Спасение - Кристен Эшли

Затем Хэнк и Ли отделились от компании и исчезли. Малкольм и Том забрали Китти Сью и тоже ушли.

Я замечала это мельком, главным образом потому, что была занята попыткой рассказать маме о беспорядке, в который угодила, не вызвав у нее нового удара. Я сидела на коленях на полу перед ней, она сидела на диване, а Эдди стоял рядом со мной.

Я рассказала ей историю своей недели.

Мама побледнела.

Затем ее взгляд стал жестким.

Когда я закончила, она сказала:

— Твой ё*аный отец.

Ого.

Не думала, что когда-нибудь услышу, как мама произносит такое слово на букву «ё».

— Мам, успокойся, — попросила я.

— Я спокойна. Я достаточно спокойна, чтобы сказать, что когда меня посадят за убийство твоего отца, они поймут, что это было преднамеренно. Одной рукой или нет, но я убью засранца. — Она посмотрела на Эдди. — Извини, Эдди.

Он слегка кивнул, показывая, что пока не собирается надевать на нее наручники.

Мамины глаза снова обратились ко мне.

— Почему ты ничего мне не рассказывала?

— Я не… — начала я, но она меня перебила.

— Я знаю причину, — огрызнулась она голосом матери, разговаривающей с дочерью-идиоткой, — ты не хотела, чтобы мне снова стало плохо. Джет, ради Бога, я же не стеклянная. Ты не можешь обращаться со мной всю оставшуюся жизнь так, словно я вот-вот разобьюсь вдребезги.

— Тебе легко говорить, — прошептала я и уставилась на нее.

Она не видела себя на больничной койке после того, как случился удар; вся ее левая сторона обмякла и обвисла, даже лицо, речь звучала невнятно, а глаза были расфокусированными. Это было ужасно.

Я не собиралась этого говорить, но мне и не нужно было.

Мама коснулась моей щеки.

— Спасибо, куколка, — тихо сказала она, и я прижалась щекой к ее ладони, когда слезы сдавили горло. — Но с этого момента ты свободна от дежурства.

Мой взгляд метнулся к ней, но она смотрела на Эдди.

— Я переезжаю к Трикси, — объявила она.

Я ахнула.

— Сегодня вы останетесь с моей мамой. Завтра переедете к нашему другу, который сможет обеспечить вам безопасность. Не знаю, что будет дальше, и не собираюсь рисковать. Когда все закончится, вы сможете переехать к Трикси, — сказал Эдди голосом, с которым шутки плохи.

— Хорошо, — тут же согласилась мама, решив не шутить.

— Но… — Я вздрогнула, чувствуя несколько отчаянную потребность бросить вызов.

Эдди поднял меня за руку и заговорил:

— Трикси, вы возвращаетесь с нами, соберите сумку для Нэнси, чтобы вещей хватило на неделю. — Он повернулся ко мне. — Ты тоже соберешь сумку.

Я открыла рот, чтобы возразить, но Эдди продолжал отдавать приказы, глядя на Трикси.

— Вы можете привезти сумку Нэнси, но я не хочу, чтобы вы куда-то уходили одни, если нет договоренности, что с вас кто-то сопровождает. Понимаете, о чем я?

Трикси кивнула, ее глаза были круглыми, как блюдца.

— Инди, навести Текса. Скажи ему, что у него будет компания.

Инди тоже кивнула.

Эдди потащил меня к двери.

— Уходим, — сказал он.

Я посмотрела на Бланку.

— Простите, — сказала я ей на бегу, потому что Эдди все тащил меня.

— Я позабочусь о твоей маме, — пообещала она.

* * * * *

Мы отправились с нашим мини-конвоем в мою квартиру; Ада ехала с Трикси. Прежде чем войти к себе, Ада крепко обняла меня.

— Ты хорошая девочка, — сказала она, ее глаза блестели. Она кивнула Эдди, вероятно, слишком боясь его в этот момент, чтобы обнять, и вошла в свою дверь.

Я приказала себе не плакать, и, к счастью, мое «я» послушалось.

Трикси собрала вещи для мамы и еще раз крепко обняла меня.

Она посмотрела на Эдди, потом на меня.

— Все будет хорошо, — сказала она.

Хотелось бы мне ей верить.

Трикси уехала, я собрала вещи, и мы с Эдди направились к нему домой.

Мы не разговаривали. Эдди был не в том настроении.

По правде говоря, я тоже, но держала свое настроение при себе.

И мое настроение вращалось вокруг моего гребаного отца.

Где он?

Не важно, я собиралась отыскать его и сказать все, что о нем думала.

И даже сверх этого. Я не хочу больше так пугаться, как этим вечером.

Никогда.

Я не знала, как мне взять под контроль свою жизнь, но, так или иначе, я собиралась это сделать.

Никто больше не заставит маму произнести это слово на букву «ё».

Эдди отнес мою сумку в свой дом и бросил на пол спальни. Затем обошел дом, закрыв все жалюзи и убедившись, что все двери надежно заперты. Я стояла посреди гостиной, медленно поворачиваясь кругом, наблюдая за его движениями.

Его лицо было суровым, и я могла сказать, что он едва держал себя в руках.

Как только он закончил отгораживать нас от посторонних глаз и запирать все замки, то схватил меня за руку и потащил в спальню. Там он отпустил меня и отвернулся, стягивая с себя свитер.

— Эдди, — позвала я.

Он взглянул на меня, когда сел на край кровати, стягивая сапоги.

— Я должна тебе кое-что сказать, и ты должен пообещать, что не будешь злиться.

Или, скорее, злиться еще сильнее.

Его глаза блеснули, и в животе у меня затрепетало.

Он сбросил второй сапог, встал и подошел ближе.

— Что? — его голос был таким же напряженным, как и лицо.

Я перевела дыхание.

— Я видела Винса прошлой ночью у Смити, прямо перед тем, как заметила парня с пистолетом. Тогда он высказал свою угрозу. Я не говорила тебе, потому что, ну, парень с пистолетом, вроде как, перетянул одеяло на себя.

Ладно, я была наполовину честна. Сейчас не время говорить Эдди о том, что я, в принципе, не собиралась рассказывать ему о Винсе. Но у Эдди должна быть вся необходимая информация, чтобы он смог предпринять то, что хотел… чем бы это ни было.

— Он сказал, что из-за тебя Маркус даст ему зеленый свет, чтобы достать меня. Сказал, что вы с Маркусом ненавидите друг друга. Что Маркус даже пойдет войной на Ли, чтобы добраться до тебя. Что бы это ни значило.

Желваки на челюсти Эдди задвигались.

Затем он спросил:

— Он сказал что-нибудь еще?

Я покачала головой, но отвела взгляд и призналась:

— Просто какую-то чушь о том, что