Когда ты станешь моей 2.Обнуляй - Мария Высоцкая

- Понял, - Миронов огляделся, закрывая глаза ладонью от ослепляющего солнца. - Хорошая вилла. За сколько брал?

- Это подарок.

- Точно. Я слышал, Лукьянов тоже сюда вмешался.

- И он уже труп.

- Да, не повезло. Я грешным делом сначала на тебя подумал. А все-то интереснее оказалось. Увел у Войтова инфоповод в разгар таких событий, получил пулю в лоб, или как он там откинулся?

- Не важно. Я пока не могу отсвечивать в стране, Войтов должен чувствовать себя победителем, ощущать, что до его победы всего один шаг. Когда он узнает, что у нас с тобой разлад, думаю, сразу даст о себе знать. Вот тогда ты и станешь близок к тому, чтобы получить его империю. Кстати, говорят, на мой офис уже был почти рейдерский захват.

- Был. Там такой кипиш был.

- Вот и славно. И еще, тот парень - Дягилев, дружок моего Даньки, который активно давал интервью и показания по возбужденному делу, надо его слить.

- Навсегда?

- На пару-тройку лет.

- Без проблем. Позвоню сегодня Шувалову.

- Спасибо.

- Тогда до встречи.

- До встречи, - Миронов понимающе ухмыльнулся, поднимаясь с плетеного кресла, - будь на связи, Доронин, и держи меня в курсе дел.

- Аналогично.

Марина

Первые несколько дней в доме Богдана кажутся пыткой. Я не понимаю, что происходит и как себя вести. Знаю одно - я должна молчать и никуда не лезть. Что я и делаю. Саша не звонит, а когда я пытаюсь с ним связаться, то вечно нарываюсь на голос робота о том, что телефон выключен. Чем больше проходит времени, тем сильнее я перестаю верить, что все обойдется.

Данил отправляется в Штаты и, как мне рассказывает Богдан, забирает с собой свою девочку. Я же не нахожу себе места. Хочется просто знать, что у Доронина все хорошо, что он в порядке. По новостям и в интернете нет ничего, что могло бы хоть как-то прояснить ситуацию, впрочем, там нет и некрологов, что не может не радовать.

Так проходит пара недель, затем месяц, еще один и еще. За это время Сашка звонит нечасто, сообщает, что все в порядке, что он улетел на неопределенный срок. Куда, не говорит. Богдан пытается добиться от меня объяснений, что у нас произошло, куда пропал Доронин и почему в его офисах погромы. Я молчу, как и просил Саша, к тому же я все равно ничего не знаю.

- Мам, - Богдан заглядывает в спальню после обеда, пару раз стукнув в дверь, - можно?

- Конечно, проходи.

- Слушай, я тут думал, может, ты слетаешь куда-нибудь на пару месяцев? Отдохнешь, развеешься?

- Не знаю. Я об этом не думала.

- А я подумал. Билеты купил, - протягивает мне мой загранпаспорт.

- Куда? – улыбаюсь.

- На Майорку.

- Когда самолет?

- Вечером.

- Ты серьезно?

- Да. Мама, тебе нужно срочно сменить обстановку, прости, но ты плохо выглядишь.

- Спасибо, Богдан.

- Ну я же не про то.

- Я поняла, сынок. Хорошо, сейчас быстренько соберу чемодан.

- Вот и отлично.

- Как там Герда?

- Нормально, завтра возвращается.

- Ну и отлично.

Сын уходит, а я еще пару минут нахожусь в какой-то прострации. Они с Гердой все-таки вместе. Счастливы после всего, и это самое главное. Открываю створки шкафа, вытаскивая несколько плечиков. Пара платьев, джинсы, куртка, босоножки, сапожки, все это друг за другом летит в чемодан. Косметичка, пара книг, ноутбук. Не знаю, что я буду там делать, но, может быть, Богдан прав и мне нужно отвлечься. Насладиться морем, солнцем, теплом.

В семь сынок отвозит меня в аэропорт. Прохожу регистрацию, прощаюсь с Богданом. А когда собираюсь зайти в самолет, на плечо ложится тяжелая рука. Вздрагиваю.

Обернувшись, сталкиваюсь взглядом с незнакомым рослым мужчиной, он довольно грубо сжимает мой локоть, подтаскивая на себя.

- Вы кто? Пустите.

- Тише. Не нужно привлекать к себе внимание, - понижает голос, - я от Александра Николаевича, проедемте с нами.

- Почему я должна вам верить?

- Позвоните ему, - сует мне в руки телефон, - самый последний входящий.

Кликаю по номеру, слушая гудки, а после Сашкин голос: «Марина, делай, как говорят». Отключаюсь, нервно оглядываясь по сторонам. Ладно, киваю, медленно шагая следом за этим человеком. Мы садимся в другой самолет. По иронии судьбы он летит в мой родной город, в город, где я выросла. Несколько часов полета, а после еще несколько долгих часов в машине. За окнами почти сразу устанавливается один бессменный пейзаж – лесополоса, иногда прерывающаяся полями. Правда, до города так и не добираемся, сворачиваем на подъезде. Еще несколько километров по ухабам, в лес, прежде чем перед глазами появляется небольшой дом.

Вытаскиваю из ушей наушники, убирая их в кейс.

- Приехали, - басисто сообщает мой сопровождающий и, стоит мне выйти из машины, сразу уезжает.

Обнимаю себя руками, оказываясь где-то на другом конце страны, посреди леса. Смотрю на дом и делаю несколько шагов в сторону двери, которая открывается со скрипом и лязгом замков.

Сашка переступает через порог. На нем спортивные штаны, легкий свитер с закатанными до локтей рукавами, кроссовки. На голове вместо привычной укладки из идеально зачесанных назад волос – тотальный беспорядок.

- Прости за этот спектакль, - делает пару шагов навстречу.

- Богдан в курсе?

- Нет, он думает, ты на Майорке. Позвони ему, кстати, скажи, что долетела, - смотрит на часы, - даже в гостиницу уже заселилась. Собственная вилла, пляж…

Выуживаю из сумки телефон и набираю сыну сообщение, что приземлилась, заселилась и все у меня нормально.

- Что ты тут делаешь? – спрашиваю, сжимая в ладонях телефон.

- Коротаю время.

- Хорошо выглядишь, Доронин. Я, значит, там места себе не нахожу, а ты здесь, на свежем воздухе прохлаждаешься. Прекрасно просто. Знаешь, кто ты после этого?

- Ну, я догадываюсь, - улыбается. - Если все будет хорошо, через пару месяцев вернусь в Москву.

- Поздравляю, - переступаю через несколько корявых веток и, обойдя Сашу стороной, захожу в дом. Внутри он гораздо больше, чем кажется снаружи.

- Марин, не злись, это меры безопасности. Я должен был на время исчезнуть, - идет следом.

- Тогда зачем все это?

- Хотел тебя увидеть. К тому же накал ослаб.

- А предупредить?

- Все вышло спонтанно, я в последний момент узнал про билеты и твой вылет. Извини.

- Бред какой-то, - стаскиваю ветровку, кидая ее на кресло, мою руки и сажусь за стол, наливая в стакан воды. – Объясни, что происходит? И как долго все это будет продолжаться? Что за темные дела? Почему в твоих офисах проверки и погромы? Ты подумал обо мне, о Даниле, когда во все это ввязывался?