Романтическое приложение. Книга 2 - Чон Хён Чон

Услышав его слова, я громко рассмеялся. Ынхо услышал мой смех и пришел на задний двор, где я сидел.

Я рассказал ему, что дома такой бардак, потому что я искал то, что потерял. Ынхо спросил, нашел ли я это? Но я не помнил.

Я прочитал роман, который принес Ынхо. Мне кажется, это был подходящий момент, чтобы рассказать ему все.

Что мое время как писателя подошло к концу.

Ынхо ничего не ответил и просто смотрел на меня влажными глазами.

Мы долго сидели рядом друг с другом.

Вырванный лист бумаги – 23-е декабря 2007 года.

Смерть – это не то, чего следует бояться.

Самое страшное – это то, что другой автор напишет мой роман после моей смерти.

Мир узнает все обо мне.

Узнает мой жалкий конец, когда я потеряю себя, свой язык и свою память.

Думаю, у меня нет таких воспоминаний, которые я бы хотел никогда не забывать.

Прошлое – это просто время, которое прошло. Будущее – это просто время, которое еще не наступило.

Я всегда жил настоящим. И хочу так же прожить все оставшиеся дни…

2008 год: Соджуну 18 лет, он пришел к Кан Бёнджуну, чтобы просить оплатить больничные счета матери. Ынхо 21 год.

Запись 2-18-е января 2008 года.

Когда я пришел в себя, то понял, что нахожусь в Чинчхоне. Это родной город моей матери.

Я спросил Ынхо, почему мы здесь. Ынхо сказал, что я сам захотел приехать. Неужели я сказал ему это?

Я посидел у реки, по которой очень скучал, и впервые за столько лет посетил дом матери.

Мы встретились с дальними родственниками и поели рисовый пирог. Такой же пирог готовила мать.

Я поблагодарил Ынхо за то, что он привез меня сюда.

Запись 1-29-е января 2008 года.

Мой друг Пён умер.

Впервые за долгое время все наши старые друзья-писатели собрались вместе, чтобы почтить его память.

Он был тем человеком, кто приглашал нас выпить. В хорошие дни – чтобы отметить хорошее, в плохие дни – чтобы скрасить плохое.

И вот он снова собрал нас всех вместе.

Мы выпили и от души смеялись, как когда-то смеялся наш друг Пён.

Запись 3-14-е апреля 2008 года.

Давненько я не рассказывал о книгах. Было удивительно видеть столько молодежи в университетской форме.

Я был рад увидеть среди них Ынхо.

Ынхо учился в университете. Кажется, только вчера он ходил за мной и просил прочитать его рукописи.

Хотя он и сейчас продолжает ходить за мной.

Сегодня он даже пошел за мной в туалет. Я сказал, чтобы он прекратил всюду ходить за мной. Но я понимаю, что если бы не Ынхо, у меня были бы большие проблемы.

Я с отчаянием смотрел, как Ынхо спокойно надевает на меня одежду, и даже не мог вспомнить, почему ее снял.

Стикер – 10-е мая 2008 года.

Я стал все забывать. Тем не менее я продолжаю писать.

Где угодно, когда угодно.

Чтобы не чувствовать отчаяния.

Вырванный лист бумаги – 3-е июня 2008 года.

«Первое, что увидела мать, когда меня родила, была печь, в которой поднималось красное пламя». Какая история могла бы начаться с этого предложения?

Запись 3-9-е августа 2008 года.

Я пошел на прогулку и заблудился.

Вышел в полдень, но вернулся домой поздно вечером.

Только вернувшись домой, я понял, что все это время в кармане лежал сотовый телефон.

После многочасового блуждания мои колени и лодыжки очень болят.

Стикер – 30-е сентября 2008 года.

Я постоянно калечусь, но совсем не помню, как. Решил перестать гулять один.

Стикер – 10-е октября 2008 года.

Ынхо принес с собой ракетки для бадминтона. Впервые за долгое время мы с ним играли в него.

Молодой парень, а не смог обыграть меня.

Было забавно видеть, как он прыгает за воланчиком и спотыкается.

Вырванный лист бумаги – 29-е октября 2008 года.

У меня проблемы со сном. Ночами я часто не могу заснуть.

Всевозможные мысли переплетаются между собой и тревожат меня.

Самое тревожное – это перечитывать что-то. Переосмыслять.

Моя жизнь распадается на части.

Я не боюсь смерти. Это единственное, что меня пугает.

Как смертный приговор…

Стикер – 20-е ноября 2008 года.

Мой сын навестил меня.

Вырванный лист бумаги – 15-е декабря 2008 года.

Несколько дней я болел. Когда пришел в себя, была глубокая ночь. Кромешная темнота.

Я плакал, глядя на скрытую от глаз луну.

Суета поглотила все.

2009 год: Ынхо 22 года, Заявление Кан Бёнджуна о завершении писательской карьеры и передача прав на все произведения Издательству Кёру. Кан Бёнджун исчезает.

Запись 1-13-е марта 2009 года.

Ынхо приходит ко мне каждый день. Когда я спрашиваю его – зачем, он только улыбается мне в ответ.

Сегодня мы с ним чудесно прогулялись по рисовому полю. Стояла хорошая погода, настроение тоже было хорошее.

Запись 3-2009 года.

Нашел старый дневник. Там написано, что сын приходил навестить меня.

Я схожу с ума, но все равно продолжаю писать.

Слава богу, что эта привычка все еще со мной, поэтому я по-прежнему чувствую себя писателем.

Возможно, я написал это об Ынхо.

Потому что я всегда думаю об Ынхо как о своем сыне.

Вырванный лист бумаги – 2009 год, день, когда расцвели гвоздики.

Сегодня я видел своего отца.

Спустя столько лет меня тронули эти красивые глаза, взгляд которых совсем не смягчился.

После долгого молчания я понял, что мой отец – это я в зеркале.

Стикер – 2009 год.

Выгонял парня, который пришел помогать по хозяйству. Он говорил, что он мой ученик, но я не мог в это поверить.

Мне было неприятно, что со мной обращаются, как с беспомощным стариком.

Пока я еще держусь. Я продолжаю идти. И не останавливаюсь.

Стикер

Когда я проснулся, Ынхо спал рядом со мной.

Я спросил, как давно он здесь, Ынхо ответил, что живет со мной уже три месяца.

Я сказал ему больше не приходить сюда, и Ынхо горько заплакал.

Тогда я стал похлопывать его по спине, смотря на дождь за окном.

Вырванный лист бумаги

Незнакомец продолжает бродить по моему дому.

В доме пропадают вещи. Думаю, он виноват в этом.

Нужно сообщить об этом.

Но сколько бы я ни искал, нигде не могу найти телефон.

Стикер

Сплю в кабинете.

Книги внутри меня, которые никогда не появятся