Горький мед, сладкий яд - Ирина Надеждина

Гена приехал, как всегда летом, в восемь утра. Ника собиралась в сопровождении Леши на рынок, Владислав с Сергеем уехал в офис и потом должны были ехать с Катиным отцом в мединститут.

– Генчик, Алик еще спит, кажется, – выходя, сказал Влад. – Ты его, пожалуй, разбуди через полчаса. Пора бы уже. Не знаю я, где он вчера был и что делал, но вечером увалился вроде бы почитать книгу и заснул. Так всю ночь в штанах и проспал. Я сейчас заглянул, он носом в подушку уткнулся и что-то промычал, чтоб я его не трогал, что еще хоть полчасика.

– Сделаю.

– Вдруг что – звоните. Ника вернется, я думаю, скоро.

Владислав уехал. Гена посидел немного в комнате телохранителей, взглянул на часы и пошел к Алику. Тот лежал на кровати, спиной к двери. Гена подошел и осторожно тронул его за плечо. Алик повернулся, и Гена увидел покрасневшие от слез глаза.

– Алена, что случилось? – испугался он. – Отец двадцать пять минут назад сказал, что ты спишь.

– Я всю ночь не спал. Когда он зашел, я притворился, – Алик сел и обхватил колени руками.

– Так что случилось? Ты что, плачешь?

– Генчик, отец… – у Алика задрожали губы.

– Что отец? Вы поссорились?

– Нет. Он умирает, Генчик… – глаза Алика снова наполнились слезами.

– Что значит «умирает»? – у Гены пробежал неприятный холодок по спине.

– Помнишь, ему стало плохо после выпускного?

– Да. Тогда пришли к выводу, что он переутомился. Вчера ведь ему было уже относительно нормально?

– Это только кажется… Вчера даже Дан сказал, что, возможно, это все случится быстро… А отец вчера показал мне, где лежат все документы на дом, фирму и прочее. Он никогда раньше этого не делал. Когда я спросил, зачем он это делает, он ответил, что так, на всякий случай.

– Алик, – Гена сел рядом с ним и как младшего брата погладил по голове, – все мы под Богом, и никто не знает, как скоро наступит конец. Ведь однажды, ты сам говорил, было уже такое, что никто не надеялся, что он выживет. Может, и в этот раз все обойдется.

– А если нет? – в голосе Алика стоял неподдельный ужас.

– Алинька, родители всегда уходят слишком рано, – вздохнул Гена. – Чем старше становишься, тем сильнее это начинаешь осознавать. Но ты должен надеяться.

– Я сегодня всю ночь вспоминал, как семь лет назад я вбежал на кухню, когда мы приехали. Там лежал Валек, – медленно и тихо, глядя перед собой, начал рассказывать Алик. – Я никогда тебе этого не рассказывал. У него было такое удивленное лицо, он так и не успел испугаться, и у него так и осталась улыбка, глаза были открыты, а от уголка рта текла такая тоненька струйка крови. Он лежал как живой. А потом, когда его хоронили, у него было такое лицо, будто он уснул. Мне все казалось, что он сейчас встанет и все окажется глупой шуткой. Когда гробы начали закрывать, я кричал не своим голосом. Я не верил, что они мертвые – он и Дина, хотя когда дотрагивался до них, они были холодными. Я боялся, что их хотят закопать живыми. А потом эти комья земли в яму…

– Перестань, Алинька, – Гена взял его за плечо. – Это все ужасно, но ты ведь ничего не сможешь исправить.

– Да, – Алик тяжело вздохнул. – Ничего. Я не боялся, когда умерли дедушка и бабушка. Мне было их просто жаль. А сейчас я боюсь. Каждый раз, когда я вижу отца без сознания, я вспоминаю все.

– Я тоже терял близких мне людей. Мой лучший друг, который был мне как брат, умер у меня на руках. Его тоже убили.

– Что с тобой было потом?

– Я начал пить, – вздохнул Гена. – Только лучше не сделал никому. Потерял жену, работу, допился до белой горячки.

– Он снится тебе?

– Да. А тебе твой дядя?

– Снится. Он даже приходил сюда несколько раз, когда все твердили, что отец умрет.

– Как приходил? – не понял Гена.

– Если я расскажу, ты не поверишь мне, как и все, кроме отца и Дана. Он приходил и сказал, что отец будет жить. Сегодня я всю ночь плакал и звал его. Если бы он пришел и сказал, как тогда. Он не пришел.

– Это ничего еще не значит, – неуверенно сказал Гена. – Если он приходил, он может прийти и сегодня.

– А вдруг не придет?

– Алик, не хорони отца раньше времени. Все мы под Богом, – повторил Гена. – Вчера, я понял, вы что-то обещали Дану Санычу?

– Да, что будем делать вид, что ничего не происходит и мы ничего не знаем.

– Сделай вид. Если ты будешь в таком состоянии, как сейчас, ты сгоришь первый. Поучись у отца. Я ведь заметил, что он очень часто может справиться с собой.

– Да.