Развязанные узлы - Галина Дмитриевна Гончарова

Нет, не скажешь.

А жаль.

***

Филиппо пришел вечером.

Адриенна читала, котенок спал на подушке рядом со своим человеком.

- Эта тварь в спальне? - удивился его величество.

- Он маленький, - Адриенна вздохнула. - Обещаю, он вас не побеспокоит.

Филиппо только рукой махнул.

Ладно уж... не так часто он будет ночевать у жены. Пусть тешится.

- Главное, чтобы не вздумал скакать по мне ночью... ложитесь, Адриенна. Не переживайте, я вас не трону. Сегодня, и еще пять дней, как сказал дан Виталис.

- Я не переживаю, ваше величество. Вы... вы не злой.

Намеренно не злой. Только Адриенне от этого легче не будет. Но Филиппо кивнул и улыбнулся. И улегся в кровать.

Конечно, не злой. Его просто всегда неправильно понимают, вот...

А котенок так и проспал ночь, устроившись рядом с Адриенной, на подушке. Надо же гонять кошмары от своего человека?

Надо... кошачья работа такая. Светить, греть... говорите, Нур?

Мурррр...

Мия

- Что случилось, отец?

Рикардо спрашивал не без тоски в голосе.

Да, конечно, отца он любит... разве нет? Он почтительный и заботливый сын, он его честно навещает раз в день и спрашивает, как дела и не нужно ли чего! А потом уходит, да...

А что он должен делать, если отцу ничего не нужно? Сидеть рядом с ним?

За ручку держать?

Ну правда же... о своей жизни ему, что ли, рассказывать? Или его байки слушать? Но это же скучно! СКУЧНО!!!

Мало ли, что там было, триста лет тому назад? Сейчас-то все совершенно иначе, понимать же надо!

И о своей жизни... разве отец, со своими древними и замшелыми представлениями о жизни сможет понять Рикардо?

Да никогда! И ругается он частенько, и вообще... меньше знаешь - крепче спишь! Вот, Рикардо заботу проявляет, чтобы отец спал и ни о чем не волновался.

- Сядь, Рик. Нам надо поговорить.

- Да, конечно.

В кресло Рикардо опустился не без изящества. Но дан Козимо только грустно вздохнул.

Чего-то важного он сыну все же не дал. Не успел вложить, не добавил... почему, почему его единственный сын получился таким легкомысленным? Таким пустым? Таким...

Красивым, спору нет. Но ведь красота - это далеко не все.

Почему - так?!

- Рик, что у тебя с Мией?

- Ну...

- Вы спите вместе. Это я понимаю. Меня интересует, что ты чувствуешь по отношению к ней.

Рикардо замялся.

А вот что тут ответишь? Скажешь - привязался и вообще... так отец начнет мозг пилить, мол, простолюдинка, не пара и надо о браке думать.

Скажешь - не нужна, так ведь попросит выгнать.

В шахматах это называется 'вилка', но вот в шахматы-то Рикардо и не играл. А дан Козимо совершенно не собирался облегчать сыночку жизнь и молча ждал.

- Пап... мне с ней хорошо, - наконец родил Рикардо.

- Тогда у меня к тебе будет одна просьба.

- Слушаю?

Точно, попросит выгнать... а как жалко!

- Я хочу, чтобы ты не расставался с Мией три года после моей смерти.

- ЧТО!?

Если бы на голову Рикардо метеорит упал, он и то бы меньше удивился. Метеорит - это ж ерунда! Всем известно, что иногда от небесного купола отламываются кусочки, вот, они и падают. А дан Козимо... за ним такого раньше не водилось!

- Три. Года. После моей смерти. Более того, если она забеременеет, ты признаешь ее ребенка своим.

- Н-но...

- Если она не захочет, если ты не захочешь, вы можете не жениться. Я не настаиваю. Но три года ты мне обещай. И признание ребенка.

- Х-хорошо.

Это Рикардо было несложно пообещать. Он и сам пока расставаться с Мией не хотел... за три года, конечно, она ему надоест, но это ж сколько еще времени! Три года!

- Клятву. По всей форме.

- Отец!?

- Рикардо,, что тебя удивляет? Я хочу от тебя полную клятву, по всей форме.

- Н-но...

- Я не так много прошу, сын.

Рикардо пожал плечами.

- Хорошо. Клянусь своей матерью - да изольется ее чрево, клянусь своим родом - да пресечется он навеки, клянусь своей честью - пусть будет мое имя покрыто позором, клянусь своим сердцем - да остановится оно в тот же миг. Три года Мия будет рядом со мной, если сама не захочет уйти. И нашего ребенка я признаю.

Дан Козимо откинулся на спинку кресла.

- Хорошо, Рик. Спасибо тебе.

- Но почему? - Рикардо искренне недоумевал. - Что в ней такого? Отец? Она ведь не дана...

- Красота и ум для тебя уже ничего не значат?

- Н-ну...

- Я знаю, о чем ты думаешь. Много и красивых, и умных... верно?

- Ну да...

- Мало, Рик. Чтобы красивая, умная, любящая... да еще с такими талантами... таких - мало. Я ни к чему тебя принуждать не буду. Но Мию я бы в качестве своей невестки одобрил.

Рикардо пожал плечами.

- Хорошо, отец. Я подумаю.

А что? Подумать-то можно, это ж его ни к чему не обязывает!

- Вот и чудесно. Иди, Рик.

- Попросить Мию прийти к тебе?

- А она сейчас где?

- Ножи в цель кидает на заднем дворе.

- Нет, не надо. Если пожелает, сама придет. Эх, Рик, был бы я моложе, отбил бы ее у тебя! Такая девушка!

Рик расправил плечи и ухмыльнулся, как-то очень по-мужски.

- Завидуй, отец!

- Да я уже... тебе повезло, сынок.

- Знаю.

Рикардо ушел, а дан Козимо еще долго сидел, глядя на огонь.

Что мог, он для сына сделал. У него есть наследство - Демарко. У него есть сейчас Мия. Любовница, охранник и просто влюбленная женщина. Дан Козимо не расспрашивал ее ни о чем, но... вот были у него подозрения. Слишком уж Мия хороша.

Слишком умна, красива, и этим ее навыки... нет, не все так просто. Это Рик распустил хвост, словно павлин, и радуется жизни. А дан Козимо... ах, как же это несправедливо! Подсунуть под конец жизни загадку, и не дать возможность ее разгадать...

Нечестно!

ТАМ он, конечно, узнает все ответы. Но ведь это совсем, совсем не то... это получить все готовеньким, после смерти...

А вот если бы узнать самому...

Чертовски несправедливо! И вообще....

Самое обидное, что даже если он узнает... кому тут расскажешь? Не Рикардо же? Сын еще молод и глуп.... Да, вот