Модистка Ее Величества - Арина Теплова

— Но кто мог это сделать? Зачем кому-то поджигать мою лавку?

— Не знаю, Сесиль. Но, лавка полностью уничтожена, как склад с тканями, — добавил он траурно. — Хорошо хоть деревянные балки перекрытий не пострадали, только обуглились. Их придется укреплять.

— Но Слава Богу, хоть все остались живы, — тихо ответила я, смотря на черные обугленные стены дома, и по моим щекам катились тихие слезы.

Рассвет не принес утешения.

Лавка была полностью уничтожена, дом обуглен, а удушливый запах гари вселился во все стены. Благо, что огонь не перекинулся на другие дома. Проворно сработали пожарные. Я плакала все утро, разбирая завалы с Калианом, Бертраном и Зоэ, пытаясь найти хоть что-то уцелевшее.

Из всего дома остались целыми только спальни на втором этаже и кухня и часть гостиной на первом.

А окончательно добивало то, что свадебное платье Луизы было уничтожено огнем. Правда, час назад, моя милая няня, заявила, что вышивка от нижней юбки платья оказалась цела. Низ платья с вышивкой пока была отдельно от платья, и вчера Манон забрала ее в свою спальню, чтобы перед сном закончить. Оттого прекрасная вышивка гладью с жемчужинами не пострадала. Ведь основное платье находилось в комнате для шитья на первом этаже и сгорело.

В то печальное утро, мы сели завтракать после полудня. Клара удалось приготовить только круассаны, сыр и кофе. Мне же в горло ничего не лезло. Все уставшие и печальные мы сидели за большим столом в два уцелевшей кухне, из которой еще не выветрился запах гари, хотя окна были отворены настежь.

— Мы займемся с Бертраном разбором завалов в лавке, — предложил Шаур Ра. — Жан и Зоэ помогут нам. Вы, дамы, разберите сгоревший склад. Возможно, что-то осталось из тканей и уже готовых вещей.

— Ты прав, сынок, — кивнула мама Арабель. — Может, что постирать от копоти, и будет годно.

— Как же всё так сгорело, — сокрушалась няня Манон. — И лавку так жалко. Столько сил положено, и все изделия пропали.

— Мы восстановим ее, мадам, — заявил твердо Калиан. — Дело времени. Да и дневник твоего отца, Сесиль, мне удалось спасти, он не пострадал.

— Благодарю, Калиан, но это такое малое утешение.

— Благо, вчера мы успели сделать большую скидку, и продали большую часть товаров, — произнесла мадам Арабель, решив приободрить всех. — И серебро я спрятала в тайник под пол. Он не пострадал. Жаль, что половина выручки была в лавке и сгорела.

— Как всё так ужасно, — наконец выдохнула я. — Всё пропало! Послезавтра свадьба, а платье сгорело! Что Луиза оденет на венчание?

— Мадам Сесиль, я узнал, кто поджёг нашу лавку! — вдруг раздался голос паренька Жана, который влетел на кухню.

Это был наш посыльный, паренёк лет двенадцати.

— Какая разница! Всё сгорело, дом обуглен. А платье пропало! Она так расстроится, что я скажу Луизе?! — стенала я.

— Сесиль, успокойся, — вымолвила няня. — Мне же удалось спасти вышивку, что идёт на низ платья. А это самое трудоёмкое. Если купить ещё шёлка, то можно попробовать восстановить наряд. Конечно, за наш счёт.

— А верх, няня? Вы с Зоей не вышьете верх за два дня, даже если будете работать без сна. Вы едва успевали за неделю!

— Что ты узнал, парень, говори, — спросил Калиан, Жана.

— Это дело рук господ Бертье и Крюшона. Они давно хотели сделать это! — затараторил паренек. — Торговка с Риволи сказала, что они наняли тех люмпенов, которые подожгли нашу лавку.

— Вот завистливые гады, — процедила я, вспомнив тот момент, когда эти два наглых богатея приходили и угрожали мне, требуя закрыть лавку. — А ведь они предупреждали…

Глава 68

— Да, они завидуют вам, мадам Сесиль, — кивнул посыльный. — Торговка сказала, что один из них кричал на всю улицу: «Несправедливо, что какая-то выскочка, девка с улицы де Жуи шьёт самой принцессе Орлеанской, дочери короля!»

— Кому? — опешила я.

— Мне, мадам Сесиль, — услышала я голос в дверях.

На пороге кухни стояла мадемуазель Луиза в голубом утреннем платье со своей камеристкой.

— Простите, что я не представилась раньше своим полным именем, — произнесла Луиза, проходя в кухню. — Не хотела излишней огласки и внимания к моей королевской персоне. Я Луиза Мария Орлеанская, дочь короля Луи-Филиппа и невеста короля Бельгии Леонарда. Франс — второе имя моего будущего мужа.

Если сказать, что я опешила, значит, ничего не сказать. У меня, в прямом смысле слова, отвисла челюсть. Я только смотрела на Луизу и хлопала недоуменно глазами.

Значит, всё это время я общалась и шила дочери самого короля?

И тут меня охватила самая настоящая паника.

Получается, пожар уничтожил не просто платье какой-то дворянки, а будущей жены короля Бельгии, которая выходила замуж через два дня. Я тут же представила, какой будет скандал, если у Луизы не будет платья. А если ещё пойдут слухи, что платье не смогла сшить именно я, то это будет полнейший кошмар. И уж эти злодеи, что подожгли мою лавку точно постараются опорочить моё имя.

Я похолодела. Красочно представила, как после этого Луиза будет выходить замуж в обычном платье с Риволи, а также то, что моя карьера модистки навсегда закончится, даже не успев начаться! Вот чего добивались эти негодяи, которые устроили этот пожар.

На моих глазах навернулись слезы. Я поняла весь ужас положения, в котором оказалась.

— У только что узнала о вашем несчастье, мадам Сесиль. Я сочувствую вам, — произнесла принцесса Луиза.

Я невольно поднялась на ноги, как и Калиан.

— Простите, Ваше Высочество, но ваше платье сгорело! Мы не смогли спасти его. И я так виновата перед вами!

— Но еще же есть два дня. Можно сшить другое, — предложила принцесса.

— Как? Где? — сокрушалась я. — Моя швейная мастерская уничтожена, мы едва спасли наши швейные машинки. Да и быстро сшить такой наряд невозможно, мадемуазель Луиза.

Принцесса некоторое время молчала, а потом заявила:

— Я предлагаю вам, Сесиль, поехать в королевский дворец со мной. Наверняка там найдется пара комнат, чтобы вы могли временно разместится, и продолжать шить.

— Но как это?.. Это неудобно.

— Всё удобно. Немедля вернусь во дворец и распоряжусь, чтобы приготовили помещения для вас и ваших близких. Думаю, через несколько часов вы сможете уже приехать. Машинки же у вас есть, и вы сможете снова сшить мой свадебный наряд.

Но я понимала в этот миг только одно: подвенечное платье не восстановить за два дня. Это было невозможно. Мы даже не успели его доделать за пять дней, ведь думали, что у нас еще будет два. А сейчас не осталось ничего, только прекрасная вышивка с