Песнь огня - Розария Мунда

Глаза Гриффа сузились:

– Что это значит – возможно?

– Это значит, что они надели мне на голову мешок.

Грифф присвистнул. Он потирал чернильную складку между бровями.

– Потому что ты моя дамочка?

Перевод грубого слова на драконий язык звучал настолько смехотворно, что я, поморщившись, тут же фыркнул от смеха.

– Это не то слово.

– Ты сказал им, что мы делаем это по очереди?

– Прекрати! – воскликнул я, снова фыркнув в ладонь. – Это не смешно, прекрати.

Грифф, который тоже ухмылялся, внезапно сделался серьезным:

– Ты прав. Это ни капли не смешно. Насколько все плохо?

Я пожал плечами:

– Бывало и похуже.

– И?

Я представлял себе, как он говорит мне, чтобы я вел себя жестче в этой ситуации, что это просто тумаки, ничего особенного. Но из-за того, что он все воспринял всерьез, все становится гораздо хуже. Я не мог поднять на него глаз, хотя чувствовал, что он смотрит на мою шею, на то самое место.

– Ты пытаешься заставить меня снять рубашку, Грифф Гаресон? – беспечно пошутил я, потому что не знал, что могло произойти, если я вообще не стал бы шутить. Комната слишком мала, чтобы вместить чувства, витавшие между нами. Слишком мала, как этот остров, и наше будущее представлялось захлопнувшейся ловушкой.

Грифф протянул руку. Его пальцы коснулись моего подбородка там, где набитый устрицами мешок оставил вмятину над воротником. И тогда я взглянул на него. На мгновение мне пришло в голову, что между нами все выглядело иначе теперь, когда мы остались наедине. Грифф был трезв впервые за месяц, и мы больше не ссорились.

– Честно говоря, – сказал он, опуская руку и отводя взгляд, после которого я еще чувствовал жар на своей коже, – я очень рад узнать, что это был не я.

– Ты? – В моем голосе все еще звучал смех, я еще не до конца пришел в себя.

Я так скучал по тем мгновениям, когда Грифф вот так прикасался ко мне.

Его голос сделался жестче, когда он потянулся за следующей бумагой.

– Ну да. Я был очень зол на тебя. И я был постоянно пьян. Я ни черта не могу вспомнить за последний месяц.

Это было самое оскорбительное из того, что я когда-либо слышал.

– Ты осел. Их там была целая шайка. Я мог бы взять тебя.

Грифф уклончиво хмыкнул, взяв ручку, его губы начали расплываться в улыбке.

– Хорошо, – сказал он.

После этого наше молчание и совместная работа изменились. Грифф более открыто говорил о том, что его смущало, и я с большей готовностью подсказывал ему, как разобраться в деталях, которые, как мне казалось, он не совсем понимал. Мы отыскали один любопытный документ: письмо от Божественного Короля Бассилеи, которое, вероятно, было получено вскоре после отъезда Фрейды и Иксиона, в котором король спрашивал Радаманта, не видел ли тот его дочь, которая уже должна была вернуться домой, чтобы выйти замуж за его сына.

– Тьфу, – пробормотал Грифф.

– Нет. Удивительно. Она заставила Иксиона думать, что она свободна. И еще: не думаю, что здесь знали, что она сбежала.

У меня возникла опасная мысль, что эта легкость между нами могла бы продолжаться до бесконечности. Вот так копаться в бумагах с Гриффом Гаресоном. Давать советы по придворному этикету и смеяться над его неуместными шутками. Забыть обо всем и чтобы все о нас забыли, и оставаться здесь его секретарем, его правой рукой, его помощником. В конце концов, мы могли бы снова проводить ночи вместе, где мы оба были бы трезвы и занимались чем-то большим, чем флирт, а головорезы Шонана потеряли бы к нам интерес, или, возможно, их просто отпугнул ужасающе мрачный взгляд Гриффа и его дракон-грозовик.

Я здесь, чтобы понести наказание. Я здесь, чтобы служить своей семье.

В полдень на ланч собрались Крисса сюр Фаэдра, Кор сюр Маурана и Брэн сюр Берия; они сами принесли подносы с едой, скептически поглядывая в мою сторону, пока Грифф освобождал чайный столик для их трапезы. Должно быть, у них был назначен какой-то совет.

– Не обращайте внимания на Дело, – сказал Грифф, взмахнув рукой, – он просто сортирует документы.

Крисса робко произнесла:

– Как дела?

Я вдруг понял, что она обращалась ко мне, а потом догадался почему.

– Хорошо. Спасибо, что спросила.

– Хочешь сэндвич?

Поморщившись, я отказался. И дело не в том, что я не был благодарен за ее участие, но я бы предпочел сделать вид, что вчерашнего случая на пиру не было вовсе, тем более что меня унизили на глазах и тех, кто когда-то прислуживал мне. Брэн опустил глаза, разглядывая свои пальцы. Грифф откашлялся:

– Ну что, начнем?

Я бы также не хотел слушать об их интригах против моей семьи при прочих равных условиях. Но Грифф не отправил меня восвояси, и потому я остался разбирать бумаги за столом, пока они лакомились сэндвичами с лососем, приготовленными из остатков вчерашней снеди. Разговор шел о морском заслоне, который Иксион укреплял вокруг Башен Моряка.

– Мы могли бы дать им бой, – предложил Грифф. – Отбить Каллиполис, сорвать триархальное знамя и все такое.

– Грифф Гаресон хочет напасть? Просто удивительно, – пробормотал Брэн. Я, не сдержавшись, фыркнул, и, к моему смущению, эта усмешка привлекла внимание собравшихся. Брэн ткнул большим пальцем в мою сторону: – Дело меня понял.

– Мне, конечно, тоже нравится идея с наступлением, – сказала Крисса, перебрасывая косу через плечо. – Чем скорее мы сможем перестать злоупотреблять вашим гостеприимством, тем лучше, а наши объединенные флотилии могли бы на равных сражаться с флотом Серого Клевера. Но нам не хватает нашей Первой Наездницы, а она бы сказала, что нам не хватает легитимности…

– Легитимность, – глубокомысленно изрек Грифф и, откинувшись назад, положил ногу на ногу, – звучит как причудливое слово, придуманное кем-то с коротким кинжалом, чтобы не дать себя зарезать тому, у кого кинжал подлиннее.

Крисса негромко перевела его слова Кору, который одобрительно что-то пробурчал в ответ. Он насупился, отчаянно пытаясь уловить смысл фраз, произносимых на драконьем языке.

Мы с Брэном снова обменялись недовольными взглядами, и его губы скривились. Он проглотил последний кусочек сэндвича.

– Грифф, приближается Вече Королей.

– И что?

– Так ты намерен править этим проклятым островом или нет?

Грифф стряхнул крошки со своих коленей и устроился поудобнее в кресле, когда-то принадлежавшем Великому Повелителю. Если бы я не видел, как он все утро копался в бумагах Великого Повелителя, размазывая чернила по лицу, то счел бы это позерство ужасным.

– Кто, я?

Крисса вскинула бровь, словно не понимая, насколько далеко может зайти Грифф в своей беспечности. Все прояснилось, когда Брэн швырнул ему в голову сэндвич. Грифф