У тебя есть сын - Лина Филимонова

Может, пора перейти к приятной части нашего ночного свидания? 

Я снова начинаю гладить кончиками пальцев хрупкое плечико Яны. Но она не дрожит от возбуждения. Она… всхлипывает.  

- Котенок, ты чего? 

- Ничего. Я просто… Мне было так одиноко все эти годы! Конечно, у меня был Матвей, но… Мне было так холодно одной ночами! Ты мне снился. Я тосковала по тому, что у нас было. А утром злилась на себя за это и снова пыталась тебя ненавидеть. 

- Солнце, все позади. 

Я глажу ее по волосам, по спине. Прижимаю к себе. К самому сердцу. 

Но ее плечи начинают трястись еще сильнее. 

- Ян, ты чего? - уже по-настоящему пугаюсь я. 

- А что, если  бы ты не приехал на эту конференцию и мы бы не встретились? 

В конце этой фразы она громко всхлипывает. 

-  Я приехал. Я рядом, солнышко. Я теперь всегда буду рядом. Все хорошо. А будет еще лучше. Успокойся. 

Но Яна не успокаивается. Она рыдает, как маленький ребенок, обильно смачивая слезами мою футболку. 

А я растерян и испуган. 

Яна никогда не плачет! Я ни разу в жизни не видел ее слез. Тем более, таких. Как будто что-то прорвало у нее внутри…

Я вспоминаю, что ревущего Матвея легко успокоить шоколадкой. А Яна любит какао. Всегда пьет его, когда устала или у нее плохое настроение. Может, и сейчас чудодейственные свойства этого напитка сработают?

- Хочешь какао? - с надеждой спрашиваю я Яну.  

- Хочу, - сквозь всхлипы произносит она. 

- Сейчас сделаю. 

Я пытаюсь осторожно освободиться и подняться с кровати. Но Яна вцепляется в меня мертвой хваткой.  

- Не уходи! 

- Но как же я сделаю какао?

- Не знаю! Останься со мной. 

- Ты хочешь какао?

- Хочу. 

Блин. Нехилая задачка для аналитика...

53

Яна

За окном снова чирикают птицы, а меня уютно обвивают сильные руки Кира. Вот только солнце не пробивается сквозь шторы. Потому что кабинет Кира на западной стороне, в отличие от моей спальни… 

- Время, - шепчу я, лежа спиной к Киру. 

- Еще только полседьмого, можешь пока не вставать, мое рыжее солнце. 

- Вы опять спали вместе? - раздается голосок Матвея. 

Боже… 

Мне хочется спрятаться под одеялом. Потому что я живо вспоминаю, как приперлась вчера к Киру в развратной ночнушке. 

И как, вместо того, чтобы соблазнять его этой самой ночнушкой, рыдала у него на груди… А потом отправила его варить мне какао, а сама не отпускала.  

Что было дальше - не помню. Видимо, я наревелась и уснула. И сейчас я вижу на письменном столе кружку остывшего какао...

- Да, мы опять спали вместе, - отвечает Кир. 

- А почему? Опять мама испугалась?

- На этот раз я испугался и позвал ее к себе. 

- А я не боюсь спать один! - с гордостью выпятив грудь, произносит мой сын. 

Кир смеется. 

- Ты очень смелый парень! 

В последнее время он стал смеяться и улыбаться гораздо чаще, чем раньше. 

Мне так нравится его улыбка! 

- Даша тоже не боится спать одна, - внезапно сообщает Матвей. 

- Даша? - удивляюсь я. 

- Я вчера разговаривал с ней по телефону.

- А парень не теряется, - шепчет мне на ухо Кир. 

- У тебя же нет телефона, - замечаю я. 

- Зато у бабушки есть. Мам, а когда мы поедем домой?

- Разве тебе здесь не нравится? 

- Неа, - тянет Матвей.  

- Теперь это наш новый дом. 

- Я не хочу новый дом! Я хочу старый! 

- Матвей, я теперь работаю в Москве…

- И я, - вставляет Кир. - Поэтому мы живем здесь. 

- Я хочу домой! - начинает капризничать Матвей. И заводится все больше. - Когда мы полетим на самолете домой? 

- Эй, малыш, - Кир поднимается с кровати. - Что за дела? Ты чего разошелся? 

Кир подходит к Матвею, присаживается перед ним на корточки. 

- У меня дома  кровать-машинка! - заявляет сынок. - Я хочу домой. 

- Давай купим тебе кровать-машинку. Хочешь? У тебя дома какая модель? БМВ? Мерседес? Давай купим Ламборгини. Это самая скоростная тачка. Разгоняется до сотни за секунду… 

Кажется, у Кира получается заговорить зубы Матвею. Он прекращает хныкать. Смотрит на него внимательно. 

А потом вдруг отталкивает что есть силы, и ревет пуще прежнего: 

- Я хочу домой! Мне тут не нравится! И ты мне не нравишься. 

Кир растерянно смотрит на меня, а Матвей выбегает из комнаты. 

- Что это с ним? 

- Капризничает. Такое бывает. 

- Я ему не нравлюсь, - расстраивается Кир. 

- Не бери в голову. Он просто не в настроении. 

- Может, ему правда тут плохо?  

- Он скучает по дому. Ему сложно сразу привыкнуть к новой обстановке. Он еще маленький... 

- Сегодня куплю ему кровать-машинку. 

- Не надо. 

- Почему? 

- Пусть сначала успокоится. Не нужно бросаться выполнять любой его каприз. Да и тут явно не в кровати дело…

За завтраком мы понимаем, в чем дело. 

Матвей сидит довольный и за обе щеки уплетает кашу, приготовленную бабушкой. 

- Успокоился? - спрашиваю я. 

- Ага, - кивает мама. - Как только сказала ему, что Даша скоро приедет… 

- Ах, вот из-за чего страдает