Их любимая - Дана Блэк

- Я хочу купаться, - Гриша болтает ногами в воздухе. - Когда можно будет?

- Когда остановимся в порту, - тоже смотрю в окно, на бескрайнюю гладь океана, и дух захватывает от этой картинки. Это прекрасно так же, как в первый раз, когда я ступила на борт.

- А когда мы остановимся?

- Давай завтракай, - кивнула на официанта, что расставляет на нашем столике тарелки. - Поешь и погуляем на палубе.

Сын усилием оторвался от окна и придвинулся к столу. Смешно наморщив нос, понюхал, что ему принесли. Засмеялась, и сделала так же.

На завтрак у меня румяные тосты с беконом, джем. Кофе и сок со льдом. Пахнет умопомрачительно.

Я безумно скучала по этой атмосфере, по завтракам, обедам и ужинам, по океану за окном и нашей каюте.

В очередной раз оглядела кафе, гостей - и снова не поверила.

Все это теперь принадлежит мне.

Все, до последней вилки.

Невероятно.

- А папа когда приедет? - спросил Гриша с набитым ртом.

- Папа не приедет, - отрезала. Поймала удивленный взгляд сына и понизила голос. - Он больше не сможет с нами плавать.

- Никогда?

Гриша перестал есть. Плакать не собирается, но и счастливым не выглядит, а я пока так и не отрепетировала наш разговор. Как объяснить ребенку, что Димы в нашей жизни больше не будет? Что он разорил Северских, когда продал им этот лайнер. Знаю, что братья заплатили больше не за круиз, а за разрешение забрать Гришу, и думать об этом неприятно.

Нас с сыном будто продали, запросив самую высокую цену.

- Ты мне, кажется, какой-то подарок обещал? - сменила тему и наклонилась к столу. - Забыл? Где он?

- В каюте, - Гриша смущенно улыбнулся. - У меня под подушкой. Сегодня будет праздник?

- Конечно, - я и сама, как маленькая, чего-то особенного жду от этого дня. Двадцать пять лет - маленький юбилей. И я впервые чувствую себя настолько свободной, что страшно становится, боюсь сглазить, спугнуть...

- А мы одни будем? - Гриша поковырял завтрак и отодвинул тарелку. Сощурился, пытаясь через зал и снующих официантов разглядеть вход в кафе.

Северских ждет. Сын к ним за последние дни привык, с самого утра, едва проснувшись, рвется к ним.

С ними интересно - повторяет Гриша.

И тут не поспоришь даже.

Пью сок и сама невольно кошусь на вход. В порт мы приехали вчера вечером, загрузились. Гриша устал после перелета и сразу уснул, я тоже никуда не выходила из каюты.

И в постели ворочалась до утра, мысли в голове носились роем растревоженных пчел. Сомневаюсь и боюсь, что сделала правильно, когда решилась вместе с ними тремя рвануть в круиз.

Я давно уже выросла, стала женщиной, у меня есть ребенок. И тонна проблем, что дожидается нас на суше.

А мы просто сбежали праздновать мой день Рождения. Словно подростки, у которых в голове ветер гуляет.

Я все понимаю.

Но святые котики, так хотелось хоть разочек наплевать на всех и пожить для себя. На других не оглядываться, не думать, чем все это кончится, высокой стеной от всех отгородиться и наслаждаться. Солнцем, океаном, новыми знакомствами, другим миром, отличным от привычного.

Мне сейчас очень, очень хорошо.

И, значит - все правильно.

- Пойдем за подарком, - распорядился сын, покончив с завтраком и резво соскочил со стула. - А потом гулять.

- Как скажешь, солнышко, - прячу улыбку. Мой маленький мужчина, в нарядных брючках и белой рубашке просто неотразимый. Держимся за руки, шагаем по залу, на Гришу с умилением смотрят пожилые женщины, и меня распирает от гордости.

Да, приехать сюда - было самым лучшим моим решением за последние годы.

Вышли из кафе, по длинному коридору свернули к палубе.

- Давай чуть-чуть постоим, - не удержалась и потянула сына туда.

Над нами небо безоблачное, чистое, волосы развевает легкий теплый ветерок. С наслаждением подставляю лицо и жмурюсь, смеяться хочется, неизвестно чему.

- Вау! - рядом прыгает Гриша.

- Доброе утро! - бодро гаркнули позади. - А я вас ищу.

Не успела обернуться, как талию обвили мужские руки и ласково притянули, прижимая меня спиной к широкой груди. Ощутила свежий морской аромат парфюма и вздрогнула от щекотки, когда уха коснулись горячие губы.

- С днем Рождения, любимая. День сказочный. Позавтракали уже? Вкусно было, наелись? Тогда пошли прогуляемся.

Глава 61

Глава 61

Севастиан

Гриша бежит впереди. Останавливается и оглядывается на нас, а потом снова скачет вперед. Ему здесь так нравится, видишь, как он широко улыбается и понимаешь - никаких денег не жалко.

И как этот греческий придурок мог от такого отказаться?

Даже если Гриша не мой сын (что невозможно!) я его уже люблю. И любить меньше не стану, я и так потерял семь лет. Он все равно мой ребенок. Что бы ни случилось.

- Какие планы на вечер? - взял ее за руку, сплел наши пальцы.

- Прекрати, - Рита попыталась вырваться. Я сжал ее крепче - и она махнула рукой. - Бестолку тебе что-то говорить. Но Гриша увидит...

- Он тоже с тобой за ручку ходит, - усмехнулся. - Ничего в этом странного нет. Ты согласилась провести здесь неделю, Рита. Понимала же, что я не буду обходить тебя за километр.

- А остальные? - она остановилась. Заправила за ухо волосы, что треплет ветер. Оперлась на перила, опоясывающие палубу. - Вы мне лайнер подарили. Я бы не смогла не пригласить вас. Совесть бы не позволила.

- Дело только в совести? - усмехнулся и встал рядом. Отпустил ее руку и оперся локтями, с удовольствием посмотрел вдаль. - Красиво здесь. Будто в другом мире. Хотя бы здесь можно не врать?

- Я и не вру, - она так смешно оскорбилась, так громко выдохнула. - Мы взрослые люди. И если...окажемся в одной комнате...

- Ну-ну, - подбодрил, сдерживая себя, чтобы не засмеяться.

- Ты сам все знаешь, - она повернулась и сверкнула глазами.

Я тоже развернулся.

Какая смешная. Делает вид, что эта тема ее не смущает, а сама покраснела, и в глаза мне смотреть избегает, уставилась куда-то мне в шею, и замолчала.

- Расслабься, Рита, - шепнул. Взглядом нашел Гришу, что пристроился неподалеку - сын встал на цыпочки и с восторгом глазеет за борт.