Нерядом - Эллин Ти

– Тут будешь? – спрашиваю у нее.

– Мне все равно где, лишь бы спа-а-а-ать, – зевает она и тут же роняет голову мне на плечо. Улыбаюсь. Если что, у меня есть аргумент: ребенок спит!

Осматриваюсь: да все спят. Никому пять утра удовольствия не приносят, что логично, и сам откидываюсь на подголовник, тоже закрываю глаза. Сквозь легкую дремоту чувствую, как голова Дианы падает с плеча и обнимаю ее, прижимая к своей груди.

Отрубаюсь.

* * *

– На выход! – просыпаюсь от голоса Палыча, открываю глаза.

А Дианка, которая все еще лежит на мне, даже не двигается! Во сурок… И точно любимая дочь, как она и говорила. Это мы все от этого голоса и с того света очнемся, а ей хоть бы что.

– Эй, соня, вставай, – пытаюсь ее разбудить, но она все еще не собирается просыпаться.

Мимо по проходу идут к выходу мужики, и Сава говорит, посмеиваясь:

– Целуй спящую красавицу, Горин, и пошли на самолет.

Посмеиваюсь, а потом думаю: а почему нет? Совет-то дельный. Главное, чтобы Палыч не заметил и по тыкве мне не настучал. А то будет весело очень защищать рамку с пробитой башкой.

– Просыпайся, идем, – говорю ей еще раз и понимаю, что толку от этого реально немного. Ну… я пытался! Беру лицо в ладони и поднимаю голову, тянусь к губам аккуратно и в последнюю секунду, за миллиметр до лица, замечаю, как она открывает глаза и хмурится.

– Ты чего делаешь? – спрашивает хрипло.

– Бужу тебя, – отвечаю, так и не отпуская ее и не сдвигаясь с места. – Ты не хочешь просыпаться.

– Я проснулась, – снова говорит тихо-тихо, но все еще дико сонно.

– Не-а, – говорю ей с улыбкой, – ты еще спишь, а это все сон.

И целую в губы. Мягко, нежно и осторожно. Хоть и нагло очень, потому что обещал же ей, что целовать не буду.

Отрываюсь от нее, она все еще очень завороженно смотрит на меня, поэтому я тихо-тихо говорю:

– А теперь просыпайся…

И ухожу.

Выхожу из автобуса, улыбаюсь как идиот, но иначе просто не выходит. Интересно, когда она поймет, что я обманул ее по поводу сна, сильно ворчать будет или не очень?

Забираю сумку из багажного, вытаскиваю и сумку Дианы, Палыча, Марины, пока те где-то прохлаждаются, и бросаю взгляд на дверь автобуса.

И замираю с этими же сумками в руках, потому что вижу, как Даня стоит у двери и помогает моей Диане спуститься по ступенькам, держа ее за руку.

Мою Диану? Черт… Если бы.

Ладно, засчитано, что это банальное воспитание и девушкам всегда надо помогать выходить из транспорта, а я этого не сделал. Но тот факт, что Даня в целом постоянно подбивает клинья к Дианке, меня очень расстраивает. Вдруг он ей внезапно понравится и она решит, что к отношениям с ним она готова?

Я постоянно вижу, как он пялится на нее в ледовом дворце, что-то говорит ей часто, они хихикают. Психую – просто жесть! И понимаю, что права на эти психи не имею, потому что мы же, черт побери, просто друзья и все такое.

Но ни хрена я ему ее не отдам. Буду делать все так, чтобы Дианка захотела отношений, но только со мной. Пусть не сейчас, позже, когда угодно. Я влип в нее сильно, влюбился, не готов терять это чувство, и чтобы угасало оно, я тоже не готов.

На меня эта влюбленность как с горы свалилась, я сам не ожидал, как резко прибило, но мне нравится все происходящее, честно признаться.

Поэтому, как только они выходят из автобуса и он снова начинает ей что-то говорить, а она ему улыбаться, я подхожу к ним сразу. Наверняка со стороны выгляжу как самый обычный ревнивый придурок, но…

Я и есть ревнивый придурок, поэтому ничего страшного.

– Проснулась? – спрашиваю у нее и кладу руку на плечи. Смотрю в глаза Дане, молча пока объясняю, что не надо сюда лезть, по-хорошему.

– Ага, – говорит Дианка сквозь зубы. – Проснулась. Сон такой странный снился в последние пару минут… Как будто и не сон вовсе, представляешь?

– Да ну, правда? – делано удивляюсь. Даня закатывает глаза и уходит. То-то же. – Говорят, это когда спишь некрепко, то могут сниться такие сны. Я где-то читал…

– Во-первых, – говорит она мне, – что тебе сделал Даня? Во-вторых, у нас был уговор не целоваться.

– Во-первых, он меня просто бесит, – отвечаю ей, все еще держа за плечи, – во-вторых, о чем идет речь? Мы с тобой вообще никогда не целовались, разве нет? Или ты припоминаешь какой-то наш поцелуй?

Наглею, улыбаюсь и намекаю ей, что, стоит только заикнуться о поцелуе в автобусе, я сразу могу припомнить тот раз, когда она сама меня целовала. Я, конечно, так делать не буду, но припугнуть-то можно? Чтобы не ворчала, что я к ней полез. Меня тянуло! Это оправдание или нет?

Если бы я знал, что ей будет неприятно, я бы не трогал. Но тот раз в ее комнате ясно мне дал понять, что ей очень и очень приятно. Просто барьеры какие-то в голове, которые я намерен сломать.

– Ладно, – фыркает, – допустим. Живи пока.

Она улыбается и уходит к своим девчонкам, оставляя меня с идиотским удовлетворением внутри.

Глава 31

Диана

Мы прилетаем в первый город из выездной серии еще утром, потому что дорога много времени не заняла, а выезжали мы очень рано. Игра у «Феникса» завтра, а сегодня вечерняя тренировка, поэтому, как только мы заваливаемся в номера, сразу ложимся спать. Хорошо быть дочерью тренера: пока все живут в номерах по несколько человек, я всегда живу одна. Папа говорит, что для комфорта дочери ему не жаль заплатить из своего кармана, а я очень нагло этим пользуюсь, потому что почему, собственно, нет?

Падаю на кровать и отключаюсь – сна в машине, автобусе и самолете мне было катастрофически мало.

Мне снятся какие-то странные сны. Яркие, но совершенно непонятные. Все кружится, я даже не могу из-за этого уснуть крепко, постоянно нахожусь в состоянии дремоты и верчусь на кровати юлой.

Сон немного проясняется, и после долгой дороги мне кажется, что я снова куда-то еду. И так мягко-мягко мне лежать, что хочется уснуть покрепче, но внезапно я вижу перед собой лицо… Горина! Опять! Точно как в автобусе!

Он тянется ко мне губами, и я отчетливо понимаю, что он хочет меня поцеловать,