Грязная игра - Бьянка Коул

— Конечно.

Я встаю и подхожу к дивану, опускаясь на него. Ужас все еще висит надо мной, как темная дождевая туча, угрожающая разорваться и утопить меня.

— Ты уверена, что с тобой все в порядке? — спрашивает Арчер.

Я качаю головой.

— Честно говоря, у меня немного болит голова.

Он хмурит брови.

— Ты выпила не так уж много.

— Может, я заболеваю.

Он садится рядом со мной и прикладывает руку к моему лбу.

— Ты не горячая. — Он похлопывает себя по коленям. — Иди сюда.

Я делаю, как он говорит, хотя какая-то часть меня хочет сопротивляться.

Сильные руки Арчера обвиваются вокруг меня, и он просто держит меня, нежно прижимаясь губами к шее.

Ненавижу, что его поведение только усиливает это ощущение.

— Знаешь, я действительно чувствую себя не очень хорошо. Думаю, мне следует вернуться в свою комнату и поспать.

— Я ни за что не отпущу тебя никуда, если ты заболела. — Он снимает меня со своих колен и встает. — Я присмотрю за тобой здесь. Пойдем.

Я тяжело сглатываю, когда он протягивает мне руку. И все же беру ее, несмотря ни на что.

Он ведет меня в спальню и бережно раздевает. Обычно всё приняло бы сексуальный оборот прямо сейчас, но я вижу, что каждое прикосновение направлено не на возбуждение, а на то, чтобы успокоить меня.

Моё сердце сжимается от боли, когда он откидывает простыни.

— Залезай.

Я забираюсь в кровать, устраиваясь поудобнее под теплым пледом.

— Тебе что-нибудь нужно?

— Может быть, воды?

Он кивает.

— Конечно.

Я прижимаю руку к голове, когда он уходит, оставляя меня одну. Уже некоторое время я знаю о том, что мой план заставить его влюбиться в меня провалился. Потому что я тоже влюбилась в него, несмотря ни на что.

Он возвращается с водой и ставит ее на тумбочку.

— Что-нибудь еще?

Я качаю головой.

— Нет, спасибо.

Арчер раздевается, и я ненавижу то, как мгновенно возбуждаюсь при виде его полуобнаженного тела, как будто не могу контролировать свою жажду. Он забирается в кровать и притягивает меня к себе, так что моя голова оказывается у него на груди.

— Я позабочусь о тебе, детка, не волнуйся.

Я с трудом сглатываю, потому что меня беспокоит тот факт, что он такой заботливый. Ему нужно снова стать тем высокомерным мудаком, который не принимает отказов.

— Спасибо, — бормочу.

Он приподнимает мой подбородок и затем целует меня. Поцелуй мягкий и нежный, но он воспламеняет мой мир. Я застряла в своей голове.

— Прости. Мне действительно сейчас не до этого.

Он качает головой.

— Знаю. То, что я целую тебя, не означает, что я ожидаю секса.

Я киваю в ответ и собираюсь повернуться, когда он хватает меня за руку и сжимает.

— Адрианна. — Он смотрит мне в глаза с таким значением, что это только усиливает ужас, сжимающий мое сердце. — Я люблю тебя.

Эти три слова сильно задевают меня. В тот момент, когда слышу их, я напрягаюсь. Никто раньше не говорил мне этих слов, даже моя семья. И тут же чувствую, как мои щиты встают на место, пока я сжимаю челюсть.

— Ты с ума сошел?

Мой ответ ранит его. Я вижу это по его глазам.

— Нет, ты мне небезразлична. Не притворяйся, что это ничего для тебя не значит.

Это много для меня значит, но во мне нет места ни для кого другого. Я всегда была в этом мире одна, так и должно оставаться. Я качаю головой.

— Я не могу разбираться с этим прямо сейчас, Арчер. Мне казалось, я ясно объяснила, что это такое.

Быстро ложусь и отворачиваюсь, чтобы он не увидел слез, наворачивающихся на мои глаза. Нет способа сломать стальную оболочку моего сердца. Я безнадежна и не заслуживаю его любви, даже если его поступки в начале наших отношений были сомнительными.

Я тоже люблю его. Думаю, это и есть тошнотворное чувство у меня в желудке. Я просто не могу признаться в этом ни ему, ни кому-либо еще.

Глава 32

Арчер

Я вываливаюсь из хижины Гэва, пьяный как черт, понимая, что если не поговорю с Адрианной, то сойду с ума. Прошла ровно неделя с тех пор, как я сказал ей, что люблю ее в постели. И мы просто продолжаем жить дальше, как будто ничего не произошло.

Не верится, что Гэв на самом деле встречается со студенткой, но прямо сейчас я не могу думать об этом. Все, на чем я могу сосредоточиться, — это заставить Адрианну образумиться. Она принадлежит мне, и я хочу ее не только на этот год. Она нужна мне навсегда.

Она хочет найти способ вырваться из своей семьи, и я могу предложить ей это здесь, в Академии, вместе со мной.

Оак прятал меня от моей семьи достаточно долго, а это значит, сможет спрятать и ее. Я иду по тропинке от хижины Гэва в лесу к огням, окружающим огромное каменное здание, которое я называю домом. Вместо того чтобы направиться в свою квартиру, я открываю дверь во внутренний двор и пробираюсь по коридорам к женскому общежитию.

Добравшись до двери Адрианны, я, стараясь не раскачиваться, стучу в нее и с нетерпением жду, когда она откроет.

Она открывает дверь и тут же пытается захлопнуть обратно у меня перед носом, но я блокирую ее ногой и с силой открываю. Даже в моем нетрезвом состоянии я все еще достаточно быстр.

— Ты должна меня выслушать.

Ее нос морщится от отвращения.

— Ты пьян.

— И чья это вина?

Она хмурит брови.

— Не моя. Ты тот идиот, который слишком много выпил.

Я делаю шаг к ней и хватаю ее за горло.

— Это из-за тебя я пью, Адрианна. Я рассказал тебе о своих чувствах, а ты отшила меня.

— И?

Боль сжимает мою грудь, пока я смотрю в ее глаза, желая, чтобы она не была такой холодной.

— Как ты можешь говорить, что ничего не чувствуешь?

Она упирает руки в бока.

— Как я могу что-то чувствовать к мужчине, который шантажом заставил меня переспать с ним?

В ее глазах мелькает веселье, словно она наслаждается моими мучениями.

— Ты упряма, как мул.

Она морщит лоб.

— Думаю, ты говоришь о себе.

— Нет, я говорю о твоем упрямом убеждении, что это ничего для тебя не значит, хотя очевидно, что это значит больше, чем ты показываешь.

Ее челюсть двигается.

— Я не могу разбираться с этим прямо сейчас.

По тому, как она это говорит, ясно, что ее расстроило