Дорога судьбы - Даниэла Стил

Взглянув на Сабрину, Харт подумал о том, рассказывал ли ейоб этом отец. Наверняка рассказывал...

– Я знаю... – тут же подтвердила его мысль Сабрина. –Он говорил, какое потрясение испытал тогда. – Ее голос прошелестел, как легкийветерок, и Харт с удовольствием посмотрел в глаза девушки.

Она была сильной, умной, решительной, и все это он прочиталв ее глазах. Более того, он почувствовал, что она как будто ищет его взгляд, изадумался о ее возрасте. Нет, ей не могло быть больше восемнадцати лет. Видимо,Терстон женился уже после смерти Матильды и детей, то есть лет двадцать назад.

– Я никогда не забуду, как он поддержал меня тогда... Яслишком мало его знал, – вздохнул он. – Мы не были близкими друзьями, но явсегда восхищался им. Думаю, что и его люди тоже. Жители этой долины могутсказать об Иеремии Терстоне только хорошее.

Слова Харта разрывали ей сердце, и глаза Сабрины вновьнаполнились слезами. Она отвернулась и стала вытирать тонкими пальцами своимокрые щеки.

– Извините... Мне не следовало...

– Ничего, – улыбнулась она сквозь слезы и глубоковздохнула.

Нет, невозможно поверить в то, что отец умер. Как он мог этосделать? Ведь она так любила его... При мысли об этом она вновь зарыдала.

Через несколько мгновений, вспомнив о том, что она не одна,Сабрина вновь обернулась к Джону Харту. Он был одного роста с ее отцом, и унего так же пробивалась седина в волосах. Однако ему было всего сорок шестьлет, и он был красив.

– Не хотите ли кофе, мистер Харт? – взяв себя в руки,поинтересовалась Сабрина. – У Ханны все готово. – И она направилась к двери.

– Нет, вам пора отдохнуть. Я знаю, что вы приехали изСан-Франциско только сегодня. Там действительно так скверно, как об этомговорят?

– Даже хуже. Всюду очереди, улицы в развалинах,пепелище... – Слезы снова стали подступать к горлу, и она покачала головой, нев состоянии продолжать. – Все было просто ужасно. А мой отец... – Она сделаланад собой усилие и продолжила, ощущая на себе сочувственный взгляд Харта: – Онбыл в «Комитете пятидесяти» и пытался спасти город... но взвалил на себяслишком тяжелую ношу... Сердце... вы понимаете. – Она и сама не знала, зачемрассказывает все это человеку, с которым едва знакома.

Видимо, ей просто нужно было выговориться.

– Извините...

Он обнял ее за плечи.

– Вам нужно отдохнуть. Мне известно, что вам ещепредстоит испытать. Когда-то я сам прошел через это. Тогда я довел себя дотакого истощения, что едва не сошел с ума. И вам не стоит повторять моихошибок, мисс Терстон. Отдохните. Вам нужно набраться сил перед завтрашним днем.

Она кивнула, и слезы вновь потекли по ее щекам. Он был прав.Она уже полностью измотана и находится на грани истерики. Сабрина не моглаповерить в смерть отца, но когда она смотрела в глаза Джона Харта, то виделатам нечто обнадеживающее. Он был прекрасным человеком, несмотря на то, что онем говорили. Да, он был высокомерен, горд, известен своим распутством, ибооткрыто жил со своей любовницей-индианкой. Может быть, именно поэтому отецизбегал его общества.

– Извините, мистер Харт. Боюсь, что вы правы. Этинесколько дней были просто ужасны. – Ей действительно нужно набраться сил дляпредстоящих похорон.

– Смогу я завтра чем-нибудь быть вам полезен?

– Нет, благодарю вас. Наш управляющий взял все на себя.

– Он отличный малый. Я хорошо знаю Дэна Ричфилда.

– Мой отец очень ценил его. Дэн работал у него содиннадцати лет.

Джон Харт печально улыбнулся. Теперь в ее жизни должнонастать столько перемен. Ему бы надо поговорить об этом с безутешной дочерьюТерстона, однако пока не время. Он уже сказал об этом Дэну, и тот согласился сХартом в том, что следует подождать неделю-другую. Сабрина пока просто не всостоянии думать о рудниках.

– Если бы я мог для вас что-то сделать, мисс Терстон...

– Спасибо, мистер Харт. – Она вновь пожала его руку, онвышел из дома, сел на большого черного жеребца и поскакал на рудник, к своейлюбовнице.

После его отъезда Сабрина продолжала думать о Харте ивспоминать, как выглядит его индианка. Кажется, у нее блестящие черные волосы иблагородное темно-коричневое лицо, окруженное белым меховым капюшоном, – онивстретились зимой. Тогда Сабрина была очень заинтригована, но ее отец поспешилуехать, обменявшись короткими приветствиями с Джоном Хартом и полностьюпроигнорировав индианку. Сабрина даже вспомнила, о чем она тогда спрашивалаотца.

– Кто это, папа?

– Никто... Какая-то скво...

– Она такая красивая...

Сабрина была буквально очарована индианкой, хотя и знала,что местное общество осуждало эту связь Харта. А тот и не думал ничегоскрывать, поскольку привык делать все, что пожелает. Она была его женщиной, онбыл свободным человеком, и пусть все остальное катится к чертям!

– Она такая красивая, папа...

– Не знаю... Не заметил.

– Нет, ты заметил! Я видела, как ты посмотрел на нее.

– Сабрина! – Он притворился рассерженным, но она прекраснознала, что это не так.

– Ну хорошо, но я-то ее видела. Она очень красиваяженщина. Так что во всем этом плохого?

– Две вещи, детка. Во-первых, они не женаты, во-вторых,она цветная. Поэтому мы вынуждены притворяться, что она просто не существует, аесли и существует, то не стоит того, чтобы обращать на нее внимание. Но насамом деле она чертовски красива, и если она подходит Джону Харту, то тем лучшедля него. В конце концов, это не мое дело, с кем он спит.

– А ты пригласишь их к нам в гости? – Сабрина былазаинтригована.

– Не могу. – Он произнес это спокойно, но твердо.

– Почему?

– Из-за тебя, детка. Если бы я жил один, то мог бы этосделать, поскольку он мне всегда нравился. Он хороший человек и умеет содержатьрудник в порядке, хотя, разумеется, и не так здорово, как это делаем мы. – Онусмехнулся, а она засмеялась.

– Ты полагаешь, она сильная? – Сабрина никак не моглазабыть индианку.

– Не имею ни малейшего представления. – И тут он вдругзасмеялся над наивностью дочери и потрепал ее по щеке. – Я думаю, он любит еене за это, Сабрина. Не все женщины сильные, да им это и не нужно.

– Но я думаю, что они хотя бы пытаются, не так ли? –Она спрашивала об этом абсолютно серьезно, поскольку ее всегда волновала этатема.

– Возможно.

Все-таки имелось в ней что-то и от Камиллы. Та тоже былачертовски сильной и очень интересовалась бизнесом. Она хотела знать как можнобольше о его руднике. Однако он не считал, что жене следует заниматься такимиделами. А вот с Сабриной он уже вел себя совсем иначе – сам учил ее всему, чтознал, показывал все, что умел, как будто она была его сыном. Более того, ондаже гордился тем, как хорошо она разбирается в делах рудников и проблемахзападных штатов. Казалось, она способна понять абсолютно все, а потому непроходило и дня без того, чтобы он чему-нибудь ее не научил. Но шло время, онстарел и без Камиллы чувствовал себя совсем одиноким.