Грешные мечты - Сара Беннет

Манчестер был одним из самых крупных и задымленных городов на севере страны. Шум работающих фабрик был слышен здесь день и ночь. К этому не привыкли ни Терри, ни его спутницы. Аннабелла, прикрывая нос и рот носовым платком, задыхалась и стонала. А Лиззи смотрела на все широко открытыми от изумления глазами. В конце концов, уступив жалобам Аннабеллы, они вернулись в гостиницу.

Аннабелла встряхнула юбки и указала Терри и Лиззи на слой сажи, образовавшийся на полу, а потом стала сетовать на запах дыма, пропитавший ее волосы.

— Не понимаю, как здесь могут жить люди? — промолвила она.

— У них просто нет другого выхода, — сказал Терри.

— Разве такое возможно? Выход есть всегда!

Терри с изумлением посмотрел на нее, и Лиззи забеспокоилась, опасаясь, что сейчас возникнет перебранка.

— А что я такого сказала? — запальчиво спросила Аннабелла. Ей никто не ответил, и тогда она сбавила тон: — Терри, по-твоему, я снова сказала какую-то глупость?

Он покачал головой:

— Нет, конечно, вот только… Понимаешь, Аннабелла, когда у людей нет денег, им приходится зарабатывать на пропитание в любых условиях. Они берутся за любую работу. Труд на фабрике неплохо оплачивается, поэтому люди держатся за свое место. Заработанных денег им хватает на пищу, одежду и жилье. А если у них есть дети, им требуется больше финансовых средств. Не все владеют большим состоянием, как вы. Вам не надо работать, потому что у вас и без того есть деньги.

— Я уверена, что мои предки очень много работали, чтобы сколотить состояние, — холодно сказала Аннабелла.

— Разумеется, — согласился Терри, хотя и сомневался в том, что это действительно было так.

Его отец рассказывал, что Сент-Джоны разбогатели, грабя своих арендаторов.

Аннабелла некоторое время молчала.

— Я действительно глупо себя веду, — наконец, вздохнув, сказала она. — Ты так много сделал для меня, а я, неблагодарная, только постоянно жалуюсь и злюсь на тебя, Терри.

Она дотронулась до его руки и улыбнулась. В этот момент Аннабелла была так прекрасна, что Терри сразу же все ей простил. Он, пожалуй, мог бы снова влюбиться в нее… Но тут она опять все испортила.

Оглядевшись по сторонам, Аннабелла брезгливо прищурилась.

— Какие ужасные стены в этой комнате. Терпеть не могу этот цвет! Не понимаю, как можно было выбрать ядовито-желтые обои?

Терри вышел из комнаты, не заметив, что Лиззи последовала за ним. В коридоре она взяла его за руку.

— Не расстраивайтесь, Терри, Аннабеллу избаловали в семье, — сказала она.

— Не оправдывайте ее, Лиззи.

— Я не оправдываю Аннабеллу. А вот вы смотрите на нее по-особенному, Терри. Она, конечно, красивая девушка, но… Вам еще не надоело носить розовые очки?

Терри грустно улыбнулся:

— Вы хотите сказать, что я ослеплен ее красотой?

— Я вас не осуждаю, Терри. У Аннабеллы всегда было много воздыхателей. Она не стремится к тому, чтобы разбить чье-то сердце, сделать кого-то несчастным. Нет. Просто Аннабелла всегда думает только о себе. Так ее воспитали.

— Зачем вы все это мне говорите? Вы боитесь, что я брошу вас обеих на полпути? Я этого никогда не сделаю. Меня воспитали как джентльмена, хотя герцог думает иначе. Я заварил эту кашу и несу ответственность за вас и Аннабеллу. Пока вы не будете в полной безопасности, я не покину вас.

— Я это знаю, — мягко промолвила Лиззи.

Они прогулялись по улице с закопченными домами.

— Я никогда не была севернее Глостершира, — сказала Лиззи. — Для меня эта поездка — настоящее приключение. Моя жизнь всегда была такой скучной.

Терри вдруг спросил себя: а как отнеслась бы Лиззи к его родителям, к его семье? Что она подумала бы о мошеннических проделках его отца? Об истеричной матери? О неугомонных близнецах? У нее, наверное, глаза бы полезли на лоб. И все же Терри был уверен, что она не осудила бы их. Лиззи приняла бы их такими, какими они были, и с каждым нашла бы общий язык.

Впрочем, сейчас ему надлежало думать не о семье, а о том, как продолжить путешествие. Верховая езда была не для его спутниц. Что же делать? Снова арендовать карету он не мог. У Терри хватило бы денег только на маленькую двухколесную тележку. В такие обычно запрягают осликов. Козел Эрик тоже умел таскать их. Вот была бы умора, если бы Терри подкатил в такой тележке к крыльцу гостиницы и предложил Аннабелле сесть в нее!

Картина, которую представил Терри, была столь комичной, что он сначала прыснул со смеху, а потом неудержимо расхохотался. Лиззи с беспокойством взглянула на него, ничего не понимая. А Терри, схватившись за живот, покатывался от смеха.

— Простите, — вытирая слезы, наконец сказал он, — похоже, я схожу с ума.

И тут он увидел, что они подошли к каналу. В голове Терри мгновенно созрел план.

— А ведь мы могли бы арендовать барку, — промолвил он, — и продолжить путешествие по воде.

Лиззи, конечно же, не возражала. Она никогда не жаловалась и не высказывала претензий.

Они прошли вдоль канала до пристани, где совершалась погрузка. На баржи грузили тюки, ящики, древесину. Терри быстро договорился с матросами, и к нему вернулась обычная самоуверенность. У него улучшилось настроение, и шагавшая рядом с ним Лиззи тоже казалась веселой и всем довольной.

«Все не так плохо, — с надеждой подумал Терри. — Возможно, у меня все получится».