Судьба гнева и пламени - Кэти Такер

Даже если теперь я знаю, кто он такой.

Во всяком случае, в теории.

Прошлой ночью, при свете фонаря, я обыскивала свои покои в поисках потайного прохода для побега. Но мои отчаянные поиски не увенчались успехом, не оставив мне иного выбора, кроме как свернуться калачиком на моей гигантской кровати и погрузиться в размышления о новых страхах, связанных с этим жутким миром, в котором я оказалась в ловушке. От усталости я задремала, и вскоре в комнату вошла Коррин, неся поднос с завтраком. Она заглянула мне в лицо, торжественно кивнула и вышла. Видимо, до нее дошли слухи, что я узнала об истинной природе Нетленных Илора.

Каково это для нее – обслуживать людей, которые в любой момент могут заказать твою кровь, словно чертов чайник чая? Едят ли Нетленные, как мы? Пьют ли? Как часто они вонзают свои клыки в шеи людей? До сих пор я была изолирована от здешнего общества и не могла заметить в них что-то необычное. Наверное, это и было целью Зандера с самого начала.

Существуют ли эти существа в моем мире? Определенно должны. Как еще могли бы существовать легенды о вампирах?

Вот только они не похожи на кошмарных монстров из моего мира. Они не прячутся в ночной тьме, не спят в гробах и не нападают на ничего не подозревающих людей, крадя их смертность. Они гуляют под солнечным светом, спят в кроватях и бросают золотые монеты беднякам.

Легкий шорох – единственное предупреждение, что я уже не одна. По позвоночнику пробегает дрожь, когда Зандер опирается на перила рядом со мной.

Я плотнее запахиваю халат на груди. Если Коррин вернется, пока он здесь, она отчитает меня за непристойность. Не понимаю, почему приличия имеют такое уж значение. Я окружена людьми, которые пьют кровь.

– На него стоит посмотреть, не так ли? – тихо говорит Зандер, словно боясь, что его голос разнесется вокруг и потревожит капитана. – Он тренируется каждое утро. Так было всегда, сколько я себя помню.

Я не могу не пялиться на него. Как будто вчерашнего кошмара и не было. Красивое лицо Зандера безмятежно, плечи расслаблены. Его до странного легкое и веселое настроение связано с тем, что он чувствует себя пресыщенным кровью этой девицы? Или с тем, что они сделали после того, как он оставил меня одну в комнате, пребывающей в ужасе от такой неприглядной правды?

Я была бы идиоткой, если бы поверила, будто он не получил от этого удовольствия. Зандер, может, и король, но также он мужчина, который привел к себе в постель согласившуюся по доброй воле девушку, и я видела, как она отреагировала на него.

Но позволить мне узнать эту чудовищную тайну так, как это сделал он, а затем появиться здесь сегодня утром, словно все хорошо… Во мне вспыхивает гнев, помогающий заглушить мой страх перед ним.

– Ты можешь высказать все, что хочешь, Ромерия. Как я и сказал, я хочу слышать правду. – В его тоне скользит нотка веселья. – Говори свободно. Мы ведь здесь одни.

– Так ли это? – Я перевожу взгляд на его террасу.

– Полагаю, ты имеешь в виду мою вчерашнюю гостью? Ту, которую ты увидела, пока шпионила за мной?

– Я не шпионила. – Мои щеки краснеют. – Между прочим, притаскивать в свою постель другую женщину в ту же ночь, когда ты объявил о нашем воссоединении, было крайне неразумно. – И плевать на зловещую причину. – Я думала, ты умнее.

Брови Зандера изгибаются.

Может, мне и стоило бы немного поостеречься, но теперь, благодаря нашей договоренности, риск быть наказанной за собственное мнение мне вряд ли грозит. Ведь если бы Зандер хотел моей смерти, то давно бы прикончил меня.

– Надеюсь, ты по крайней мере был осторожен.

– Я всегда осторожен, – мягко возражает он.

– А это нормально, что король открыто занимается сексом с другими женщинами, пока его будущая королева находится в смежной комнате рядом с ним, или так только с нами?

Как часто он будет приводить к себе женщин?

– Занимается сексом?

– Укладывает в койку. Имеет. Трахает.

Глаза Зандера вспыхивают. Это он понимает.

– Не так нормально, как если бы его королева составила ему компанию.

Я открываю рот.

– Стоит ли мне ожидать от тебя подобного ужасного настроения по утрам в будущем?

– Не знаю. Есть у тебя еще какие-то невероятные сюрпризы, которыми ты хотел бы поделиться со мной?

Зандер усмехается.

– Ничего такого не припомню.

Я качаю головой. Он как-то слишком весел для человека, который прошлой ночью использовал свое жуткое естество как предостережение от возникновения к нему чувств. Как будто они могут когда-нибудь появиться.

Он тяжело вздыхает, а когда снова заговаривает, в его голосе звучит чуть больше мрачности.

– Честно говоря, я не знаю, что было бы нормально, учитывая, что ибарисанцы и илорианцы не женились уже две тысячи лет. К тому же твои потребности едва ли совпадают с моими. Я имею в виду потребность в крови смертных. – Зандер опускает взгляд на мою руку, сжимающую края халата. – Насчет других, думаю, беспокоиться не стоит.

Я стискиваю халат еще крепче и сглатываю, пытаясь скрыть нежелательную физическую реакцию на его внимание. В глазах Зандера что-то мелькает.

– Кормилица ушла сразу после трапезы, так что иные потребности не были удовлетворены, если тебе интересно.

– Не интересно, – рявкаю я.

Уголки его рта дергаются.

– Что ж, по крайней мере сегодня ты уже не так меня боишься.

Я трогаю подбородок.

– Это было… шокирующе, вот и все. – Но я научилась хоронить свой страх, чтобы выжить. – Что за кормилица?

– Смертная слуга для специального кормления.

И секса, когда он в настроении. Как появляются его клыки? Я не почувствовала даже намека на них, когда мы целовались.

– Ты не можешь увидеть их, пока я не покажу.

Я осознаю, что все это время пялилась на рот Зандера в поисках доказательств. Я снова сосредотачиваюсь на кружке чая. Но его слова не ускользают от меня – он намеренно показал себя прошлой ночью. Зандер хотел, чтобы я узнала о нем правду.

Я мнусь, не зная, как спросить.

– Ты дэйнар?

– Дэйнары – отвратительные монстры с разлагающейся пастью и оборванными крыльями. Такого ты мнения обо мне? – резким тоном спрашивает он.

Я качаю головой.

На самом деле, все обстоит совершенно иначе, несмотря на клыки, которые вовсе не кажутся такими ужасными, как у демона. Очевидно, я задела его за