Хорошая девочка. Версия 2.0 - Дора Шабанн

Подобравшись поближе, тихо выдохнула Владу в шею, где теперь спряталась от пугающей и непонятной реальности.

Он повернулся набок и подгреб меня поближе. Практически укрыв пледом и собой.

— Милая, вокруг нас творится волшебство. Недостижимое, но такое желанное, впрочем, давно и без надежды. Сейчас будто бы в мечту окунулся. Ту, что позволяет утром открыть глаза, и дает силы вечером забыться сном, — все эти удивительные вещи шептались в мое горящее от смущения и восторга ухо.

А потом Влад отстранился и хитро улыбнулся:

— Помню, как увидел тебя впервые.

Это что-то новенькое. Я была «при параде»? Или босиком? С чего запомнилась-то?

— Да?

Он задорно засмеялся, затискал меня сквозь плед, склонился ближе, поцеловал. А потом вжал лицом в свою горячую грудь и счастливо выдохнул в макушку.

— Да, дорогая, ты собиралась пить чай на кафедре.

Ну, как бы я регулярно это делаю, ничего особенного. Чайных церемоний не устраиваю, самокрутки из пуэра никому не предлагаю.

— И что?

Влад чуть меня отпустил, позволяя отстраниться и заглянуть вопросительно в глаза.

— А я тогда уже неделю маялся. Все не мог решить поставленную зав.кафом хитрую задачу.

Невероятный ты мужчина. Умный, привлекательный, образованный, красавец, но очень обстоятельный. Пресвятые Просветители, как все долго и подробно. Медленно.

— Хорошо, а я здесь при чём?

— Ты при всём. Я был так занят этими дурацкими мыслями, что не мог найти свою кружку. А ты сказала: «Возможно, решение — посмотреть на проблему под другим углом?»

Странно, конечно, про себя такое услышать.

Ну, видимо, у меня настроение философско-созерцательное было. Там же сын паспорт получил, кажется. И фамилию новую взял. Да.

— Я могла, наверное. Но вообще-то, я тебя плохо помню до того момента, когда Шеф мне вручил твои документы с планом диссертации.

Влад снова развеселился, можно сказать, заржал:

— Жестокая. Сейчас, кстати, обидно было.

Но из рук не выпустил.

Хотя я и не рвалась. Достаточно.

Набегалась, наездилась, настрадалась и нарыдалась.

«Умная Эльза» питерского розлива с Залива.

— А ты не обижайся, — погладила пальцами эти восхитительные четко вылепленные мышцы груди и рук. — Рассказывай.

И такое у него мечтательное выражение лица стало, аж завидно.

— Дело было в том, что моя кружка стояла с обратной стороны стеллажа. Я её просто не видел. Но мысль «посмотреть на проблему под другим углом» решила мои текущие сложности с задачей практически моментально. Тогда я понял, что ты, как путеводная звезда, всегда можешь указать мне правильный путь.

Слегка ошарашенная, я замерла. Подобное просто в голову не приходило. Своей ценности в таком ракурсе я никогда не видела.

Путеводная звезда, серьезно?

— Вот это завернул. А я все не могла понять — что же ты во мне нашёл?

— Что нашёл — все мое, милая, — отбросив плед, Влад прижал меня к своему слегка подрагивающему, пышущему жаром телу.

А потом, проникновенно заглядывая в глаза, то ли спросил, то ли уведомил:

— Ты же понимаешь, Марго? Всё. Свободы от меня у тебя не будет никогда. Но вместе со мной ты вольна делать все, что пожелаешь.

Посмотрела на него внимательно.

Подумала, прикрыв глаза.

В целом — идеально же? Такое счастье, настоящее сокровище и все мне, чего еще желать?

Распахнув сияющие глаза во всю ширь, улыбаясь примерно так же, согласно закивала.

Довольный Влад, проведя носом от моего уха по розовеющей скуле, в итоге чмокнул в шею, слегка прикусив кожу. Затем улегся на спину, устроил мою голову у себя на плече, натянул на нас плед.

— Я рад, милая, что мы пришли к согласию по основным вопросам. Сейчас еще договоримся по жилью…

Вздрогнула, подняла голову:

— По чему?

— Любовь моя, мы будем жить вместе. Это не обсуждается.

Эм-м-м. Понятно теперь, откуда ноги растут у выражения: «Остановись мгновение!», вот и я что-то как-то не успеваю. Да, и прекрасно сейчас не только мгновение было.

Рядом с Владом прекрасно все. И я в первую очередь.

Пресвятые Просветители, я сегодня в зеркале видела такую красавицу, что не сразу сообразила — кто там.

Так, про что мы говорили? А!

— Теоретически я понимаю, о чем ты, но практически не представляю — как? Мы с Русом недавно переехали, только вроде устроились, налаживаем быт.

Я завозилась, но была быстро перемещена так, что под лопатками у меня оказалась спинка дивана, а перед носом — Владимир Львович своей мозгиотшибательной персоной.

Как можно разумно мыслить в таких условиях?

— Любимая, давай сейчас решим, какие у нас требования получаются к семейному гнезду, и будем выбирать, где жить. Тем более что тебе теперь надо срочно получить развод.

— Это да, а Саша что-то совсем с пути сбился. Звонил вчера, пока я сюда ехала, такой ужас обещал.

— Больше ты с ним не общаешься, у тебя есть я и адвокат.

— Я не представляю, как это будет.

— Для начала — будешь включать его на громкую связь, а потом, если надо, мы с ним повстречаемся. Обсудим основные моменты.

Как же заманчиво. Но пока я не могла рисковать. Им.

Но, что это на самом деле? Страх.

Просто я боялась, что, столкнувшись с жестокой реальностью в лице Саши, Влад, да, сам Влад решит, что весь этот геморрой ему на фиг не сдался. И исчезнет.

Ежки-плошки.

Я опять.

И да, в слезах тоже.

— Милая, вернись ко мне. Ты снова ушла в себя придумывать неправдоподобные кошмары, да? Любимая, услышь меня. Я здесь, с тобой и Русланом. Я хочу быть с вами вместе. Пожалуйста, просто позволь.

Капец.

— Влад, я боюсь.

— Чего, душа моя? — нежно стер пальцами слезы со щек. Смотрел настороженно и чуточку печально.

— Что ты будешь сожалеть. Не захочешь проблем. У меня их столько. Иногда кажется, что с ними просто невозможно справиться.

Влад грустно улыбнулся:

— Маргаритка моя, ты и не должна сама справляться. Я у тебя теперь есть для этого.

Спрятала зареванное лицо на груди того, кто, несмотря на все мои идиотские выходки, все равно хотел быть рядом.

То ли бесстрашный, то ли безумный. Ланской-чертов-гений. Определенно.

Мой?

Пока я вновь провалилась внутрь своего богатого внутреннего мира, решительный мужчина перестал говорить, а начал действовать.

Массаж головы, сам по себе, изысканное удовольствие. Я всегда питала к нему определенную слабость, которую, мило улыбаясь, спокойно сдала Владу мандаринка Джу. Кажется, после того