Гармония Джейн - Райан Уинфилд

В вестибюле было на удивление тихо. Подошвы туфель Джейн поскрипывали по виниловым напольным покрытиям. Она подошла к столу дежурного, назвала имя и фамилию матери. Человек долго что-то искал в компьютере, после чего направил Джейн на пятый этаж. Через пару минут она уже стояла возле стола дежурной медсестры.

– Маккинни? – переспросила зевающая медсестра. – Есть у нас такая. Палата шестнадцать «Б». Пожалуйста, заполните графу в журнале посещений. Палата будет слева. Возьмите халат.

Джейн вписала имя матери, потом свое и против отметки «степень родства пациента» поставила: «дочь». «Никудышная дочь», – мысленно добавила она. Надев халат, Джейн осторожно открыла дверь палаты.

Ее мать спала на больничной кровати. Седые волосы, обычно тщательно зачесанные и заколотые, разметались по подушке. Лицо матери осунулось. Или оно и было таким? Но этих висящих кожных складок не было. Мать выглядела значительно старше своих лет. К ее пальцам крепились какие-то датчики. Часть проводов уходила под одеяло. Мать лежала, не издавая никаких звуков, не шевелясь. Если бы не «бип-бип» кардиомонитора, не зеленые зубцы самописца и не жужжание кислородной машины, можно было бы подумать, что она уже покинула этот мир.

Джейн не решалась будить мать и просто стояла. Вскоре в палату вошел санитар. Улыбнувшись Джейн, он вымыл руки, потом встал рядом.

– Смотрите, как спокойно она спит, – сказал санитар.

– Она поправится? – спросила Джейн.

– Думаю, да.

Санитар достал карточку из футляра у изножья кровати.

– Где-то через час начнется врачебный обход. Врач расскажет вам подробнее.

– Но с ней все в порядке? Она проснется?

– Конечно проснется. Просто ей пришлось дать снотворное, иначе мы не смогли бы сделать компьютерную томографию.

– Вы хотите сказать, она уже просыпалась и разговаривала? И речь у нее не нарушена?

– Ваша мама даже… слишком говорливая. Мне она сказала, что хотела бы сменить санитара.

– Как странно. Она назвала вам причину?

– Напрямую – нет. Но у меня возникло ощущение, что она бы предпочла персонал с более светлой кожей.

Услышав это, Джейн испытала облегчение вперемешку со стыдом. Да, ее мамочка в своем репертуаре.

– Я хочу извиниться перед вами за свою мать, – сказала она санитару. – У нее это… проскальзывает. Другое поколение, сами понимаете.

– Я слышал здесь кое-что и похуже, – слегка улыбаясь, ответил санитар. – Но сейчас, пока она спит, я даже могу назвать ее своей любимой пациенткой. Во всяком случае, она твердо убеждена, что отсюда вернется к себе домой. Хуже, когда пациенты думают, что следующей остановкой после больницы будет кладбище. Вы, наверное, с дороги? Присядьте, отдохните. Если мне встретится доктор, я скажу, что вы здесь.

Короткий сон в самолете не освежил Джейн и сейчас, едва опустившись на стул, она задремала. Правда, долго спать ей не пришлось. Ее разбудила вошедшая врач.

– А вы, должно быть, дочь миссис Маккинни, – сказала она, вытирая руки. – Вы очень на нее похожи.

Взяв карточку, врач стала вписывать туда текущие показания приборов.

Джейн выпрямилась на стуле, потом встала. Может, и ей тоже надо вымыть руки? Здешних порядков она не знала. Эта женщина показалась ей подозрительно молодой для врача. Однако клиника Харборвью считалась одной из лучших в Сиэтле. В палате было прохладно. Ежась, Джейн обхватила плечи. Врач продолжала делать записи в материнской карточке.

– Я совсем недавно говорила с неврологом. Похоже, у вашей матери преходящее нарушение мозгового кровообращения.

– Это значит – инсульт? – спросила Джейн.

– Не совсем. Скорее предупреждающий звонок, – ответила врач. – Скажите, в семье вашей матери были страдавшие сердечными заболеваниями?

Джейн растерянно покачала головой:

– Не знаю. Во всяком случае, от мамы я не слышала об этом.

– Результаты когнитивного теста и теста на моторику у нее очень даже хорошие. У вашей матери нет диабета, и это для нее большой плюс. Мы пропишем ей курс аспирина, назначим определенную диету и упражнения. Но даже сейчас могу сказать, что она полностью поправится.

– Когда я смогу забрать ее домой?

– Сегодня она еще весь день пробудет у нас, а где-то завтра утром мы ее, пожалуй, и выпишем.

Поблагодарив врача, Джейн вместе с ней прошла к дежурной медсестре, где ей вручили материнскую сумочку. Санитар переписал данные с карточки медицинской страховки, добавив домашний адрес матери. Убирая карточку, Джейн наткнулась на пачку сигарет «Вирджиния слимс». Мать была консервативна в своих привычках. Те же сигареты она курила и двадцать пять лет назад. Джейн вспомнила, как тогда подворовывала сигареты у матери. Эту пачку она без колебаний швырнула в мусорное ведро. Потом прошла к кофейному автомату и взяла себе чашку кофе.

Вернувшись в палату, она застала мать проснувшейся. Та посмотрела на Джейн и нахмурилась:

– А ты что тут делаешь?

– Не слишком радушно ты меня встречаешь, мама.

– Дай мне сумочку, – потребовала мать, садясь в кровати. – Зачем ты в ней рылась?

– Меня попросили данные по твоей медицинской страховке. Не волнуйся: в твой бумажник я не лазала. Можешь пересчитать свои деньги. А вот твои сигареты я выбросила.

– Кто тебе позволил?

– Состояние твоего здоровья. Мама, по пустякам в больницу не привозят. У тебя инсульт.

– Не мели чушь! Я всего лишь упала в обморок.

– Нет, мама. У тебя произошел микроинсульт. Скорее всего, его вызвали нарушения в твоем сердце. А они, в свою очередь, возникли из-за того, что ты куришь, почти ничего не ешь и напрочь игнорируешь физические упражнения.

Мать раскрыла сумочку, проверяя содержимое.

– Вот уж не думала, что в своем Техасе ты поступила в медицинский колледж, – проворчала она. – Я как-нибудь обойдусь без дочерних советов.

– Я тоже никак не думала, что примчусь сюда первым же рейсом, а ты поведешь себя так, словно я испортила тебе пикник.

Джейн уловила в своем голосе горечь и презрение. Она повернулась к окну, напомнив себе, зачем она здесь, и мысленно приказывая успокоиться.

– Мама, я очень испугалась за тебя. Я была на работе, когда мне позвонили из клиники. Должно быть, и ты испугалась. Организм послал тебе предупреждение.

Мать смотрела на нее, плотно сжав губы. Глаза у нее странно блестели. Казалось, она боится расплакаться.

– Навести брата, – вдруг сказала мать. – Обязательно навести. Он должен знать, что со мной все в порядке.

– Мама, но он же в тюрьме. Откуда ему знать, что ты попала в больницу?

– Это случилось со мной, когда я навещала его.