Снова надейся - Мона Кастен

Я быстро замотала головой.

– Я скорее из тех, кто приходит на такие вечера, чтобы поддержать и похлопать.

– Ты такая талантливая. Уверен, люди будут в приятном шоке, если ты когда-нибудь что-то зачитаешь, – заметил он, однако после моего испуганного взгляда торопливо добавил: – Но, естественно, я понимаю, что это не для всех.

– Тебе это нравится, да? – поинтересовалась я. – Выступать. Говорить перед людьми.

Он кивнул:

– Да, я такой еще со школы.

– И ты всегда знал, что… – Я притихла, засомневавшись, можно ли произносить вслух то, что уже давно крутилось в голове после разговора на подобную тему.

– Всегда ли я хотел преподавать? – уточнил он, склонив голову набок.

Я медленно кивнула.

Нолан, кажется, задумался над ответом.

– Я знал свои сильные стороны, но, когда начинал учебу, не имел ни малейшего представления, что делать со своей жизнью. Только через какое-то время я обнаружил то, чем по-настоящему захотел заниматься.

– Вот бы и со мной скоро это произошло, – отозвалась я, не прекращая думать о маме. Меня пронзила колющая боль. В голове отдавалось эхо ее отчаянных фраз, и на мгновение мне захотелось закрыть ладонями уши, хотя я знала, что это не поможет. Теперь, после произошедшего, при мыслях о будущем мне потребовалось вдвое больше смелости, чтобы найти следующие слова: – По-моему, мое призвание не в том, чтобы открыть литературное агентство. Это точно не так, как у Доун, которая явно должна писать книги. И точно не как твое призвание, чтобы быть преподавателем.

Его взгляд потеплел.

– Приятно слышать это от тебя.

– Это правда.

На некоторое время между нами воцарилась тишина.

– Вера Вонг создала первое свадебное платье, когда ей было за сорок, – выдал он наконец.

Мне не удалось сдержать улыбку.

– Это первый пример, который пришел тебе в голову? Вера Вонг?

– Вообще мне вспомнилось примерно двадцать авторов, которые написали дебютный роман после сорока, но я подумал, что книги, наверное, неподходящий пример, раз тебе не слишком нравится изучать литературу.

– Мне нравится, – помедлив, произнесла я. – Я люблю книги. Просто пока не уверена, что хочу заниматься ими в будущем. Иногда я сомневаюсь, что у меня в принципе есть какое-то призвание, как у других людей. – Я думала о Блейке, Доун, Нолане и Кэти, которые точно знали, что хотят делать до конца своей жизни, и к тому же поняли это достаточно рано. Сравнивая себя с ними, я невольно задавалась вопросом, не допустила ли где-то ошибку.

Нолан взял меня за руку, выдергивая из раздумий.

– Многие находят свое истинное призвание гораздо позже, Эверли. В этом нет ничего плохого.

Я ответила на его взгляд. Внезапно сердце подскочило до самого горла. Мне кое-как удалось кивнуть. Взгляд опустился на его губы. Потом вернулся к глазам.

В этот момент Нолан встал. Стул громко скрипнул по полу, и напряжение, которое только что снова возникло между нами, развеялось. Он взял мои пустые тарелки и поставил в стопку на свои. Затем с посудой направился на кухню, пока я старалась взять себя в руки и не обращать внимания на укол разочарования, который буквально почувствовала в области живота.

– Я хочу тебе кое-что показать, – сказал Нолан, после того как вернулся в гостиную. Он кивнул в сторону коридора, и я поднялась, чтобы последовать за ним. Он вел меня к одной из дверей в передней части квартиры, а когда открыл ее, я сообразила, что мы в его кабинете… и больше не смогла сдерживаться. За пару шагов я пересекла комнату и оказалась перед стеллажами из темного дерева, полки которых уходили под потолок и были сплошь заставлены книгами.

– Да у тебя настоящая библиотека! – воскликнула я. Затем провела пальцами по обложкам романов, научно-популярных книг, биографий и научных трудов, рассортированных по фамилиям, как он и описывал мне однажды во время телефонного разговора.

Запрокинув голову, я взглянула на верхнюю полку.

– А ты правда не преувеличивал. Туда можно добраться только при помощи лестницы.

– Или стула, – откликнулся он. Я оглянулась через плечо на Нолана, который со скрещенными на груди руками прислонился к дверному косяку и кивнул на офисный стул перед письменным столом.

– Неудивительно, что ты упал. Он же на колесиках, – упрекнула его я.

Он ответил лишь легкой улыбкой.

Я снова вернулась к полкам. Как бы соблазнительно ни выглядел Нолан, его библиотека привлекала меня сейчас чуть больше. На один краткий миг я оторопела и не могла решить, с чего начать, однако потом придумала систему, по которой изучала полку за полкой, пока не добралась до самого нижнего правого угла. Осторожно сняла с полки «Книжного вора» Маркуса Зусака.

– Давно хотела ее прочесть, – произнесла я и подняла роман, чтобы Нолан увидел обложку.

– Это одна из моих любимых. Я дам тебе почитать.

Улыбнувшись, я перевернула книгу, а затем открыла заднюю половинку обложки, чтобы заглянуть на последнюю страницу. Нолан оказался возле меня быстрее, чем сам Флэш. Он тут же захлопнул книгу и в шоке уставился на меня.

– Ты что творишь? – неверяще спросил он, не убирая руки с закрытой обложки.

Я ответила на его взгляд выгнутой бровью.

– Читаю последнюю страницу.

Он выглядел так, будто я собиралась съесть Бина на десерт.

– Но зачем, бога ради?

– Потому что хочу узнать, что произойдет в конце.

– Это нарушает все священные книжные законы, Эверли.

Мне слишком нравилось, как он произносит мое имя.

– Я с детства всегда так делаю.

Он резко втянул в себя воздух.

– Это настолько ужасно, что у меня нет слов.

– Сказать тебе, что ужасно? Прочесть больше четырехсот страниц, а в итоге узнать, что твой любимый персонаж умер, – возразила я.

Он тихо рассмеялся:

– Похоже на детскую травму.

– Есть же люди, которые хотят знать заранее, во что ввязываются.

– Не в моем доме. – Он заявил это так властно, что мне вдруг стало жарко у него в кабинете. Тяжело сглотнув, я сосредоточилась на том, чтобы смотреть ему только в глаза и не позволять взгляду вновь опускаться на губы или другие части тела.

Мне ничего не удавалось поделать с дрожью, которая пронзила тело от страсти в его взгляде. Я не знала, что произойдет дальше. В один момент мы смотрели друг на друга, а в следующий его ладони обхватили мое лицо, а губы накрыли мои. Я бы не смогла сказать, кто первый кого поцеловал, это было неизбежно, и неописуемо, и… мне стало нечем дышать.

Нолан прижался ко мне, и я врезалась спиной в стеллаж. Книга выпала из ладони, и я собиралась нагнуться за ней, когда он запустил руку мне в волосы, возвращая мой рот к своему.