вот уже мы дрожим вместе — от страсти, от нетерпения, от желания дать волю внутренним демонам и сорваться, наконец, с цепей.

— Господи, — шепчет Кай, отстраняясь на секунду, чтобы перевести дыхание.

— Больше подошло бы очередное грязное ругательство, — подсказываю я, целуя его подбородок и спускаясь к шее.

Кай пахнет невообразимо приятно. Именно этого запаха и этого тепла мне не доставало на вечеринке, а теперь я будто получаю свой долгожданный подарок. Каждый сантиметр его кожи мне хочется задеть губами и языком, поэтому я прижимаюсь крепче и утыкаюсь лицом ему в шею.

— Твою мать, — рвано выдыхает парень.

— Вот именно, — усмехаюсь я, продолжая лихорадочно покрывать его кожу поцелуями.

— Иди сюда.

Кай снова целует меня в губы. И я откликаюсь, но не сразу — не могу с ходу сообразить, где нахожусь, и что происходит. Мое сознание затуманено настолько, что остались лишь ощущения — бешеная пульсация между ног и растекающийся по венам жар.