Венец судьбы - Бертрис Смолл

— Девушки не родные сестры, они кузины. И были воспитаны разными родителями. Я уверена, Йамка Агасферус понравится вам. — Лара пыталась ободрить госпожу Паулину.

— Так у нас есть выбор?! — воскликнула леди Паулина.

— Нет! — резко оборвала Лара. — Если, конечно, вы не хотите, чтобы доминион вашего мужа был тотчас полностью захвачен Повелителем Сумерек. Вы что, не понимаете, что, будучи его родственниками, вы сможете заслужить хотя бы толику его уважения и снисхождения. Без этого родства Тера просто перестанет существовать! Этот брак Ваклара — единственное спасение для вашего доминиона. Йамке придется вести себя, как любой жене в доме своего мужа.

— Лара, — нежно остановил ее Калиг и продолжил на никому не слышном языке: «Успокойся. Эта женщина не может вдруг кардинально изменить себя, она такая, какая есть, — самодовольная и недалекая представительница смертных. Будь с ней терпимее».

«Я ужасно голодна, и не собираюсь быть терпимой по отношению к этой женщине, которая не видит, как ее мир рушится у нее на глазах, и переживает, что обстановка в ее доме недостаточно современна. Как же я устала от этих людей, Калиг!»

«Я знаю», — ответил он.

— А вот и угощение. — Принц-тень повернулся к Кадарну и его жене: — Вы, должно быть, тоже голодны, ведь мы как раз прервали ваш ужин.

— О, какие восхитительные блюда! — защебетала леди Паулина. Она взяла тарелку с растительным узором. — Взгляни, Кадди, этот фарфор прозрачный! Мы должны обязательно приобрести такую посуду для нашего замка! — Она обернулась к принцу Калигу: — Как вы думаете, могли бы мы задержаться в городе еще на несколько дней, милорд? Мне нужно посетить кое-какие магазины.

— Уверен, что, как только в семье Агасферус узнают, что вы лично прибыли для переговоров о свадьбе вашего сына, они непременно захотят, чтобы вы остались у них подольше, — сказал Калиг. Он был само очарование. — Если вы задержитесь здесь, я прослежу, чтобы вам хватило для этого одежды и прочих вещей. И я верну вас в Теру, как только вы этого захотите.

— Но, Паулина, я не могу оставить Теру без своего контроля, — возразил доминус Кадарн.

— Ах, Кадди, всего на пару дней! Тера не распадется на части за два дня, — стала жалобно умолять леди Паулина. — К тому же, если эта юная аристократка станет нашей дочерью, мы должны ближе познакомиться с ее семьей.

— Два дня, не больше, и только если я смогу следить за переговорами Кадока и моего дяди о предстоящем брачном союзе, — угрюмо ответил Кадарн.

Пока эти двое препирались, Лара внезапно осознала, что ее горячая привязанность к этому миру и страстное желание спасти его уже не были так сильны, как прежде. Неужели Калиг был прав? Безусловно, он прав. Она не могла вспомнить, когда он в последний раз ошибался, если такое вообще с ним случалось.

Вдруг дверь в гостевую комнату распахнулась.

— Мама! Мне сказали, что ты здесь, но я не верил в это, пока не увидел тебя собственными глазами. — Колгрим, Повелитель Сумерек, вошел в комнату и, устремившись к Ларе, поцеловал ее в обе щеки.

— Я не могла не принести тебе своих искренних поздравлений, — довольно сухо ответила Лара.

Колгрим громко рассмеялся.

— Это ваш сын? — взволнованно заговорила леди Паулина.

Колгрим устремил свой взор на Лару и, не отрывая от нее своих серых глаз, ожидал ответа.

— Да, это мой сын, — наконец проговорила Лара.

— Он очень красив, — продолжала леди Паулина. — Его невесте невероятно повезло.

— Да, красив, и к тому же чрезвычайно коварен, не так ли, Колгрим? — язвительно отметила Лара.

Серые глаза Колгрима чуть потемнели.

— Никто не знает меня лучше моей дражайшей матушки, — согласился он. — Не так ли, мама? Она так сочувствовала моей избраннице, что похитила ее и спрятала от меня. Только когда я стал угрожать, что уничтожу свою сестру, она сдалась и вернула мне Ниуру.

Леди Паулина нервно засмеялась, не зная, верить ему или нет.

— О, милорд, — наконец произнесла она. — Вы, должно быть, шутите?

— Отчасти, госпожа Паулина, — сказал Колгрим, одарив женщину улыбкой.

Леди Паулина слегка вздрогнула, неожиданно осознав, что этот привлекательный молодой человек чрезвычайно опасен, и поспешно взяла мужа под руку.

Однако Повелитель Сумерек уже отвернулся от нее. Леди Паулина была мила, но слишком стара для него, хотя он мог бы развлечься с ней, когда подчинит себе Теру. Он понимал, что нужно будет продемонстрировать Кадарну, кто здесь настоящий господин и хозяин. Он вознамерился овладеть этой женщиной на глазах ее мужа, заставить его смотреть, как она будет кричать от наслаждения. Ничто не способно так сильно ранить и унизить мужчину, как видеть, что его любимую женщину насилует другой… а она получает от этого удовольствие.

«Какое очередное злодейство ты обдумываешь?» — неслышно спросила Лара.

Он поведал ей и увидел, как отвращение исказило ее прекрасные черты. Затем он добавил: «Я рад, что ты пришла, мама. Я бы хотел, чтобы и отец был здесь и видел мой триумф».

«Триумф еще не состоялся, Колгрим. Сначала ты должен жениться на женщине — потомке Уллы».

«Мой ребенок, которого она произведет на свет, станет величайшим Повелителем Сумерек из всех, что когда-либо жили. Тьма покорит мир Хетара навеки, и об этом знают уже во всех волшебных королевствах. На этот раз ты не сможешь остановить меня. Тебе придется принять мои правила, так же как и всем остальным», — сказал Колгрим.

«Время покажет, сын мой. Время покажет», — невозмутимо ответила Лара.

«Ты должна будешь стоять подле меня сегодня во время свадьбы. По хетарианскому обычаю родители жениха и невесты должны быть рядом с ними, чтобы вверить их друг другу».

Колгрим озорно улыбнулся Ларе, и она вдруг увидела в нем мальчишку, каким он был когда-то. Мальчика, которого она никогда не знала или не хотела знать. Эти мысли были мучительны, но тут она почувствовала, как Калиг взял ее руку и сжал в своей теплой ладони. Он понимал, что с ней происходит.

«Невозможно утратить то, чего никогда не имел, — сказала она молодому человеку, что стоял перед ней. — Но сегодня я здесь, и я окажу тебе честь, Колгрим, сын Колла. Тебе не будет стыдно ни перед этими людьми, ни перед теми, с которыми и без женитьбы тебя связывают кровные узы».

На секунду ей показалось, что в глазах его заблестели слезы, но тотчас же эта иллюзия пропала.

— Я рад видеть вас всех! — с воодушевлением сказал Колгрим. — Но должен вас покинуть, чтобы подготовиться к свадьбе. Однако прежде чем уйти, я сообщу вам, что мне требуется четверо свидетелей, которые будут присутствовать на церемонии дефлорации. Я приглашаю вас стать ими, господин доминус и госпожа домина, и вас, принц Калиг и моя дорогая мама. Вы принимаете мое предложение?

— Безусловно, милорд, — ответил Калиг за всех. — Мы польщены вашей просьбой. — Он поклонился Колгриму.