Мой палач - Надежда Олешкевич

Он ухмыльнулся, сжал руку в кулак. Я же резко отпрыгнула влево, затем вправо. Его миам оставался невидим, но чтобы усыпить, он должен прошептать на ухо несколько слов. Так пусть попробует, у него не выйдет поймать меня магическим двойником.

Я почти дотянулась до Кейвуда, но вдруг на плечо опустилась тяжелая рука, которая меня и остановила. Мне было невдомек, как Тиррен успевал так быстро приближаться, ловить и мешать. У него совсем недавно не было сил, а теперь он снова нависал сверху грозным противником.

— Усыпи ее, и займемся остальными, — скучающе проговорил напарник палача.

Вывернуться не удалось, упасть на землю — тоже. Маг вытянул руку с миаменами и сжал ее в кулак. Я сглотнула, осознавая свое поражение. Теперь отпрыгнуть от миама не удастся, он без особого труда сможет прошептать заклинание и усыпить. А девочки… Алания и Амирра останутся без защиты, подвергнутся очистке и лишатся магии. Как же просто, оказывается, справиться с обычными женщинами, не обладающими грубой силой.

Глава 26

Тиррен почему-то внезапно замер, перестал сжимать мое плечо. Я еще раз дернулась в сторону, но не смогла вырваться. Однако и усыплять меня словно никто не собирался. Кейвуд тоже отчего-то нахмурился и смотрел куда-то вдаль.

Я изогнулась, впилась ногтями в руку палача, потянула ее на себя. Но это каменное изваяние будто не чувствовало боли. Мне было невдомек, почему он не двигался и отвернулся. И лишь когда посмотрела на его вторую руку… оплетенную чуть ли не до плеча лозой, все стало понятно.

— Алания? — подняла я взгляд.

Маленькая принцесса сидела на траве, с беспристрастным видом смотрела на нас и прижимала ладошку к земле. Сзади встревожено что-то пробубнил мужчина. Девочка захватила и его в плен, но только ногу, не позволяя двинуться в сторону.

По сути, если вспомнить прошлую магическую волну Тиррена, то Алания не должна была очнуться настолько быстро. Амирра ведь долгое время приходила в себя, и маленькую принцессу сейчас ждала бы та же участь. Я взглянула в глаза Тиррена, до сих пор затянутые тонкой пеленой. Он боролся, даже в таком состоянии не переставал противиться миаму нашего недруга.

Время словно замерло. Никто не знал, что дальше делать. Мне стоило бы дотянуться до руки Кейвуда, вырвать миамены, палачу — усыпить меня, а другому мужчине — не потерять контроль. Казалось бы, ничего сложного, но никто не мог сдвинуться с места.

К моему плечу словно прилипла ладонь Тиррена, она не позволяла достичь желаемого. И в какую бы сторону я ни пыталась дернуться, она крепко меня удерживала.

— Пожалуйста, отпусти.

Мои волосы вдруг всколыхнул ветер. Сердце наполнилось надеждой. Я повернула голову и заметила стремительно приближающуюся к нам Амирру. Она подлетела к Кейвуду и принялась бороться с ним, всеми правдами и неправдами стремясь добраться до заветного кулака с игральными костями. Меня тянуло ей помочь, хоть как-то облегчить участь.

Мужчина же даже не пытался обходиться с ней полегче. Я видела, как он ударил ее в живот, как толкнул на землю. Амирра не сдавалась. Сердце кровью обливалось, когда Кейвуд схватил ее за волосы и потянул назад, заставляя выгнуться и чуть ли не болтаться беспомощной мухой, схваченной за крылышко.

— Ударь меня, выведи из строя, — еле слышно прошептал Тиррен.

Не успела я обернуться, как ощутила свободу. Палка вскоре оказалась у меня в руке. На жалость растрачиваться не было времени. Вскрик Амирры заставил поежиться, а желание прийти ей на помощь лишь прибавило сил. Я замахнулась, целясь прямо в голову палача. Вот только деревяшка не достигла цели.

Маг смотрел на меня, пристально, не двигаясь. Что-то изменилось. Тиррен улыбнулся, вселяя надежду на нашу победу, на возможность не бояться за жизнь Амирры и Алании, да и самого мага. Кончики моих губ дернулись вверх.

— Папочка, — радостно вскрикнула маленькая принцесса.

Она промчалась мимо меня и прыгнула в объятья своего отца, присевшего на колено. Я часто заморгала, чувствуя пощипывание в уголках глаз. Неподалеку на земле сидела Амирра, вытянув ноги, и чесала голову, морщась при этом. Кейвуд же почему-то по пояс оказался под землей.

Ведьма взглянула на меня и подмигнула. Одна игральная кость взлетела с ее раскрытой ладони вверх и вскоре исчезла из виду. Второй миамен женщина воткнула в землю и попросила Аланию закопать его поглубже.

Меня же до сих пор трясло. Раньше это можно было списать на эмоции, но сейчас причина оставалась неясна. Я повела плечом, пробежалась взглядом по зеленой траве, лесной дороге, остановилась им на рассыпанных монетах.

Плечо ныло. Оно не давало покоя. Наверное, следовало кинуться к Амирре, обнять ее. Но больше всего тянуло подобное проделать с Тирреном. Однако я грустно усмехнулась и направилась к медякам. Мне хотелось удостовериться, вернется ли миам, появится ли сейчас, покажет ли… будущее.

Я быстро отыскала в траве монеты и подошла к ближайшему дереву. За ним брал начало покатый склон, усыпанный кустами с яркими красными ягодами.

— Ну что… — я нервно перебирала в правой руке два медяка, оставив в левой третий.

Впервые мне было страшно вызывать миама. Я медленно развернулась, подняла глаза на людей, находившихся возле телеги с клеткой. Трое из них уже заняли место в сердце. С ними не хотелось расставаться.

Амирра устало откинулась назад и уже просто лежала на земле. Тиррен же внимательно осматривал свою дочь, а затем вдруг взглянул на меня и встал.

Будущее…

Я выдохнула и сложила монеты в одну руку, прикрыв при этом глаза.

— Лу! Дорогой, не надо, — первым делом раздался мой голос, едва миам показал кусочек из того, что еще не произошло.

В видении я спешила за мужчиной, пыталась остановить его, но он не слушал. Он только раз обернулся, игриво улыбнулся, а после резко затормозил.

— Я сделаю это! — уверенно проговорил мужчина с темно-русыми волосами и шагнул вперед.

А там была полностью черная земля. Я ощущала волнение, страх. Это была Пустошь, то место, где человек за считанные часы лишался всех сил и иссыхал на глазах. Это были земли, которые все обходили стороной. Место, куда не ступало ни одно животное. Здесь ничего не росло. Даже солнце не хотело иметь с этим местом никаких дел, поэтому не кидало на землю свои лучи, не освещало, оставляло его покрытым сумраком. Вечная тень залегла прямо над ним.

— Лу, нет! — вытянула я руку.

Тут он побежал вперед и резко развернулся.

— Смотри, — расставил мужчина руки в стороны.

Время