Уровень ненависти: Сосед - Иринья Коняева

Мы обменялись приветствиями и, обсудив как культурные люди отвратительную погоду, решили не ждать, когда пойдет ливень.

— Родителей я выйду и встречу. Мама задержится минимум на полчаса, — отмахнулся Андрей от предложения бабули все-таки дождаться остальных. — Сегодня довольно зябко, мы одеты не по погоде.

Я огляделась. Действительно, принарядились не только мы. Смотрины трехсторонние, если можно так сказать. И каждый хочет выглядеть прилично.

Родители улыбались, но очевидно, тоже немного нервничали. И не задавали лишних вопросов.

— Вы за рулем, Андрей? — спросил папа, явно намекая, что не прочь промочить горло чем-то покрепче чая и морса.

— Да. Катя пока не пошла учиться на права, так что я вечный водитель.

— Права? — мама удивилась так, словно и не знала о моем желании. — Это небезопасно. Дочь, ты уверена?

— Мам, — произнесла, многозначительно глядя на нее.

— Молчу-молчу. Ну что же, Андрей, расскажите о себе немного, раз уж наша дочь не позволяет нам задавать вопросы.

— Мама.

— А я слышал, что мне уже и рассказывать о себе не обязательно. Говорят, есть какая-то волшебная папка, где все-все обо мне написано, — заговорщическим тоном, явно получая огромное удовольствие от беседы, заявил этот гад!

Мама смутилась ужасно, папа не засмеялся — заржал, как конь. Бабушка восхитилась. По крайней мере, именно так я расшифровала ее взгляд.

А про себя взмолилась: «Только бы не всплыл вновь вопрос про сантиметры и качество оказываемых ими услуг»!

Вот же Андрей! Работает на опережение. То-то ходил все утро такой довольный. Ждал этого вопроса, готовился.

— Информации достаточно, — подтвердила бабушка, не моргнув глазом, — но там нет даты свадьбы и ваших планов относительно совместного будущего. Кольцо — это все хорошо, конечно, но вы человек состоятельный, может, для вас это — как конфетку девушке купить.

Состоятельный? Я чего-то не знаю? Мне казалось, у Андрея почти все деньги пущены в деле и не пылятся на банковских счетах. Или это у всех «состоятельных» так? По крайней мере, недавно услышала разговор с Гошей и Андрей явно сказал, что денег нет, все посчитаны. Я так поняла, это касалось именно личных счетов мужчин и каких-то личных дел. Но в суете рабочего процесса забыла уточнить, о чем речь, а дома мы вообще падали без задних ног.

— Когда Катя определится с платьем и своими желаниями относительно того, как, где и когда будет проходить церемония, мы все вам сообщим. Я как солдат — всегда готов.

Андрей лукаво блестел глазами и улыбался так, что я бы на месте родителей воздержалась от лишних вопросов. Они так и поступали. Фраза про имеющееся у них досье ставила его на одну ступеньку с бабулей. И если они хотя бы приблизительно могли понять, где грань у бабушки, то Андрея предугадать не было никакой возможности. Вот так задашь некорректный вопрос, а тебе в ответ прилетит вообще что-нибудь жутко тебя компрометирующее.

Бабуля с удовольствием ела и поглядывала на остальных, но молчала. Мама явно мялась. Отец открыто улыбался. Вот уж кто поел как солдат, за три минуты, и теперь наблюдал за остальными.

— А у нас новости! — решила разрядить я обстановку и рассказать, что мы решили строить дом.

Этот момент выбрали мои потенциальные свекры, чтобы объявиться. Пока познакомились, пока расселись. Изольда Викторовна выглядела ослепительно и вела себя так, словно была как минимум именинницей за этим столом. Тридцать три распоряжения официантам, неоднозначная оценка выбранных блюд…

— Ты же знаешь, Андрей, что я не ем грибы, — недовольно указала она на жутчайшее нарушение меню на этом восхитительном «празднике».

— Мы едим, — в тон ей ответила моя мама.

Моя мягкая, нежная, уступчивая мама. Я заметила, что папа держит ее ладонь, поддерживая, оберегая. И смотрит на Изольду Викторовну так, что всем присутствующим ясно — хоть одно слово в обиду его жены и тарелка с грибами окажется на идеальной прическе несдержанной на язык женщины.

— Прошу простить мне мою грубость. У меня страшная аллергия на грибы и мы традиционно заказываем блюда без них, — вполне любезно и вежливо ответила женщина.

Я тихонько выдохнула. Обошлось.

Бабушка открыла рот и я, предвосхищая сказанную театральным шепотом, слышимым всем в ресторане, фразу вроде: «Катюша, у меня есть несколько баночек опят, ежели чего», сделала страшные глаза.

Но ничего такого не последовало. Только короткая, понимающая усмешка бабули и ее вполне приличная во всех смыслах реплика, только вот, отнюдь не банальная.

— Да, Золя, память на лица у тебя как была, так и осталась. Никакая.

И Изольда Викторовна напряглась. Посмотрела на бабушку, затем на маму, на меня, пытаясь уловить знакомые черты, вспомнить, кто перед ней. И явно чего-то испугалась.

— Привет, — она странно вытянула обе гласные.

Неужели сталкивались по работе? И если я знала, кем трудилась бабушка, то Изольда Викторовна, выходит, находилась по другую сторону баррикад? Неужели, у нашей семьи есть компромат на семью, которую я из-за будущей свекрови до сих пор воспринимала как вражескую?

— Девочку мою не обижай, — ласково-ласково произнесла бабуля.

И «Золя» кивнула, сразу подрастеряв и надменность и снобизм.

Признаюсь, думала, что после этого напряженного момента обед превратится в нечто ужасное. Но Изольда Викторовна оказалась прекрасной собеседницей. По крайней мере, когда это нужно было ей, она умела и могла быть и приятной, и добродушной, и обаятельной красоткой. А сегодня это было ей нужно.

И спросить бы у бабули, в чем причина, да ведь знаю — не ответит.

Между ними, что самое интересное, напряжение исчезло целиком и полностью. Они попросили мужчин пересесть и весело о чем-то болтали, видимо, вспоминая былые времена. Даже умудрились поспорить. Смех смехом, но обсуждали обычные женские темы: почему нельзя есть помидоры с огурцами и пить чай с лимоном, как похудеть за неделю и — Мама Миа! — совместную поездку на море!

Спелись!

Я посмотрела на Андрея и он понятливо подставил ухо.

— Под любым предлогом отказываемся, ладно?

— Да ни за что! Если хочешь, можешь сама не ехать, а я — обязательно поучаствую! — веселился мой мужчина, пока на нас не цыкнула моя мама.

— Дети, неприлично шептаться за столом.

Мы извинились и рассмеялись. И даже на время перестали посматривать. Папы вовсю обсуждали рыбалку и снасти, позабыв о том, где и с кем находятся.

Но все изменилось от одного-единственного вопроса мамы.

— Так что за новости у вас, дети? — спросила она, делая глоток чая. — Вы хотели что-то нам сообщить.

— Да какие там новости? — вступила в диалог бабушка. — Ждут пополнение они. Что, не видите?