Талисман - Вирджиния Хенли

Неимоверным усилием воли Линкс старался подавить охватившую его страсть, но тщетно. Нужно как-то погасить бушевавший огонь, иначе он потеряет контроль над собой. Если удастся еще на два-три дня обуздать свою неистовую страсть, то потом он сможет дать себе волю и получить все, о чем мечтает. Линкс с трудом оторвал взгляд от ее соблазнительной груди и прогнал эротические картины.

— Я знаю, что уже поздно, но как ты посмотришь на ужин с Брюсами, перед тем как отправиться на покой? Заодно позволишь им взглянуть на сына.

На щеках Джейн снова появились очаровательные ямочки.

— Конечно, мне и самой не терпится показать Роберту свое маленькое сокровище!

Ее слова вызвали у него нескромные мысли, и мужская плоть тотчас вновь начала пульсировать. Кровь стала остывать только после того, как Джейн передала ему на руки спящего ребенка.

— Я спущусь в зал, как только ополосну грудь и переоденусь.

Кровь снова вскипела. Он хотел видеть, как Джейн будет приводить себя в порядок.

— Я подожду тебя, и мы спустимся вместе, — сказал Линкс охрипшим голосом.

Джейн немного удивилась: отец не бросился с сыном вниз, чтобы похвастаться им перед другом и его братьями. Она же предоставила ему такую возможность, отдав ребенка. Но Линкс предпочел задержаться. Более того, вызвался подождать ее и проводить вниз. «Что это? Проявление вежливости или, о Боже, он все-таки начинает любить меня? Если это так, то я должна благодарить Джори», — подумала Джейн, вспомнив, как подруга говорила, что мужчины не любят мягких и покорных женщин, по крайней мере настоящие мужчины. Они восхищаются женщинами своевольными и чуть распутными.

Да, советам Джори цены нет, например, вот этому: «Ты должна бросать ему вызов». Джейн улыбнулась. А ведь Линкс признался, что больше всего любит, когда ему бросают вызов, что ее своеволие чертовски привлекательно. Джейн опустила ресницы. Если она не ошибается, голос Линкса звучал хрипло, а разве это не признак желания? Мужчины хотят того, чего не могут получить. Ну что же! Своеволие уже прибавило ей очков, пора стать и чуточку распутной.

Она отвела руки за спину, чтобы нащупать пуговицы на спине. Джейн сделала вид, что расстегивает лиф с большим трудом, и улыбнулась про себя, когда Линкс, уложив ребенка в колыбель, поспешил ей на помощь.

Его пальцы коснулись ее обнаженной спины, и у Джейн перехватило дыхание. Он отодвинул в сторону волосы и припал губами к ее затылку. Интересно, это благодарность или желание? Джейн решила проверить. Она как бы случайно сделала шаг назад и мгновенно почувствовала его отвердевшую плоть. Продолжая притворяться, будто ничего не замечает, Джейн сбросила платье и направилась к ванне, чтобы налить в нее розовой воды.

Линкс, как нитка за иголкой, последовал за ней. Он положил ей руки на плечи, затем спустил бретельки рубашки. Его губы дотронулись до шеи Джейн, и вдоль ее позвоночника пробежала сладостная дрожь. Она оглянулась, и их взгляды встретились. Линкс взял прядь ее волос, потер о щеку, долго и самозабвенно вдыхая ее аромат.

— Я хочу раствориться в твоих волосах. Они возбуждают меня до безумия.

Джейн медленно повернулась, с удовольствием наблюдая, как его глаза пожирают ее груди. Потом молча подала губку. Он взял ее, окунул в розовую воду, а затем нежно вымыл восхитительную грудь.

Джейн впервые испытывала подобные ощущения; его прикосновения дразнили и возбуждали, отзывались в ней сладостной мукой. Когда Линкс вытирал ее полотенцем, Джейн едва не закричала от наслаждения. Ее соски затвердели от прикосновения жесткой материи и стали похожи на маленькие бутоны. Джейн взяла небольшой пузырек и нарочито медленно стала снимать с него крышку.

— Что это, — завороженно спросил Линкс.

— Ароматическое масло… я всегда втираю по одной капле в соски, чтобы они оставались мягкими.

Зрачки его зеленых глаз мгновенно расширились, и он прохрипел:

— Позволь мне.

— Если это доставит тебе удовольствие, — ответила Джейн, не сомневаясь в том, что это понравится ей.

Малейшее его прикосновение вызывало в ней волну желания. Кончиками пальцев Линкс начал смазывать сосок, и Джейн заметила, что он едва сдерживается, еще не догадываясь о том, какое действие окажут его манипуляции на нее. Линкс стал смазывать маслом второй сосок, и она почувствовала, что лоно стало влажным и горячим, а все тело охватила сладостная дрожь. Его глаза остановились на ее губах, и Джейн ждала, что он сейчас подхватит ее на руки и начнет осыпать поцелуями.

Ей хотелось этого больше всего на свете, но она в очередной раз вспомнила совет Джори: «Откажи ему, и он перевернет весь мир, чтобы завоевать тебя». Она страстно жаждала поцелуя и решила позволить его мужчине, но только один, чтобы еще больше возбудить аппетит. Джейн в ожидании приоткрыла губы и, почувствовав его губы, вдруг поняла, что именно Линкс, а не она, контролирует себя.

Негромко вскрикнув, Джейн оттолкнула его и направилась к шкафу за новым платьем.

— Нам нужно спешить, милорд. Невежливо заставлять гостей ждать.

Когда Линкс с драгоценной ношей на руках спускался по лестнице под руку с Джейн, в зале раздались радостные возгласы и взрыв аплодисментов, а четверо братьев Брюс стоя поприветствовали их.

Джейн сразу оказалась в сильных объятиях Роберта.

— Молодец, Джейн! — воскликнул он и поцеловал ее в губы, затем взял ребенка у Линкса, отвернул край одеяла и внимательно рассмотрел его. — Мне кажется, он похож на детеныша Рыси… А ты-то, Линкс, понимаешь, что он шотландец?

До сих пор Линкс ни разу об этом не задумывался, но вдруг до него дошло, что теперь в его адрес могут отпускаться безжалостные и грубые шутки по поводу того, что он произвел на свет шотландца. Что ж, он научится спокойно относиться к этому.

— Я привез ему великолепную колыбель Брюсов и взамен требую, чтобы вы назвали сына моим именем, — заявил Роберт.

Линкс снова взял сына на руки.

— У него уже есть колыбель. Я привез ее из Эдинбурга, а мальчика зовут Линкольн де Уорен-третий.

Джейн встала между мужчинами.

— Ему пригодятся обе колыбели. Одна находится наверху, в детской, а другую поставим здесь, внизу, в зале. И я уже решила, что мы назовем его Линкольн Роберт де Уорен-третий.

Роберт похлопал друга по спине:

— Ого! Вижу, малышка уже взяла бразды правления в свои руки!

Найджел и Александр Брюсы заулюлюкали.

— Не разрешай ей задавать тон, иначе она вденет тебе кольцо в нос и будет водить за собой на привязи, как трофейного быка.

— Давайте же сядем за стол и провозгласим тост! — примиряюще воскликнул Томас Брюс. — Принесите виски!

— А нам можно пить крепкие напитки? — спросила Джори. — Разве шотландский виски недостаточно хорош для тебя, Джори? — поддел ее Томас.