Девочка из прошлого - Слава Доронина

— Наташа, я сейчас кончу.

Приятная волна бежит по позвоночнику от его слов. Хочу, чтобы он кончил. И не один раз.

Динар перехватывает мою руку, ловит вторую, заводит их за голову и снова оказывается во мне уверенным толчком. Он ведёт, а я полностью подчиняюсь. Меня всё устраивает. Хочу, чтобы брал меня. Всю ночь. Даже если наутро не смогу свести ног и стоять на них.

35 глава

Наташа

— Наташа, — зовёт знакомый голос, — проснись.

Я открываю глаза и до конца не понимаю, где нахожусь. Чувствую прижимающееся ко мне горячее тело.

— Это всего лишь сон. Всё хорошо. — Динар гладит меня по щеке. — Ты чего?

Мне давно не снились кошмары про Макса. Почему они сейчас вернулись, не знаю. Ведь действительно всё хорошо. Не считая недавней аварии со Светой. Я даже и не думала ни о чём плохом. Может, так сказывается стресс? Или о прошлом напомнила наша ночь с Динаром? Я долгое время избегала жить в этом доме: перед глазами стояла картинка, как брата избивают люди Ворошилова. Мне казалось, эти воспоминания останутся под слоем пыли глубоко в подсознании и больше не потревожат меня.

— Что тебе приснилось? — интересуется Динар.

— Не помню, — качаю головой и тру лицо.

Не хочу говорить, что снова снился тот дождливый вечер и все последующие события.

— И часто такое бывает?

— Давно не было. Возможно, это всё из-за лекарств.

Динар обнимает меня и спускается пальцами к шее, груди, будто невзначай задевает сосок и ведёт ниже к шраму от кесарева. Я начинаю дрожать, понимая, что за этим последует. Он ещё хочет?

— Ты Тимура раньше родила на месяц. Почему? — вдруг ошарашивает вопросом, застав врасплох.

На мгновение я перестаю дышать.

— С чего ты взял, что раньше?

Неужели добрался до наших медицинских карт? Запросил копию свидетельства о рождении Тимура? Зачем? Мог бы просто спросить. Я бы ответила.

— И всё же? — настаивает Динар, продолжая поглаживать пальцами шрам.

— Мне стало нехорошо в тот день. Упало давление, прихватило сердце. Незадолго до этого я сильно переволновалась на приёме у врача. — поясняю, облизнув вмиг пересохшие губы.

— Из-за чего?

— На УЗИ напугали. Очень сильно.

— Конкретнее, — шепчет он требовательно, и его ласки становятся увереннее, сбивают с мыслей.

— Какой любопытный, — мягко усмехаюсь. — Если в ответ я начну водить пальцем по твоим шрамам, хочешь сказать, узнаю про то, как ты их получил?

— Ты сейчас на седативных препаратах, по идее спокойнее должна реагировать, да? — Динар внимательно смотрит мне в лицо. — Но после всего, что было между нами... я бы так не сказал. — Он наклоняется и прикусывает зубами мою нижнюю губу. — Наташа, я не хочу, чтобы ты закрывалась от меня, — говорит серьёзно. — Мне неприятно вспоминать о прошлом, о каких-то вещах тебе и вовсе лучше не знать. Давай ты не будешь об этом спрашивать?

Сердце отчего-то бьётся в районе горла. Столько тоски в глазах Динара в этот момент. Мне требуется немного времени, чтобы продолжить:

— Врач на УЗИ рассмотрела у ребёнка патологию сердца. У Тимура ведь расположение органов, как у меня. Может быть, поэтому и ошиблась, не знаю. Я пыталась не волноваться, не накручивать себя, тем более повторное УЗИ у другого врача ничего не выявило. Тимур оказался здоров. Но всё же я перенервничала. Очень боялась потерять ребёнка. Это не прошло бесследно. Проснулась утром и нехорошо себя почувствовала. Дошла до ванной, а дальше смутно помню. Как в тумане. Как-то позвонила в скорую и Илье. Остальное ты видел в карте.

Динар задумчиво смотрит на меня.

— А с Ракитиным вы давно вместе?

— Такой информации нет в карте? — язвлю я и хочу выбраться из объятий Динара, но он не выпускает.

— Это твоя личная жизнь. Если не хочешь, не отвечай. Я просто думал, что вы с ним вместе года два или два с половиной...

— Это не так. Илья долго был рядом как друг. Мы лишь недавно решили попробовать во второй раз.

Отчётливо помню тот день в парке и наш поцелуй. Тогда я поверила, что у нас всё получится, но теперь понимаю, как заблуждалась на этот счёт. Подсознательно я сравнивала всех мужчин, с которыми ходила на свидания, с Асадовым, и ни один из них не дотягивал до его планки. Никто не вызывал таких же эмоций. С Динаром изначально всё было по-другому.

— А секс?

Я молча отвожу взгляд.

— Я же не интересуюсь, сколько девушек побывало в твоей постели за три года?

— Ни одной, — усмехается он.

— Потому что ты их домой не приводишь, — вспоминаю я.

Внутри неприятно царапает от мысли, что он был с другими. Всё же я ужасная собственница.

— Ладно, можешь не отвечать. — Динар берёт мою ладонь и вместе со своей опускает на возбуждённый член, задаёт ритм поглаживаниям и жжёт черным взглядом. — Я уже и так понял, что у вас с Ракитиным ничего не было.

Я никак не комментирую его слова. Нельзя быть до конца уверенным. Ни в чём. В тот вечер, когда уходила от Асадова, я обещала себе, что больше никогда не позволю этому человеку ко мне прикоснуться. Но мы снова вместе, и я всё так же сильно хочу с ним близости. Как будто и не было никакой разлуки.

— Не останавливайся, — просит Динар, убирая свою ладонь с моей.

Перемещает её на низ живота, осторожно ведёт к груди и сжимает по очереди каждое из полушарий. Асадов наблюдает за моим лицом, а я тянусь к его шее, оставляю на ней влажный след, собираю языком его вкус. Голова кружится от пьянящих ощущений, от его