Прекрасные дьяволы - Ева Эшвуд

– Видимо, довольно много раз, – бормочет Вик.

По возвращении домой мы собираемся в комнате Вика. У нас на руках флешка, которую хотел Икс, но ее все еще нужно доставить. И это станет нашей возможностью покончить с этим дерьмом раз и навсегда.

– Что ж, работка прошла относительно гладко, – комментирует Рэнсом, пока Вик усаживается за компьютер.

– Ага, – соглашаюсь я, засучивая рукава. – Не знаю, все равно доверия нет.

– Ну, всегда есть шанс, что все пойдет наперекосяк, – произносит он с притворным оптимизмом, приподнимая бровь.

– Не напоминай.

Швы в боку ноют – еще одно напоминание о том, как быстро обычная ситуация может превратиться в хаос. Однако они хорошо заживают, и Вик скоро сможет их снять.

– Должно сработать, – говорит Вик, и в его голосе слышится решимость. – Пока что Иксу удавалось сделать так, что у нас вообще не было возможности увидеть его лицо. Он явно знает, какими навыками я обладаю, и старается избегать их, насколько это возможно.

В этом он прав. Каждый раз, когда мы совершаем вылазку на встречу с Иксом, он выбирает место, которое, по сути, является мертвой зоной. Никаких камер наблюдения, даже дорожных, место изолированное и недоступное. Место, которое не позволяет увидеть, кто придет забрать груз.

Но то, что там нет камер, не означает, что мы не можем найти способ установить их. В распоряжении Вика чертова уйма маленьких «шпионок», и наш новый план таков: мы установим на месте встречи одну из таких крошек, хорошо припрячем ее, а потом попытаемся засечь того, кто явится за флешкой.

Маловероятно, что это будет сам Икс, но, глядишь, нам удастся найти какой-нибудь опознавательный знак, который приведет нас к нему. Это не решит загадку полностью, но появится ниточка, за которую можно будет потянуть. Путь из крошек, по которому мы сможем последовать.

– Держи, – говорит Вик, отворачиваясь от компьютера и протягивая мне небольшую сумку. Я открываю ее и смотрю на крошечную камеру размером с кнопку. – Спрячь там, где ее не будет видно, но откуда будет хорошо видно место.

– Да, я знаю, как это делается, – фыркаю я.

– Отлично. Если повезет, узнаем лицо. Либо Икса, либо того, кого он пришлет за флешкой.

– И, надеюсь, они не заметят, что мы установили камеру, – отмечает Рэнсом. – Я знаю, ты хорош в своем деле, Вик, и ты тоже, Мэл. Но риск всегда есть.

Вик кивает, не выглядя оскорбленным.

– Но оно того стоит. Если я смогу распознать лицо – любое лицо, – то начну складывать кусочки мозаики воедино, и мы сможем найти выход из этого положения.

Я разминаю шею.

– Мы должны что-то сделать. Сидеть сложа руки и подчиняться каждому приказу Икса – это не вариант. Он приведет нас разве что к могилам.

– Да. Да, я знаю. – Рэнсом проводит рукой по волосам. – Удачи.

Я вяло отдаю ему честь двумя пальцами, а затем направляюсь к машине, надежно спрятав камеру и флешку.

Место передачи находится в нескольких милях от города, в захудалом районе. В инструкциях, которые Икс включил в свое последнее сообщение, он велел нам оставить флеш-карту в специальном ящике для хранения в помещении, которое раньше было публичной библиотекой, а теперь просто заброшено.

Я подхожу к ржавой металлической коробке и засовываю внутрь флешку, одновременно аккуратно прикрепляя камеру к стенке коробки, зажав ее между несколькими кусочками жвачки, которые кто-то туда прилепил. Отсюда будет хорошо видно любого, кто войдет, и камера достаточно маленькая, чтобы ее сложно было заметить.

На всякий случай, если Икс каким-то образом наблюдает за мной, я сохраняю нейтральное выражение лица и не задерживаюсь. Я возвращаюсь к машине и еду домой, по дороге звоня Вику, чтобы сообщить ему, что дело сделано и что он может отправить сообщение Иксу о завершении работы.

Теперь единственное, что мы можем, – это ждать, пока что-нибудь произойдет. Когда я возвращаюсь, Рэнсом в мастерской, организовывает свои инструменты, раз уж у нас давно не было машины, с которой нужно работать. Я сжимаю челюсти при воспоминании об Итане Доноване и его банде, которые приходили к нам на склад, и мыслях о Уиллоу, возникающих следом.

Желая немного выпустить пар, я направляюсь в комнату рядом с гаражом и провожу следующие несколько часов, набрасывая эскизы татуировок и время от времени делая глоток виски из бутылки, которую держу на стойке.

Наконец, Вик зовет нас к себе, сообщая, что кто-то забрал флешку.

Мы с Рэнсомом сразу бросаем свои дела и вместе поднимаемся наверх. Стоим рядом со столом Вика и смотрим отснятый материал, и, пока делаем это, я разочарованно поджимаю губы.

– Черт. Они почти не в кадре, – разочарованно хмурится Рэнсом.

– Я же не мог просто приклеить эту хреновину на переднюю часть чертовой коробки, – рявкаю я. – Они бы заметили.

– Я могу просмотреть отснятый материал, – говорит Вик. – Кадр за кадром. Может, получится что-то вычленить.

– Будем надеяться, – со вздохом отвечает Рэнсом. – Я пошел обратно в мастерскую.

Он выходит из комнаты, а Вик начинает просматривать материал, изображение за изображением, пытаясь найти в них что-нибудь примечательное. Я остаюсь рядом, хочу немного помочь, но только Вик может находить такое дерьмо интересным.

– Я тебе нужен? – спрашиваю я.

– Нет, – резко отвечает он, не отрывая взгляда от экрана. Я усмехаюсь. Между нами всегда было так. Мы в любой момент можем прикрыть друг друга, но когда занимаемся своими делами, лучше оставить нас в покое.

– Лады. Тогда набери меня, если чего найдешь, – говорю я ему.

Он неопределенно машет мне через плечо, и я поворачиваюсь, собираясь уходить.

Но прежде, чем подхожу к двери спальни, Вик хмурится и выпрямляется, глядя на один из экранов слева от своего стола.

– Подожди, – говорит он, и между его бровями пролегает морщинка. – Послушай это.

Он вынимает наушники, делает звук погромче, и я узнаю голос Уиллоу, доносящийся из динамиков.

– О, все в порядке, – говорит она. – Я понимаю, конечно, тебе приходится много работать. В семь нормально. Успею подготовиться. – Она смеется, и в ее голосе звучит легкая нервозность. – Нет, нет. Я просто уже давно не была на свидании… наверное, очень давно. Немножко заржавела вроде как.

Мои брови взлетают вверх.

Какого хрена? Свидание?

Вик поворачивается, смотрит на меня, и в его глазах читается нечто, чертовски похожее на то, что сейчас чувствую я.

Чистое, необузданное чувство собственничества.

Он, как и я, не хочет, чтобы она встречалась с каким-то ублюдком.

Это тот парень из музея? Тот, что рассмешил ее?

Чем больше я думаю об этом, тем сильнее сжимается грудная клетка. Я