Связанная серой - Хелен Харпер

Боже, как хорошо быть дома. Несколько минут я просто ходила туда-сюда, трогала вещи и убеждалась, что всё на своих местах. Понимание, что мой дом не изменился, даже если изменилась я сама, сразу помогло мне почувствовать себя лучше.

Я села на диван в маленькой гостиной, опустила арбалет на пол возле себя и улыбнулась при виде портфеля Джереми в углу. Он опять его забыл. На удивление приятно было знать, что здесь всё по-прежнему. Что бы ни случилось за последние несколько дней, я могла ускользнуть в свою прежнюю жизнь. Ничего не изменилось… только я стала другой.

Я скинула позаимствованную одежду и забралась в душ, сделав воду обжигающе горячей. Я вымылась с головы до пят, отскребая кожу так, будто я могла смыть все заботы и тревоги последних дней вместе с чувством вины за то, что я ушла и оставила убийцу Тони в чужих руках.

Не знаю, как долго я пробыла в душе. Слишком долго. Когда я наконец-то вышла, моя кожа была розовой и распаренной. Я посмотрела в зеркало на своё лицо. Я выглядела усталой, но это всё та же я, даже если я не чувствовала себя прежней.

Я сделала глубокий вдох, взяла халат, висевший на двери, и пошлёпала на кухню, чтобы взять что-нибудь поесть. Сначала еда, решила я, потом сон. Когда мой мозг прояснится, я решу, что делать дальше.

Рабочие поверхности на кухне были безупречными. Джереми явно был занят, пока меня не было. Мысль о том, что он поддерживал домашний очаг и искоренял любые следы грязи, лишь усилила моё чувство вины. Мне надо как-то компенсировать это ему; я приложу больше усилий, чтобы соответствовать его ожиданиям.

Тут имелась свежая буханка хлеба, так что я взяла два ломтика и тарелку. Из холодильника я взяла кусок сыра и открыла ящик со столовыми приборами, чтобы достать острый нож. Я машинально схватила первый попавшийся. Затем помедлила и уставилась на него. Он должен быть частью набора, который мы с Джереми купили, когда съехались.

Я снова открыла ящик, взяла другой нож, который должен быть идентичен первому, и сравнила их. Рукоятка первого была немного другой; жёсткое пластиковое покрытие было не совсем того же оттенка чёрного.

Я сделала шаг назад и плюхнулась на стул. Нет. Я схожу с ума. Или страдаю от паранойи. Или всё вместе. Я вижу призраков там, где не было ничего. Я покрутила нож в руках. Это ничего не значило. Это просто кухонный нож, бл*дь.

Я вскочила на ноги и прошла в спальню. Комната пахла Джереми, его знакомый запах лосьона после бритья пропитывал каждый угол. Кровать идеально заправлена, на покрывале ни единой складочки. Я распахнула шкаф и посмотрела на аккуратно развешенные рубашки с его стороны. Ничто не выглядело иным. Ничто не казалось неуместным.

В голову пришла другая мысль. Я развернулась и пошла в коридор. «Обувь. Проверь обувь».

Я присела на корточки. Моя запасная пара деловых рабочих туфель, мои кроссовки для бега вместе с редко надеваемыми резиновыми сапогами. Туфли Джереми отсутствовали; без сомнений, он ушёл на работу в них. Его кроссовки стояли на привычном месте.

Я подняла их и осмотрела. Обычно они источали весьма неприятный запах ног, из-за которого я часто дразнила Джереми, к его большому огорчению. Эти кроссовки ничем не пахли. Как и нож на кухне, кроссовки выглядели абсолютно новыми. Похоже, их ещё не надевали.

Это ничего не значило. Он кое-что купил. И что? Я облизнула пересохшие губы и осознала, что мои руки дрожат. Я отвесила себе мысленную пощёчину. «Соберись, Эмма».

Я встала на дрожащих ногах, вернулась в гостиную и потянулась к портфелю Джереми. Я села, положила портфель себе на колени и посмотрела на него. Я не из ревнивых. Кроме того, я доверяла ему. У меня никогда не было причин копаться в его вещах.

Портфель не был заперт. Он никогда не узнает.

Я задержала дыхание и открыла его. Несколько ручек аккуратно уложены в ряд, несколько больших конвертов с распечатками и отчётами. Ничего необычного. Я полная дура. Я цокнула языком и начала закрывать портфель.

И тут я заметила телефон. Это не навороченный смартфон, с которым Джереми обычно не расставался. Это был дешевый «кирпич» — такой телефон, который обычно покупаешь в мутном маленьком магазинчике, когда хочешь связаться с кем-то, не оставляя следа. У нас в Академии был целый день обучения, посвящённый преступлениям с использованием одноразовых телефонов. Я смотрела на телефон, слегка торчащий из маленького внутреннего кармашка в портфеле. Может, у Джереми роман на стороне.

Я зашла уже так далеко. Я протянула руку и достала телефон. Затем включила.

Там был всего один звонок, и что-то в номере показалось смутно знакомым. Может, это кто-то из его друзей, Бекки или Том. Может, это высокая длинноногая блондинка с идеальным загаром и скучной работой.

Я долго смотрела на номер, затем нажала вызов.

Тут же ответил тёплый, сочувствующий голос.

— Доброе утро. Это Дин из морга при больнице Фитцуильям Мэнор. Чем я могу вам помочь?

Я швырнула телефон через всю комнату. Моё сердце болезненно колотилось в груди, меня тошнило. Я до сих пор чувствовала голос Дина, теперь он звучал уже тоненьким.

— Алло? Есть кто на линии?

Я сглотнула и встала, снова взяла телефон. Ничего не говоря, я сразу открыла сообщения. Теперь голос Дина казался неуверенным.

— Алло?

Я игнорировала его. Папка входящих пустовала, но я всё равно могла восстановить удалённые сообщения. Я нажала несколько кнопок и открыла архив.

Там было всего одно сообщение. Я нажала на него и подождала, пока загрузится. Когда это случилось, буковки на маленьком экране расплылись перед моими глазами. Я отчаянно моргала, перечитывая всё несколько раз. Но мне не померещилось. Всё прямо перед моими глазами.

«Прошу прощения за сегодняшнее. Позволь мне загладить вину. Встретимся сегодня в десять, у церкви Святого Эрбина, и я познакомлю тебя с ключевыми представителями вампов. Ты не пожалеешь. Тони».

Мои ноги подкосились. Джереми. С самого начала это был Джереми. Он купил одноразовый телефон и, когда я ушла в душ, прислал мне сообщение. Он притворился Тони и заманил меня в церковь. Вместо встречи с друзьями он пошёл на встречу со мной. Потом, когда никто не пришёл и не сообщил ему печальные новости