Герой ее романа - Элла Дэниелс

– Да, обязательно. И твой отец сказал, что я должна поехать с тобой. Он тоже считает, что тебе совершенно необходимо выбраться куда-нибудь.

Дани невольно поморщилась. Дипломатические способности отца были практически нулевыми, а Аннабель всегда избегала светского общества, так как многие матроны пренебрежительно относились к ней из-за совершенного ею мезальянса.

Тут подруга стала рыться в шкафу Дани и, обернувшись, сказала:

– У меня больше нет ничего подходящего. Одолжишь мне что-нибудь?

Дани пожала плечами. Завернувшись в одеяло, она пыталась придумать отговорку, чтобы не ехать на бал.

– Ой, Дани, этого я раньше не видела!

Дани точно знала, какое платье Аннабель сняла с вешалки. В мгновение ока она вылетела из постели и забрала из рук подруги розовый муслин. Глаза ее наполнились слезами, и она прошептала:

– Это Маркус мне подарил.

– Правда?.. – удивилась Аннабель. – Никогда не слышала, чтобы мужчина покупал женщине платья.

На губах Дани заиграла улыбка, и она погладила вышитую алую розу.

– Видишь ли, я пожаловалась, что неловко себя чувствую без приличной одежды. Но я всего лишь хотела большую шаль или плащ, чтобы накинуть на плечи и завернуться. А он на следующий день встал пораньше и купил вот это. Правда, очень мило?

Аннабель со вздохом пробормотала:

– Если бы только Ху был таким романтиком… Увы, от него я получила только ленту, которую долго просила.

Дани засмеялась и провела пальцами по тонкому белому кружеву под грудью. Она вспомнила, как Маркус смутился от ее похвалы. Дани сглотнула; в глазах снова защипало. О, как же она по нему соскучилась!..

– Надень его вечером.

– Что?.. – удивилась Дани. – Нет, не могу. Оно напоминает о нем.

Аннабель с таинственной улыбкой проговорила:

– А ты все-таки надень. Может, оно принесет тебе удачу.

Дани посмотрела на платье и со вздохом кивнула.

– Ладно, хорошо.

Внезапно дверь распахнулась, и вошла горничная. И вскоре комната наполнилась шуршанием платьев. «Что ж, может, вечер и впрямь окажется не столь ужасным…» – подумала Дани.

– Вы слышали о «молочной» наследнице?

– Да, конечно! – воскликнула дама с нарядным веером. – Говорят, она сбежала с французом из Гамбурга.

– Я слышала, что она носит его ребенка!

Дани закатила глаза. Гамбург ведь в Германии, а не во Франции. Ох, она уже забыла, как ненавидела светское общество. Еще несколько лет назад она прекрасно проводила время, посещая балы и флиртуя с подходящими кавалерами, но теперь все это казалось ей глупым и бессмысленным.

Дани нахмурилась, взглянув на отца, стоявшего в противоположном конце бального зала с приятелями из парламента и притворявшегося, что он вовсе не следил за ней. Стиснув зубы, она досчитала до десяти. В последнее время Дани часто это делала. Или когда злилась, или когда думала о нем.

Она в растерянности заморгала, когда Аннабель потянула ее за руку. Дани была очень признательна подруге за то, что та согласилась ее сегодня сопровождать. В одиночестве она бы не смогла все это выдержать. Ей уже пришлось отклонить несколько приглашений на танец и спрятаться в отдаленном углу от кавалеров.

– Ээээй!.. Проснись!.. – Аннабель помахала рукой перед ее лицом.

– Что ты сказала?..

– Ну наконец-то! Я уже давно тебя зову, – проговорила Аннабель с некоторым раздражением. – А теперь… посмотри вон туда. Видишь?..

Дани оглядела толпу.

– Кого именно я должна увидеть?

– Черт побери, – пробормотала Аннабель не по-женски яростно. – Теперь и я его больше не вижу. Куда же он делся?

– Не видишь… Кого? О ком ты?..

Аннабель таинственно улыбнулась и, схватив подругу за руку, потащила ее вдоль стены зала. Они миновали группки робких дебютанток. После чего Аннабель наконец-то остановилась у горшка с пальмой, рядом с дверью, ведущей на балкон.

– Стой здесь, – сказала Аннабель. И осторожно выглянула из-за пальмы.

– Что мы делаем? – пробормотала Дани.

– Тссс!.. – Подруга приложила палец к губам.

Дани вздохнула и, понизив голос до шепота, спросила:

– Какого черта… Что мы тут делаем?

– Шпионим.

Дани хотела возмутиться, но передумала и тоже стала наблюдать и прислушиваться к разговорам вокруг. Внезапно до них донесся незнакомый женский голос.

– Я думала, ты поклялся никогда больше не посещать балы, после того как эта девица Ньюпорт с тобой поступила. Что, время, проведенное за решеткой, заставило тебя изменить взгляды?

– Перестань ворчать, Каролина.

Дани замерла; ее пронзили ужас и тоска. Он ведь не должен здесь находиться! Он же терпеть не может подобные сборища! Теперь настойчивость подруги и отца обрела смысл. Они решили заставить их встретиться. Но почему Маркус ничего о себе не сообщал? Ведь она помогла ему выбраться из тюрьмы и даже отдала почти все свое состояние, чтобы выручить его сестру…

– Я знала, что мы его найдем. Ему сложно затеряться в толпе, – прошептала Аннабель с озорной улыбкой.

– О нет, – пробормотала Дани. Она хотела улизнуть, но Аннабель схватила ее за руку и вытолкнула на балкон.

Маркиз и его спутница обернулись в ее сторону. Стараясь не краснеть, Дани пробормотала:

– З… здравствуй, Маркус.

Он выглядел очень даже неплохо и, судя по всему, уже вполне оправился от ран. Окинув маркиза взглядом, Дани отметила превосходно скроенный зеленый сюртук и полосатый серебристый жилет. Слегка смутившись, она посмотрела ему в лицо и мысленно улыбнулась. Казалось, весь его облик источал презрение к этому залу и людям, здесь собравшимся – так, во всяком случае, могло бы показаться тем, кто не знал его так, как Дани. Но она-то теперь видела его насквозь, поэтому не сомневалась: только исключительная сила воли и решимость удерживали его на балу; и ей-то было совершенно ясно, что чувствовал он себя здесь очень неуютно. Все остальные считали его ужасным зверем, но для нее, Дани, Маркус был самым красивым мужчиной на свете. И она ужасно по нему соскучилась.

Он тоже внимательно ее рассматривал, и Дани смутилась, когда его взгляд скользнул по кружеву и вышивке ее платья. И, конечно же, она очень надеялась, что он тоже соскучился.

Наконец, откашлявшись, Маркус чуть отвернулся, чтобы скрыть шрам, как всегда делал, когда нервничал, и пробормотал:

– Вы выглядите… – Он сжал кулаки, встретившись с ней взглядом. – Вы выглядите очаровательно, мисс Стаффорд.

Дани нахмурилась; ей не понравился его официальный тон, но он, по крайней мере, с ней разговаривал.