Право на сына - Адалин Черно

— Стас… — выдыхает где-то рядом с моим подбородком. — Я уже всё… наелась.

Я уверен, она улыбается. И облизывает свои пухлые губы, которые сводят меня с ума. Я в красках это представляю, а потом чувствую, как она едва ощутимо касается ими моей шеи. Добирается до уха, проводит языком по мочке, прикусывает. Настя такая… до невозможности страстная и скромная одновременно. Иногда она делает такие вещи, о которых с ней я и не мечтал, а через мгновения заливается краской и опускает взгляд вниз.

Сейчас ничего не могу видеть и только представляю, напрягаясь всем телом. Выдержки никакой, потому что ее запах везде во мне, он прочно въелся под кожу и не желает отпускать. Я прижимаю ее ближе, целую в ответ и с трудом могу оторваться.

— А поехали отсюда, — предлагает она. — Я наелась и начувствовалась. И мы сможем прийти сюда в другой раз.

У меня в планах на сегодня было посещение кино, прогулка по набережной и просто поцелуи, но Настя идет дальше, а я не в состоянии ей противиться. Я зову официанта, мы расплачиваемся и выбираемся из кафе, пытаясь привыкнуть к свету. Это оказывается непросто и за те минуты, что мы смеемся, как ненормальные, возбуждение немного отпускает. Я вижу ее счастливое лицо, искренний заливистый смех и счастье, читаемое в глазах. Она довольна. Просто радуется жизни рядом со мной. И точно не жалеет, что ответила согласием.

— Что с твоей сестрой? — спрашивает она, когда мы садимся в машину.

Отсюда нас везет мой водитель, потому что в ресторане я выпил, а в нетрезвом состоянии садится за руль считаю неприемлемым. Все же, я беспокоюсь о безопасности своей будущей жены, да и об окружающих подумать тоже стоит.

— Ее выписали, она сейчас в доме отца собирает вещи и планирует возвращение обратно в Штаты.

Она поникает, осознавая, что если моя сестра решает сбежать, то и ее подруге по-хорошему тоже нужно. Я думал о ситуации, что сложилась с Лерой. Обеспечить ей здесь защиту означает взять себя под удар, а вот организовать перелет в другую страну, где ее не достанут можно. Осталось получить ее согласие. Впрочем, зная ее строптивый характер, не надеюсь, что это в принципе возможно.

— Лере тоже придется уехать?

— Желательно, — киваю. — Я не смогу сделать так, чтобы ее не трогали. Знаю, кто может, но…

— Но что? — она волнуется, а я уже не рад, что завел этот разговор в принципе.

— Богдан может не согласиться помогать ей.

— Но ведь он спас Леру.

Я вздыхаю. Помню, как он пускал слюни на ее подругу, как убивался, когда та вышла замуж и беспробудно пил в день ее свадьбы. Сейчас он явно вырос, возмужал и оставил сопли и слабость в далеком прошлом. Мне хватило всего ничего, чтобы понять, что хоть он ее и спас, легко ей с ним не будет. Богдан изменился очень сильно и вряд ли станет помогать Лере просто так.

— Не молчи! — Настя толкает меня в плечо. — Ты что-то знаешь?

— Только то, что он слишком сильно любил ее.

— Тогда тем более.

— Любил, Насть. Это не равно любит сейчас. И он сложный.

— Тогда отправим ее в Европу! — уверенно произносит. — Ты ведь поможешь?

— Конечно, — он кивает. — Из больницы отправлю на самолет. Когда она, кстати, на выписку?

— Совсем скоро.

— Я поручу сделать все необходимые документы.

Стася прижимается ко мне, кладет голову на плечо.

— У нас на сегодня запланирована программа? — спрашивает.

— Была. Но мы едем к тебе.

Настя довольно улыбается и окончательно расслабляется у меня на плече. Трется носом о мою щетину и целует в подбородок. Совсем скоро она станет моей женой. Мы обо всем поговорили и выяснили, да и какая разница, что у нас было в прошлом, главное ведь настоящее и то, что будет дальше.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

* * *

Как я и предполагал, Лера отказывается от перелета в другую страну. Уговоры Насти не помогают, она говорит что с ней все будет в порядке и выписывается. Стася на нервах, не может понять, почему подруга так упряма, а я предполагаю. Договорилась с Богданом, иначе не была бы так спокойна.

В этой ситуации я могу только успокоить Настю и сказать, что это выбор ее подруги и мы не можем решать за нее. Она вроде бы понимает, но все равно поникает. Наша роспись в ЗАГСе состоится через две недели. Нам дали месяц и половина уже прошла.

— Я не понимаю, почему она не боится Игоря, — взволнованно произносит Стася. — Он же едва не убил ее.

— Лера будет в безопасности, Насть. Она ведь не глупая. Скорее всего, договорилась с Богданом.

— И ничего не сказала мне!

— Возможно, таковы условия.

Пока мы едем к ней в квартиру, она немного успокаивается и даже пытается о чем-то увлеченно рассказывать, правда быстро бросает эту идею и говорит, что ей плохо. Тошнит. Я никогда раньше не замечал за ней укачивания, но ведь за рулем сегодня не я и все может быть.

Вадик паркует автомобиль у подъезда Насти и спрашивает, нужен ли он на сегодня. Я отпускаю его и прошу приехать завтра в десять. В это время мы заберем Даню от мамы Стаси, которая, надо сказать, действительно немного успокоилась. Видимо, поняла, что Максим слился, а рядом с ее дочерью всегда я.

Вместе с Настей поднимаемся к ней в квартиру, я приобнимаю ее за плечи, она доверчиво ко мне жмется. Идеально и так… по-настоящему. Я как-то не думал, что встречу женщину, в которую влюблюсь за такой короткий промежуток времени, но чем больше мы виделись, тем сильнее я в ней утопал. В ее заботе о сыне, в желании угодить мне, но при этом не потерять себя, характер, быть все той же девушкой, что меня зацепила. Местами гордой, иногда уступчивой и заботливой, нежной, сексуальной и возбуждающей.

— Проходи пока в спальню, у меня для тебя сюрприз, — произносит Стася, скрываясь за дверью ванной.

В спальне я думаю о том, что там за сюрприз: откровенный комплект белья или, может, костюм для ролевых игр. Что еще мне нравится в Насте, так это то, что она редко надолго утопает в проблемах. За подругу она, конечно, волнуется, но это не мешает быть ей вот такой. Готовить сюрприз и не откладывать его на потом.

Я перебираю все возможные варианты, но Стася приходит без ничего, останавливается рядом со мной и только потом я замечаю белую полоску в руке, которую она мне протягивает.