Властный зов страсти - Моника Маккарти

– Хорошо ли ты спала?

– Да, благодарю, – вежливо ответила Флора, стараясь не обращать внимания на изучающий взгляд брата, не отрывавшийся от ее лица.

– Ты не очень на нее похожа.

– На матушку?

Гектор кивнул.

– Пожалуй, это так.

На губах Флоры заиграла слабая улыбка, когда она подумала о том, как обрадовалась встрече с Рори. Теперь она внимательно приглядывалась к Гектору и впервые заметила, что у него темно-зеленые глаза, волосы почти сплошь седые с редкими темными прядями.

– Зато ты на нее похож.

Осознав это сходство, Флора испытала некоторое облегчение. После неприятного впечатления от замка ока впервые ощутила хоть какую-то связь с матерью, и это несколько успокоило ее.

Казалось, Гектора удивило ее замечание.

– Не знаю, я ее редко видел.

Флора чуть помолчала.

– Скажи, что вызвало разрыв между вами? – наконец спросила она.

Брат внимательно посмотрел на нее поверх края бокала.

– А разве ты не знаешь?

Флора покачала головой.

– Вскоре после смерти моего отца она вышла за человека, которого я презирал.

«Такого, как Лахлана», – подумала Флора со страхом, припоминая все, что ей было известно о мужьях матери.

– Ты имеешь в виду Джона Макайена из Арднамурхана?

– Да. – Глаза Гектора сверкнули.

– Но его ведь убили…

– Верно, и это была довольно загадочная история. – Гектор бросил на сестру пронзительный взгляд. – Макайен был врагом Дуарта и союзником Макдоналдов; даже после брака он отказывался присоединиться к нам и действовать против них, вот и получил то, что заслуживал.

Теплота, которую Флора неожиданно почувствовала к брату, моментально исчезла, тогда как неловкость и беспокойство вернулись и нахлынули с новой силой.

– Не думаю, что загадку сложно разгадать: ведь ты его убил, так?

Мужа собственной матери? Конечно, это объясняло все.

– Наглец перешел допустимые границы. Он должен был знать, на ком можно жениться, а на ком нельзя. Этот тип хотел опорочить Маклейнов, смешав их кровь с кровью Макайена; разумеется, я не мог этого допустить. Войдя в силу, я воспользовался благоприятной ситуацией, как только представился удобный случай.

Казалось, Гектору зачем-то было очень нужно, чтобы Флора его поняла.

Скрывая отвращение, она все же спросила:

– Что за ситуацию ты имеешь в виду?

– Разумеется, их свадьбу. Это произошло в Торлуске, в одном из моих домов на острове Малл.

На этот раз. Флоре не удалось скрыть своих чувств. Бедная мать! Захватив Макайена в Торлуске, Гектор нарушил одно из священных правил горцев – гостеприимство.

Сердце Флоры разрывалось при мысли о случившемся. Почему мать не рассказала ей все, когда еще могла это сделать?

Неожиданно Флора вспомнила, что говорил о ее брате Лахлан, и ее настроение испортилось еще больше, однако она тут же приказала себе успокоиться.

– Но ведь в конце концов ты извинился перед матерью, и вы помирились…

Гектор ответил смехом:

– Извинился? А с чего это мне было извиняться? Мать приезжала ко мне примерно в то время, когда Аргайл собирался праздновать свадьбу…

Поняв, в чем дело, Флора побледнела. «Из-за меня. Мать печалилась о том, что я не знаю своих братьев и сестер, что я никогда не встречалась с Гектором. Так вот из-за чего они помирились!» Из-за нее! Как, должно быть, мать любила Флору, если смогла простить ради нее предательство сына.

Интересно, могла бы Флора сделать то же ради Лахлана?

Эта мысль заставила ее глубоко задуматься. Она жила в стране горцев, где кровная вражда была частью общей истории, и ей не стоило даже пытаться понять ее истоки. Тем не менее действия Гектора показались ей коварными и… варварскими. Господи, неужели совсем недавно она думала то же про Лахлана?

Неожиданно Гектор улыбнулся ей:

– Сестренка, давай оставим прошлое прошлому. Теперь ты здесь, и для меня важно только это.

«А у него приятная улыбка, – подумала Флора. – Или нет? Отчего-то эта улыбка не коснулась его глаз…»

– Хотя я бы предпочел, чтобы все произошло много раньше, – сказал он. – Почему ты отказалась приехать с моими людьми?

Флора безошибочно расслышала в голосе брата осуждение, и это тотчас же настроило ее на воинственный лад.

– Сначала я не поняла, кто они, и была в смятении. К тому же твой человек по имени Кормак обошелся со мной чересчур грубо…

Гектор нахмурился:

– Ты сказала Ангусу, что хочешь остаться.

– Верно, но… Так было раньше.

Не дожидаясь объяснений, Гектор уточнил вопрос, и на этот раз в голосе его звучало плохо скрываемое беспокойство:

– Расскажи мне, что случилось.

Флора принялась пересказывать все обстоятельства, сопутствовавшие ее прибытию в Дримнин, не упомянув лишь о своем неудавшемся побеге, и сначала Гектор слушал ее сочувственно, даже время от времени похлопывал по руке, будто ободряя; однако, когда ее рассказ дошел до свадьбы, лицо его помрачнело.

– Как это ты решилась выйти за него? – спросил он, и мгновенно глаза его сделались холодными, как оникс.

Эта перемена настроения показалась Флоре пугающей, но она усилием воли заставила себя сохранять спокойствие.

– У меня не оставалось выбора.

По-видимому, этот ответ не удовлетворил Гектора, и он бросил на сестру суровый взгляд.

– Ты уехала до того, как ваш брак свершился. Что ж, это как-то облегчает положение.

– Да, – ответила Флора опасливо. – Я уехала вскоре после того, как закончился свадебный пир, но…

– Но?.. – Неожиданно глаза Гектора сузились. – Ты ему отдалась!

– До того, как узнала правду.

Флора принялась объяснять, что Маклейн обманом втянул ее в историю, связанную с ее кузеном и Рори. Внезапно лицо хозяина замка исказила гримаса гнева.

– Ах ты, маленькая дурочка!

Этот взрыв злобы выглядел поистине пугающим. Гектор даже поднял руку, словно собирался ее ударить, и Флора отпрянула, потрясенная тем, как быстро ее брат превратился из доброжелательного родственника в жестокого незнакомца. Поняв, что напугал ее, Гектор опустил руку, отчаянно пытаясь совладать с охватившей его яростью.

– Теперь будет гораздо труднее убедить короля, что твоего брака не было, но я с этим справлюсь.