Герцог и актриса - Адель Эшуорт

– Боюсь, что у меня нет никаких особых секретов или тайн, по крайней мере сравнимых с вашими.

– Неужели? – Герцог удивленно поднял брови и сделал шаг в ее сторону. – Сэди сказала, что вы получили заманчивое предложение петь в Миланской опере, разве это не секрет?

На лице Шарлотты отразились удивление и смятение. Даже в полумраке комнаты было видно, как она вдруг побледнела.

– Это невозможно.

– Невозможно? Вы хотите сказать, что ваша приятельница ошиблась?

Колин стоял перед Шарлоттой, и теперь для того, чтобы видеть его глаза, ей приходилось запрокидывать голову.

– Да, то есть, я хотела сказать, нет. Я действительно несколько дней тому назад разговаривала с нашим директором, но откуда об этом знает Сэди?!

– Вы удивлены, что Сэди в курсе дела?

– Да, – кивнула Шарлотта. – О приглашении петь в «Ла Скала» знает Порано. Он присутствовал при моем разговоре с директором. Баррингтон-Грэм попросил меня держать все в тайне, пока он не подготовит труппу к этой новости. Неужели Порано рассказал Сэди об этом? Иначе откуда она все знает? Нет, скорее всего она просто слышала какие-то слухи, которые постоянно ходят в театре. Она не могла знать о приглашении на гастроли.

– Но она знает, – возразил герцог. – Более того, она говорила о вашей поездке как о деле решенном. Она была счастлива поделиться этой новостью со мной.

Шарлотту охватывало все большее беспокойство.

– Она рассказала вам это до того, как вы поцеловали ее, или после?

Колин с удовольствием отметил возрастающее беспокойство Шарлотты, но виду не подал.

Он постарался улыбнуться как можно вежливее и лукаво сказал:

– Думаю, до того.

Горячая волна негодования бросилась в лицо Шарлотты.

– Скажите мне правду, ваша милость, как она поцеловала вас?

– Моя дорогая Лотти, – ровно произнес герцог, – ее поцелуй не может сравниться с вашим, если в этом дело.

– Тогда в чем же? – с иронией спросила Шарлотта.

Герцог внимательно смотрел на Шарлотту.

– Дело в том, что посторонние люди уже несколько дней осведомлены о ваших планах, а я, ваш муж, узнаю обо всем последним. Вы можете объяснить мне почему?

Шарлотта всплеснула руками.

– Да потому, что я не знала, как сказать вам об этом, вот и все. Я боялась, что вы откажете мне в возможности принять предложение еще до того, как выслушаете до конца.

Колин удивленно поднял брови:

– Почему вы были уверены, что я откажу вам? Неужели мы не могли обсудить такое заманчивое предложение и вместе принять решение, устраивающее нас обоих?

Теперь Шарлотта смотрела на герцога так, словно видела его впервые, словно только что выяснила, насколько он глуп.

– Я ничего не сказала вам из-за того, что вы еще не устали от меня в постели, а я еще не порадовала вас наследником, как мы договаривались.

От ее слов Колин остолбенел и несколько минут сидел с открытым ртом, не в силах опомниться. Он лихорадочно пытался сообразить, что она хочет сказать. Наконец он обрел дар речи:

– Скажите правду, вы действительно считаете, что между нами ничего нет, кроме постели?

Шарлотта вскочила со стула и подошла к стеллажу. Несколько минут она внимательно рассматривала полки.

– Вы хотите осложнить и без того непростое положение? – бросила она через плечо.

Колин не заставил себя ждать с ответом:

– Чем же именно я осложняю положение?

Боже, неужели он и правда ничего не понимает или просто хочет заставить ее произнести все вслух?

Шарлотта резко развернулась, упрямо опустила голову и зло спросила:

– Вы хотите сделать Сэди своей любовницей, ваша милость?

Колин стоял, слегка наклонив голову набок, не в силах понять, всерьез ли Шарлотта задала вопрос. Помолчав несколько секунд, пожал плечами и сказал:

– У меня и в мыслях ничего подобного не было.

Вот он, этот страшный момент! Шарлотта была готова закричать от бессильной ярости. Она закрыла глаза и постаралась сдержать подступившие слезы. Немного успокоившись, она открыла глаза и шепотом спросила:

– Скажите честно, Колин, вы любите кого-нибудь еще?

Улыбка медленно исчезла с лица Колина.

– О чем вы, Шарлотта?

Обессиленная Шарлотта стояла перед герцогом. Еще мгновение, и она разрыдается. Да что же он с ней делает?

– Я спрашиваю, намерены ли вы иметь любовницу, ваша милость?

Казалось, что в воцарившейся тишине было слышно, как бьется ее сердце. Растягивая слова, Колин тихо ответил:

– Нет… если вы дадите мне все, чего я хочу.

– Чего именно вы хотите от меня, Колин?

Колин смотрел на Шарлотту с обожанием. Она почувствовала, что по всему ее телу разливается тепло, а колени готовы подогнуться от внезапной слабости. Она страшилась услышать ответ Колина.

– Я хочу, чтобы вы остались со мной, в Англии, – тяжело вздохнув, ответил Колин. – Я не хочу, чтобы вы уезжали в Италию. По крайней мере не сейчас. Я хотел бы, чтобы мы поехали туда вместе. – Колин снова тяжело вздохнул и продолжал: – Вы нужны мне, Шарлотта.

– Чтобы тешить вас в постели? – спросила она.

– И для этого тоже, но это далеко не все.

Шарлотта не ожидала такого ответа. Внутри что-то словно оборвалось, и Шарлотта вдруг почувствовала, как исчезает все негодование по поводу его поведения. Она поняла, что сейчас они обсуждают не постель, а нечто большее, что соединяет их незримыми нитями. Поняла, что и Колин думает о том же.

Воздух в комнате был наэлектризован любовной страстью, которая покалывала кожу на лице. Колин медленно приблизился к Шарлотте.

– Теперь, когда вы знаете обо мне все, – четко выговаривая каждое слово, произнес он, – настала ваша очередь сказать, чего вы хотите от меня?

Шарлотта вздрогнула так сильно, что ей пришлось ухватиться за полку, чтобы удержаться на ногах.

– Честно говоря, я сама не знаю.

– Я вам не верю.

Колин вплотную подошел к Шарлотте и наклонился над ней. Теперь уйти невозможно, даже если бы она захотела. Он так пронзительно смотрел в ее широко раскрытые испуганные глаза, словно хотел заглянуть в самую душу, но она стойко выдержала его взгляд.

– Я не знаю, ваша милость, – повторила она. – С одной стороны, я хочу, чтобы вы завели себе любовницу и оставили меня в покое, дали мне возможность выступать на сцене, гастролировать по всему миру и осуществлять свои мечты…